Глупец
Шрифт:
Я посмотрела на наши переплетенные руки. У меня перехватило дыхание, было очень сложно сделать вдох. Рука Кейна нежно приподняла мой подбородок, чтобы видеть мои глаза.
– Чего ты так боишься, Харпер?
В глубине его глаз я увидела отражение своих - больших, полных страха глаз.
– Что ты прячешь от всех?
– тихо спросил он, нежно прикасаясь к моим губам.
– Что скрывается за разбитой красотой? Расскажи мне.
Глава 13. Потерянная
Демоны живут во тьме, вот что. Кровь. И они хотят причинить мне боль, так же, как причинили боль моим родителям. Темнота хранит ужасные
Паника охватила мое горло, я хотела скрыть это от Кейна, но не смогла сдержать воздух, выходящий из моих легких. Мои глаза расширились, кожа покраснела, она была горячая и холодная одновременно. У меня онемели губы, я резко отстранилась от Кейна, попыталась встать, но коленки подкосились, и я плюхнулась обратно на диван.
– Харпер, Харпер, успокойся, - сказал Кейн обеспокоенным голосом; все еще держа меня за руку, он притянул меня к себе, но я отскочила обратно.
– Эй, эй, я не хотел, прости меня, - повторял он.
– Все в порядке, тебе не нужно идти туда, - он склонил голову, чтобы я видела его глаза.
– Посмотри на меня, Харпер. Сосредоточься. Дыши медленнее, милая. Вдох - выдох, медленнее.
Я не могла. Дыхание лишь ускорялось, все быстрее и быстрее, но потом Кейн взял мою руку и положил себе на грудь, затем снова склонил голову – так, чтобы я видела его глаза.
– Чувствуешь мое дыхание, Харпер? Чувствуешь мое размеренное дыхание?
Я чувствовала, но так как не могла ничего сказать, просто кивнула.
– Хорошо. Дыши точно так же, медленно и спокойно. Делай как я.
Он все еще прижимал мою руку к своей груди, я сосредоточилась на его дыхании. Я так же чувствовала биение его сердца. Он не сводил с меня глаз. С его помощью я стабилизировала и свое дыхание. Паника начала отступать. Как только Кейн увидел, что я успокоилась, он притянул меня к себе и обнял. Я поддалась и буквально повисла на нем. Слезы покатились из моих глаз, а тело пробрала дрожь.
– Ш-ш-ш-ш…Харпер, - прошептал он мне на ухо.
– Мне очень жаль, милая. Все в порядке, правда.
– Ты не можешь говорить так, - сказала я, и мои слова прозвучали приглушенно, так как я фактически разговаривала в его рубашку.
– Ты не можешь говорить так. Ты не знаешь.
Некоторое время Кейн просто сидел, обнимая меня, уткнувшуюся ему в грудь, и гладил по волосам. Это успокаивало меня, я даже удивилась. Никто никогда не мог прогнать приступ паники. НИКТО. НИКОГДА.
– Давно они у тебя?
– мягко спросил он. Он знал, что я понимала, о чем он говорит. Панические атаки. В этом мы были схожи. Может быть, у него они тоже были.
– С восьми лет, - сказала я. Наконец, я села. И прежде чем успела вытереть глаза тыльной стороной ладони, Кейн уже смахнул мои слезы и приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза.
– Я могла контролировать их, потому что… - я отвела взгляд, хотя он все еще держал меня за подбородок, - …потому что никто не знает меня, - я закрыла глаза, затем открыла и посмотрела на него. – Пожалуйста, не говори никому.
Это была лишь малая часть меня настоящей, свидетелем которой только что случайным образом стал Кейн. Но он не знает всего остального. Боже, пожалуйста сделай так, чтобы
– Конечно же, я никому не скажу, - заверил он меня.
– Ты в безопасности со мной, поняла?
Я очень хотела в это верить. В Кейне Маккарти чувствовалась что-то защитное. Возможно, что-то из его прошлого, и он держал это от меня в секрете. Секреты. Так много секретов между нами, просто бездонная яма секретов.
– Может, тебе надо подышать свежим воздухом?
– спросил он, показывая взглядом на входную дверь. – Может, прогуляемся?
Я покачала головой.
– Нет, я в порядке.
Он посмотрел мне в глаза, вновь переплел свои пальцы с моими.
– Ты такая противоречивая, - его губы щекотали мой висок как перышки, когда он говорил.
– В какой-то мере тебе нужно довериться хоть кому-нибудь, Харпер, - он поцеловал меня в висок.
– Честное слово. Если ты все будешь держать в себе, то сгоришь и не сможешь никак это контролировать, как бы тебе этого ни хотелось и кем бы ты ни была или пыталась бы притворяться кем-то.
Он был прав, я знала, и в эту самую секунду я все хотела ему рассказать. Начиная с пари. Я открыла рот, но слова не шли. Правильные слова не находились. Находились лишь расплывчатые, толком ничего не объясняющие слова, которые «ходят» вокруг да около темы, но избегают называть ее. Я ведь просто эксперт в этом.
– Ты знаешь, что выздоравливающих наркоманов призывают никогда и ни за что не общаться с другими наркоманами?
Я посмотрела на него, он смотрел на меня.
– Это про нас?
– спросила я.
– У нас обоих было травмированное детство и секреты, много секретов, опасны ли они настолько, что мы не можем быть вместе?
Кейн молча смотрел на меня, а я была очарована тем, как движется его кадык, когда он глотает, как мило торчат волосы в разные стороны, как глаза и брови выделяются на бледной коже.
– Я думаю, что мои страхи и секреты отменяют все твои, - наконец сказал он.
– Это возрождает нас обоих. На сто процентов. И мы становимся полностью новыми.
Я улыбнулась.
– Я не уверена, кто мы? А ты?
Он притянул меня к своей груди и тепло его тела было таким уютным.
– Я тоже нет, - признался он.
– Но это самое настоящее, что со мной когда-либо происходило в жизни.
Его слова поразили меня. Почти так же, как и губы того, кто их произнес.
Я чувствовала то же самое, только вот я не знала, как показать это. Я не была уверена, стоит ли мне сейчас доверить все свои тайны и секреты Кейну.
– Поживем - увидим, да?
– произнес он, вновь щекоча мою кожу своими губами, его такой теплый бостонский акцент перемешивался с тревожным, но одновременно мягким голосом.
Я посмотрела на него снизу вверх.
– А ты планируешь заняться чем-нибудь легальным? Или, может быть, даже пойти учиться…
– Харпер, - перебил меня Кейн осторожно.
– Поверь в то, что я сейчас скажу, хорошо?
– он опустил голову, чтобы заглянуть в мои глаза.
– Когда я говорю, что не могу бросить это, я хочу, чтобы ты поняла, что я не шучу. Я не просто там какой-то ленивый, сомнительный парень, пытающийся увильнуть от трудной работы и официальной зарплаты. Я хорош в том, что делаю. Я умею считать, я считываю людей и зарабатываю на этом много денег. Во всяком случае больше, чем я зарабатывал бы, устроившись куда-нибудь сейчас. Мне это нужно, мне нужны эти деньги.