Глубже
Шрифт:
— Забудь, ладно, — мягко сказал Честер, когда голос Уилла сбился на шепот. — Никто из нас понятия не имел, что так выйдет, и кроме того, — Уилл увидел широкую улыбку на лице друга, — хуже все равно уже некуда, верно?
Честер по-дружески ударил Уилла по плечу, случайно попав аккурат в то место, которое так ужасно изуродовала ищейка в Вечном городе.
— Спасибо, Честер, — выдохнул Уилл, сжав зубы, чтобы не закричать от боли, и смахнув ладонью выступившие на глазах слезы.
— Поторопитесь! — вновь раздались крики Кэла. — Я нашел проход.
— Чего это он так завелся? — спросил Честер.
Уилл постарался собраться.
— Он всегда такой, вечно удирает, — ответил он, повернув голову в ту сторону, где стоял брат, и подняв глаза к небу.
— Правда? Он тебе никого не напоминает? — заметил Честер, приподняв бровь.
Чуть смутившись, Уилл кивнул:
— Да… немного.
Он сумел улыбнуться Честеру в ответ, хотя ему было совсем не до улыбок.
Они нагнали Кэла, который от возбуждения не мог стоять спокойно, без конца повторяя что-то про свет.
— Я же вам говорил! Сюда посмотрите! — Он подпрыгивал на месте, указывая в большой проход, ведущий в сторону от железнодорожного туннеля. Уилл заглянул туда и увидел слабое голубоватое сияние, чуть мигавшее, словно оно было на приличном расстоянии отсюда.
— Держитесь за мной, — скомандовал Кэл и, не дожидаясь реакции Уилла с Честером, бросился вперед на полной скорости.
— Да кто он такой? — возмущенно сказал Честер, глядя на Уилла, лишь пожавшего плечами, после чего оба отправились в путь. — Поверить не могу, какая-то мелкота указывает мне, что делать! — едва слышно пожаловался он.
Внезапно стало очень жарко, отчего у ребят по спинам потек пот. Воздух был так обжигающе сух, что пот испарялся с кожи почти сразу.
— Боже, да тут просто парилка. Типа как в Испании или еще где, — жаловался Честер, продолжая идти вперед, и, расстегнув несколько пуговиц, почесывал грудь.
— Ну, если верить геологам, по мере приближения к мантии Земли через каждые двадцать метров температура поднимается на один градус, — заметил Уилл.
— И что это значит? — спросил Честер.
— Ну, по идее, мы должны были бы уже изжариться.
Пока Уилл и Честер следовали за Кэлом, спрашивая себя, во что же они ввязываются, свет усиливался. Казалось, он пульсировал, порой яркими лучами заливая зазубренные стены над ними, а затем постепенно угасая, превращаясь в голубоватую дымку впереди.
Они нагнали Кэла у самого конца прохода. Выйдя оттуда, мальчики оказались посреди обширного пространства.
В центре ввысь поднимался двухметровый столб пламени. Они смотрели во все глаза, как с громким шипением он вырос в четыре раза, устремившись вверх и пройдя сквозь круглое отверстие в потолке над ним. Вынести жар этого огня было невозможно, и им пришлось отступить, закрыв лица руками.
— Что это? — спросил Уилл, но ни один из мальчиков, завороженно смотревших на пламя, не ответил — непередаваемая красота огня очаровывала. Ведь у основания, там, где огненный фонтан бил из почерневшей скалы, огонь был почти прозрачным, а далее играл
Словно всех троих разом расколдовали, они принялись оглядываться, чтобы осмотреться вокруг. Ребята смогли различить несколько отверстий в стенах зала.
Уилл и Честер направились к ближайшему из них. Когда они осторожно вошли в него, лучи светосфер в их руках смешались с голубизной остатков пламени — и они увидели, что находится внутри. Куда бы ребята ни смотрели, взгляд останавливался на свертках, ростом с человека, прислоненных к стенам, иногда сразу по два, по три.
Свертки в пыльных тряпках были перевязаны несколько раз по всей длине чем-то вроде веревки или крученой нити. Некоторые из них казались поновее других; материя была не такой запачканной и засаленной. Но те, что провели тут больше времени, были так грязны, что почти не отличались от камней, к которым были прислонены. Уилл, за которым след в след шел Честер, приблизился к одному из свертков и поднял светосферу повыше. Слои материи сгнили и распались, позволив мальчикам увидеть, что скрыто за ними.
— Боже мой, — прошептал Честер так быстро, что два слова слились в одно, а Уилл резко вздохнул.
Высохшая кожа туго обтягивала череп, уставившийся на мальчиков пустыми глазницами. То тут то там, под растрескавшейся темной кожей тускло поблескивали белые кости. Уилл провел светосферой вниз, и мальчики увидели другие части скелета: сквозь ткань просвечивали ребра, а паукообразная рука опиралась на бедро, так туго обтянутое кожей, что та напоминала кусок древнего пергамента.
— Думаю, это мертвые копролиты, — пробормотал Уилл, когда они с Честером проследовали вдоль соседней стены, изучая другие свертки.
— Боже мой, — повторил Честер, на этот раз растягивая слова. — Их же тут сотни.
— Видимо, тут что-то типа кладбища, — ответил Уилл, стараясь не повышать голоса, словно хотел проявить уважение к мертвецам. — Как у индейцев. Они оставляли мертвых на деревянных платформах на склонах гор, вместо того чтобы хоронить.
— Так если это какое-то святое место, не лучше ли нам убраться отсюда? Мы же не хотим обидеть этих… копролексов, или как они там называются, — взволнованно заметил Честер.
— Копролитов, — поправил его Уилл.
— Копролитов, — медленно произнес Честер. — Точно.
— Еще кое-что, — начал Уилл.
— Что? — спросил Честер, повернувшись к нему.
— Это название — «копролиты», — продолжил Уилл, с трудом подавив улыбку. — Ты же знаешь, это их колонисты так называют. Но если сам где-нибудь встретишь копролита, не зови его так, ладно?