Глоссарий
Шрифт:
и для моего противника не прошли даром эти бешенные пять минут.
– Превосходный стиль, - перед повторным началом боя похвалил меня он, - только
я не понимаю, зачем вы себя утяжелили, ведь явно видно что это не ваш изначальный
стиль. Зря вы накачали мышцы в ненужных для фехтования местах.
Я сцепил зубы, проклятый бретер был слишком силен, поражение а вместе с ним
и потеря земли замаячила передо мной.
– Первый раз сталкиваюсь с таким сильным противником, -
комплимент.
– Сожалею, но вынужден буду заколоть вас, - он пожал плечами, снова начиная
свою бешеную атаку, - простите.
Окончание его слов совпало с тем, что вместе со вспышкой боли его клинок
распорол мне бок. Я едва успел чуть повернуть тело, но все равно кожа и мышцы были
рассечены, кровь сразу же закапала не землю, а я чуть наклонился на раненную сторону, чтобы края раны доставляли мне меньшую боль.
Окружавшие меня дворяне радостно зашумели и не подумали остановить бой,
ведь условия не были обговорены сначала, поэтому похоже мы теперь дрались до смерти.
Второй раз я натыкался на свою ошибку и не делал из неё выводы.
– «Если ты не передашь мне управление, следующей атакой он тебя прикончит, -
констатировала половинка текущее состояние дел, - очень рекомендую прислушаться, а то
твою Натали будет сношать наш любимый брат еще долго. Беря ей снова и снова».
Её слова ударили мне в голову сильнее боли в боку, едва я представил эту картину, как ревность захватила меня и я опустил шпагу. Мой противник недоуменно осмотрел на
меня, думая что я сдаюсь. Улыбнувшись, он пошел ко мне поднимая клинок, чтобы
прямым выпадом проткнуть мне сердце.
– «Хорошо», - я ушел в сторону.
Из стоячего положения мое тело резко прыгнуло на встречу клинку противника,
отводя его одним сильным движением и сделав обманку, направило удар к живот. От
которого противник легко отбился второй рукой. Вот только один я видел, как кинжал
ударил в мое лезвие и… просто прошел его насквозь. Никто, кроме меня и его не видел
этого и его глаза выражали удивление и недоумение, когда мой клинок внезапно
переместился выше, пронзив туда, куда он сам хотел меня ударить.
– Как? – едва прошептал он и упал на землю, моя половина успела вытащить
клинок и теперь хищно оскалившись спросила.
– Еще есть желающие? А то вы меня этой царапиной только раззадорили!
Я не видел свое лицо, когда мной владела другая часть меня, но зрелище явно
было не приятное, поскольку молча люди виконта подняли тело и положив его поперек
седла одного из всадников, поехали обратно. Виконт кинул на меня злобный взгляд, но
промолчал, сейчас было время либо
разговоров кончилось.
Едва контроль вернулся ко мне, вернулась и боль от раны, а также слабость, что
подкосила меня. Пастухи, что открыв рот смотрели за боем господ, тут же подбежали ко
мне, на их радостных лицах я видел такое восхищение и азарт, что понял, нужно пока
забыть о ране.
– Теперь водите сюда скот без опаски, если будут нападки людей барона,
обращайтесь к управляющему, он известит меня, - выпрямившись, стараясь не показать, как мне больно спокойно сказал я.
– Господин! Хозяин! – они галдели, пока их не окрикнул старший из них.
Он подошел ко мне, разрывая свою рубаху на лоскутки.
– Тихо вы, не видите хозяин ранен. Я перевяжу вас господин?
Благодарно ему кивнув, я подставился по его руки. Аккуратно, а главное так
удобно наложив на меня повязку, что боль на половину утихла, он поклонился мне.
– Может быть вызвать повозку? – спросил он.
– Доеду так, - переоценивая себя, сначала сказал я и только когда садился на
лошадь понял, что сглупил. Отступать было поздно, я слегка лег на шею лошади, направив
её в сторону дома. Стараясь не шевелиться, я едва доехал до ворот, увидев что со мной
что-то не так, ко мне бросились слуги и управляющий. С их помощью я с трудом
спустился на землю.
– Врача пригласи, я ранен, - попросил я управляющего, в ответ на его ищущий по
моему телу взгляд, повязка была скрыта камзолом.
– Что, неужели наш монашек поранился о ветку? – язвительный голос, который я
мог признать из тысяч раздался позади меня.
Я резко повернулся в направлении голоса, словно меня окатили кипятком,. Стоя на
крыльце, Ричард держал под руку мою жену, причем Натали переплела свою руку с его.
– Натали, нужно бережнее относиться к мужу, - улыбаясь он обратился к моей
жене, язвительным тоном, - а то его любая птичка зашибить сможет. Я вот знаю одну
пикантную историю из его детства, может быть рассказать тебе?
Натали сразу же заинтересовалась. Я потом не помнил того, что произошло, все
что я ощутил, когда сознание вернулось ко мне, это что сижу над телом поверженного
брата и мешу его лицо кулаками. Не обращая на крики и визг, а также женские руки, которые с силой пытались меня от него оттянуть.
Стараясь не встречаться с ней взглядом, я прекратил избиение и встав, пошел к
себе.
– Чудовище! Будь ты проклят! Я ненавижу тебя! – слова оскорбления обожгли мне
спину, заставив вздрогнуть.