Глори и Ко
Шрифт:
Парень взглянул на наши изумленные лица и торжественно добавил:
– Слово Геймса!
Глава IX
В которой рассказывается о том, как мы познакомились
с невозможным существом и невозможными рыцарскими манерами
С того момента, как мы оставили за спиной родину Бона, прошло девять до ужаса скучных дней. Дороги и бездорожье, чистое поле и редкие деревеньки, комары и мухи... Ей-богу, у меня иногда бывало больше приключений в течение получаса похода за пивом!
Нет, кое-что, конечно, случалось. Ну, например, в один из дней, когда мы проезжали по перелеску, некий наглый тигропард изрядных
Бон, который, как оказалось, ужасно ловко управлялся с арканом, мигом накинул милому котенку крепкую петлю на шею. Разумеется, сил тигропарду хватило бы на то, чтобы выдернуть из седла и двоих таких, как наш игрок, но парень тоже был не лыком шит. Он предусмотрительно затянул свободный конец веревки на передней луке седла, а Забияку, да еще с седоком и поклажей на спине, так просто с места не сдвинешь. Так что пока остановленный на половине прыжка тигропард ревел и пытался жестоко искусать воздух, я подобрался сзади и как следует треснул его по затылку, лишив последних, и без того куцых, мозгов.
Вторая история произошла ночью. Мы спали сном праведников, пока прямо у нас под ухом не раздались рев и визг, переполошившие, должно быть, всю живность в округе. Мы вскочили, лихорадочно соображая, кто на кого напал и чем это нам лично грозит. Впрочем, скоро все прояснилось, приняв неожиданно комический оборот. Оказывается, Забияка попытался крутануть амуры с Лакой, за что получил по шее и от нее, и от Изверга. К чести скакуна Бона можно добавить, что урок он усвоил и больше не нарывался; я в душе был страшно горд за своего приятеля.
Но все же было смертельно скучно. Я, разумеется, никогда не стремился самостоятельно искать что-нибудь эдакое на собственное седалище, да и впредь собираюсь придерживаться этого правила, но всему же есть предел! Когда же хоть что-нибудь произойдет, о боги милостивые и не очень?!
Не знаю, есть ли эти самые боги, или нет (лично я пока ни с одним не встречался), но кто-то меня определенно услышал и воздал, как говорится, по запросам. Не понимаете, говорите? А что там понимать-то? На десятое утро со дня исхода из Геймса наша компания вступила под кроны Лохолесья.
Что? Вы там никогда не были? Охотно верю. Лохолесье - такое место, куда туристические караваны уж точно не водят. И правильно делают, кстати говоря. Мне вот хватило одного единственного визита под сии девственные кроны, чтобы раз и навсегда понять - мы с ними не созданы друг для друга. И вовсе не из-за того, что я сноб, как вы, должно быть, подумали. Нет, я решительно ничего не имею против леса... Ну, спасибо, спасибо, очень польщен. Но все равно: ежели лес нормальный, то его Лохолесьем не назовут. Это так же верно, как и то, что моя матушка нарекла своего сыночка Сэдриком!
Вы, небось, думаете: "И чего он нас пугает? Сам-то пока ничего особенного не рассказал, а только ходит вокруг да около...". Это я вас подготавливаю, так сказать. Ну а коли готовы, перехожу к сути.
– М-да...
– глубокомысленно протянула
– Не знаю, как вам, мальчики, а мне почему-то кажется, что это будет неплохой тренировкой перед Спящими Дубравами.
– Верно!
– чихнул Бон, отлепляя от носа клочки вездесущей паутины. Между прочем, сэр Андерс Гансен, который, во-первых, составил самый полный на сегодняшний день бестиарий, а во-вторых, пропал во время экспедиции в Спящие Дубравы, говорил почти то же самое. Кстати, он писал, что встретил в самом центре Лохолесья совершенно необыкновенное человекоподобное существо...
– ...которое было очень большим и очень волосатым, - с восторгом подхватил я.
– Существо это сидело на огромном корявом пне, подперев могучей рукой щеку, точно какой-нибудь король на троне. Именно поэтому поляна с пнем в центре Лохолесья так и зовется с тех пор: Лохотрон. При виде исследователей существо подняло голову и издало протяжный звук "ы-ы-ы", а потом величественно удалилось в чащу. Гансен долго раздумывать не стал, и с присущей ему прямотой нарек его Большим Волосатым Ы!
– Откуда ты только...
– больше по привычке начала Глори, но внезапно оборвала фразу и с подозрением посмотрела на меня: - Надеюсь, что ты не станешь утверждать, что участвовал и в экспедиции Гансена? Она, если мне не изменяет память, была лет сорок назад.
– Сорок четыре, - гордо поправил ее я.
– Нет, конечно ты права. Просто в детстве моей любимой книгой было его "Великое путешествие за Знанием". Великолепный во всех отношениях, кроме названия, труд. До сих пор помню многие куски наизусть.
Девушка наморщила носик:
– Ладно, Большой Волосатый Ы - это, конечно, превосходно, но я надеюсь, вы не слишком обидитесь на меня, если мы не пойдем его разыскивать.
– Да нет, что ты, - усмехнулся Бон.
– Мы просто не забудем этого до конца дней.
Принцесса лучезарно улыбнулась и послала парню воздушный поцелуй. Дать ему в морду, что ли?..
– Это я к чему клоню, Сэд, - продолжала Глори, оторвав меня от кровожадных дум, - твой разлюбезный сэр Андерс в своей книжке описывал только местных чудищ?
– Ну, вообще-то главной целью его был бестиарий...
– с некоторой толикой мстительности протянул я.
– Но Андерс Гансен не был бы самим собой, если бы не описал подробно весь свой путь. Страницах эдак на пятидесяти, если я ничего не путаю. Кстати, он входил в лес примерно с той же стороны, что и мы.
– Именно это я и надеялась от тебя услышать, - теперь уже теплая улыбка, от которой я неминуемо завилял бы хвостом, коли он у меня был, предназначалась мне и только мне. Нет, жизнь все-таки прекрасна!
– Так вперед!
Я и в первое свое посещение Лохолесья (тешил одного сверхбогатого бездельника, которому не хватало в жизни острых ощущений) понял, почему сэр Андерс получил львиную долю материалов для своего бестиария именно тут. И это несмотря на то, что тогда "поисково-развлекательный" отряд всего два часа ехал по самой кромке, не забираясь в чащу. Сейчас же нам была представлена прекрасная возможность оценить все прелести "заповедной лесной тишины". Не знаю, какой поэт первый применил в своих виршах эту метафору, и слава богам. Не хватало мне еще знать поименно всех идиотов!