Глобус 1976
Шрифт:
упрямый люк открылся.
— О'кэй! Путь в переходный отсек свободен! — донеслось из космоса.
Было и еще происшествие, но уже иного характера. Во время одного из сеансов связи Томас Стаф-
форд сообщил:
— У нас на корабле безбилетный пассажир — большой флоридский комар.
— Может быть, пригодится для научного эксперимента? — ответили шуткой с Земли. Но
руководители полета рассудили иначе, и после недолгой охоты судьба «космического зайца» —
предприимчивого
ОТСТУПЛЕНИЕ ВТОРОЕ: ПО ЗАКАЗУ БИОЛОГОВ
Уже на первых витках космонавты приступили к экспериментам. Их целью было выяснить, какие
условия полета — невесомость, потоки радиации, изменение магнитного поля, «сдвиг времени» —
сказываются на росте живых организмов и на их наследственности. Полет «Аполлон» — «Союз»
позволил провести оригинальные опыты. Один из экспериментов, предложенных советскими
учеными, был связан с так называемыми «биологическими часами».
Обычно при перелете на большие расстояния нарушается ритм жизни. Это происходит оттого, что
каждый организм приспосабливается к определенному географическому поясу времени. Совершив
перелет через несколько таких поясов, человек некоторое время чувствует себя разбитым.
Такое привыкание — биологические ритмы — обнаружено у всех организмов — от простейших до
высокоорганизованных. Их изучение ведется давно. Удобнее всего наблюдать ритмику на так
называемых зонообразующих грибках.
Взгляните на пень дерева. На нем отчетливо видны кольца. Каждое кольцо — это год жизни
дерева, год его роста. Грибки развиваются быстрее: они наращивают кольцо — зону — за сутки.
Следя за колонией грибков, растущей на питательной среде, фотографируя ее через каждые 12 часов,
можно проследить за ее развитием.
Такие зонообразующие грибки в специальных приборах — небольших пеналах с прозрачными
окнами на торцах — и отправились в путешествие на «Союзе» и «Аполлоне». Их биологические часы
были «заведены» по московскому и хьюстонскому времени. Контрольные образцы остались на Земле.
При стыковке экипажи обменялись приборами. По возвращении на Землю все фотографии колоний,
побывавших в космосе, сравнивались с фотографиями грибков-землян.
Но на этом эксперимент не кончился. Такие же приборы, только без грибков, были у групп поиска
в Байконуре и на американском вертолетоносце «Нью-Орлеан», принявшем на свой борт астронавтов
после их приводнения в Тихом океане. Эти приборы засеяли грибками-космонавтами, чтобы узнать,
какое они дадут потомство, здоровое или дефектное.
Изучение ритма роста
только для космической биологии, оно подсказывает ученым, как лечить людей с расстройством
жизненных циклов, позволяет рекомендовать людям лучшие режимы работы и отдыха.
А вот другой совместный эксперимент — микробный обмен.
Очень важное значение имеет изучение микрофлоры — микроорганизмов, живущих на коже
космонавтов, а также в отсеках кораблей. По программе ЭПАС корабли подготавливались на разных
континентах. И естественно, микрофлора «Союза» и «Аполлона» была различной. После стыковки,
при визите на другой корабль, космонавты приносили с собой «свои» микробы, а уходя,
прихватывали «чужие». Этот обмен и интересовал ученых. Дело в том, что в космосе у человека
снижается устойчивость организма к инфекциям. Здесь даже ранее безвредные бактерии могут стать
опасными. И если к «своим» микробам космонавты привыкли, то «чужие» могут вызвать
заболевания.
Для изучения обмена микробами с кожи космонавтов и со стенок корабля, начиная со старта и
кончая посадкой, брались пробы микрофлоры. Тщательное изучение этих проб в лабораториях СССР
и США позволило узнать, как микробы путешествуют — переходят с корабля на корабль, насколько
опасно «ходить в гости» во время длительных полетов.
17 ИЮЛЯ. КОСМИЧЕСКИЕ ОРБИТЫ
Приближался кульминационный момент полета — стыковка, и космонавты шутками пытались
скрыть свое нетерпение.
— Ну, как там на «Аполлоне», догонят они нас наконец? — спрашивал в одном из сеансов связи
Леонов. — Не забыли астронавты про стыковку?
Конечно, экипаж «Союза» прекрасно знал, где находится американский корабль, поэтому вопрос
звучал явно комически. Роль путевого указателя сначала несли наземные службы. Они «свели» ко-
рабли до расстояния в сотни километров. Далее наступил самый ответственный участок, когда многое
зависело от мастерства экипажей.
Космос часто сравнивают с безбрежным океаном. Но это сравнение не совсем верно. Ведь над пла-
нетой корабли могут разойтись еще и по высоте. Поэтому веселая картинка, сделанная Леоновым еще
в Москве, на которой изображены сидящие на «Аполлоне» астронавты, всматривающиеся в
космические дали, с надписью «Где они?», имела большой смысл.
На тридцать четвертом витке наш корабль вошел в тень Земли, и вдруг тьму космоса прорезали яр-
кие вспышки света — это «Союз» и «Аполлон» включили свои маяки.