Глобус 1976
Шрифт:
время и был произведен запуск «Аполлона». Он двигался по более низкой орбите и с большей ско-
ростью, чем советский корабль, постепенно догоняя его.
Выход на орбиту — сложная операция. Стоит немного превысить скорость или увеличить период
обращения, как корабль окажется далеко от намеченной точки. От витка к витку отклонения будут на-
растать, и к моменту встречи корабли окажутся слишком далеко друг от друга. Поэтому орбиту при-
ходится
Наземные измерительные пункты, находящиеся на суше, передают космический корабль из «рук в
руки». А над океаном слежение принимают специальные суда. Все измерительные пункты тщательно
определяют орбиты космических кораблей и передают эти данные в Центры управления. Здесь
выдаются команды на уточнение орбиты: определяются моменты включения двигателей и время их
работы. После каждого маневра навигационные измерения повторяются и на их основе
вырабатываются, если это надо, новые поправки орбиты.
Начальная орбита космического корабля похожа на эллипс. Но для стыковки более удобно, чтобы
она была круговой.
К семнадцатому витку «Союз» вышел на круговую монтажную орбиту. Все маневры были
выполнены весьма точно. И это нужно не для рекордов, ведь каждый выигранный метр, каждая
выигранная секунда — это сбереженное топливо, облегчение поиска и сближения.
15 И 16 ИЮЛЯ. КОСМИЧЕСКИЕ ОРБИТЫ
Орбитальная вахта для экипажа «Союза-19» началась в 15 часов 30 минут. Были раскрыты
антенны приемно-передающих устройств, развернули свои крылья солнечные батареи.
— Мы осмотрели корабль. Все идет по программе, — сообщает на Землю А. Леонов, а В. Кубасов
добавляет:
— Приступаем к построению орбиты, на которой будем ждать «Аполлон».
На начальном этапе полета ни цветное, ни черно-белое изображение с борта «Союза» не
проходило. Для полета это существенного значения не имело — связь с Землей осуществлялась по
радио. Но все же хотелось не только слышать, но и видеть космонавтов.
— Нужно продублировать включение телекамеры, — советовал Центр.
— Пробовали. Все без изменений, — отвечали с борта «Союза».
В Центре управления собрались специалисты, космонавтам задали уточняющие вопросы. Вскоре
диагноз поставлен: виноват «диспетчер» — блок, переключающий телевизионные камеры. Но он
является одновременно и одним из усилителей сигнала. Следовало выяснить, намного ли снизится
уровень сигнала, если этот блок «ампутировать», убрать совсем. И вот уже эта ситуация «проиграна»
на Земле: на качестве изображения такое упрощение
Владимир Джанибеков, бортинженер одного из резервных экипажей, дважды произвел замену не-
исправного блока на Земле. На орбиту передаются рекомендации, как лучше расположиться при ре-
монте, какие имеющиеся на борту подсобные материалы и инструменты использовать.
И вот Леонов и Кубасов становятся радиомонтажниками. Они отсоединяют и перекусывают одни
провода, закорачивают другие.
— Мы используем в. качестве изоляции лейкопластырь из аптечки, — говорит бортинженер.
В ход идет не только лейкопластырь, а и целлофановые пакетики из-под пищи. Роль паяльника вы-
полняют плоскогубцы и мягкая стягивающая проволока. Эта довольно трудоемкая работа требует
искусства владения инструментом. И хотя ремонт идет хорошо, но его выполняют урывками: нельзя
пропустить ни маневр на орбите, ни намеченные эксперименты.
Наконец цветная телевизионная камера замкнута прямо на передатчик. И на двадцатом витке
огромный экран Центра управления загорается всеми цветами радуги.
— Дорогие товарищи! Мы ведем свой первый репортаж с борта космического корабля, — говорит
Леонов, и мы видим его на экранах наших телевизоров. Земля начинает уверенный прием
изображения с орбиты.
— Вы молодцы! — поздравляет Земля космических ремонтников.
Не все гладко шло и на американском корабле. Вэнс Бранд сообщил на Землю, что он не может от-
крыть люк для выхода в переходный отсек. Создалась критическая ситуация. Хотя корабли и могли
соединиться, но переход из одного корабля в другой был невозможен. Астронавты пытались починить
стыковочный узел, но безуспешно и наконец по распоряжению руководителя полета легли спать. А на
Земле было не до сна.
Для стыковки с «Союзом» «Аполлону» требуется «внутренняя перестройка». Но для этого нужно
отвести корабль от переходника, соединяющего последнюю ступень носителя с кораблем,
развернуться на 180 градусов и вновь состыковаться. Американцы работали по старой системе
стыковки «штырь — конус». (Штырь — нечто вроде зонтика — расположен на кабине «Аполлона».)
Когда переходный отсек после маневра перестроения «пристегнулся» к носу корабля, лепестки «зон-
тика» не сложились и загородили собой проход.
Утром узел-дубль был доставлен прямо в главный зал Центра управления. Его поставили рядом с
оператором, который вел переговоры с астронавтами. Специалист по стыковке показывал оператору,
какие детали снимать, какие гайки отвинчивать, чтобы добраться до «корня зла». Через полчаса