Глазами ангела
Шрифт:
Один из уцелевших падает к моим ногам:
– Спасите, прошу вас.
Он напуган. Но замечаю на нем бандану с эмблемой Песка. Зачем же нападать на своих?
– Отойди, если не хочешь запачкать одежду, - абсолютно спокойный взгляд того, кого они называли чудовищем. От этого взгляда не по себе становится и мне.
– Уходи оттуда!
– крик Катсуро.
Перевожу взгляд на тех двоих, что встретили нас, и вижу такой же страх. Они все его боятся! Да что у них такое творится?
– Нет, остановись! Они же
– смотрю в глаза, в которых нет и капли жалости.
– Я предупреждал, - он протягивает руку, а я слышу шуршание песка за спиной.
Вокруг меня вдруг становится темно. Где-то вдали слышится плач. Плач ребенка. Стараюсь идти на звук, хотя не совсем понимаю, как здесь можно ориентироваться. В какой-то момент он становится громче, и я вижу, что в луче света сидит маленький, красноволосый мальчик.
– Почему ты плачешь? Кто-то тебя обидел?
– Мне больно и страшно, - раздается сквозь всхлипы.
– Они все ушли и оставили меня одного. Первый порыв - обнять этого малыша, как-то успокоить, передать свое тепло.
– Не плач, ты не один, я с тобой, - шепчу ему на ухо, крепко обнимая.
– Они все спят. Сами решайте, что с ними делать, - раздается спокойный голос Мики.
Тишина, ветер треплет волосы, солнце, стремящееся к горизонту, греет спину, а я так и продолжаю обнимать неизвестного мне шиноби, которого боятся даже в собственной деревне. Как-то неловко. Отстраняюсь. В его глазах удивление.
– Кто ты?
– еле слышный шепот.
– Меня зовут Хикари, - весело выдаю я, чувствуя, как горят щеки от смущения и уши от укоризненного взгляда Катсуро за проваленную миссию.
Глава 4.
Выжили всего четыре человека. Их решили оставить с Канкуро (так к нему обратился красноволосый). Весь остальной путь прошел в неловком молчании. Хотя, возможно неловкое оно только для меня. Особенно с хмурым Катсуро рядом. Зато появилось время обдумать, как все это преподнести отцу, и что нас ждет дальше.
Деревня нас встретила уже ночью, потому рассмотреть ее не получилось.
– Темари, отведи их к Казекаге-саме и сообщи про напавших, - после этих слов тот, кого называли чудовищем, уходит даже не обернувшись.
По лицу девушки не скажешь, что она в восторге от того, что все свалили на нее, но мы продолжаем свой путь дальше. В одном из зданий перед дверью Темари просит нас подождать и сначала заходит сама, а уже через минуту приглашает нас.
Мы оказываемся в большой комнате, разделенной на две части ширмой, за которой виден силуэт. Больше никакой мебели здесь нет.
– Добро пожаловать в деревню
Чувствую, что что-то не то. И там сидит Казекаге? Как я могу верить этому силуэту? Отец сказал отдать свиток главе деревни, но он ли это? Возможно, если бы не случившееся по дороге, то я смогла бы увидеть его глаза. Ведь не просто так отправил сюда именно меня.
– Я знаю, что у вас послание для меня от Мудрейшего. Можете оставить его здесь. Темари проводит вас в ваши комнаты, там вы сможете отдохнуть.
– Спасибо, но нам нужно как можно скорее отправиться обратно, - достаю свиток и оставляю перед ширмой.
– Хорошо. Надеюсь, получиться решить этот вопрос как можно быстрее. А сейчас вам лучше отдохнуть.
Кланяемся тени и идем следом за девушкой. Комнаты у нас оказываются в другом здании и соседние, но все остаются после ухода Темари почему-то в моей.
– Что на тебя нашло?
– Катсуро еле сдерживает злость, Мика молчит, но лучше бы кричала.
– Не знаю, - устало опускаюсь на кровать.
– Ты же знаешь, я их не контролирую.
– Тогда зачем ты вообще полезла вперед?
– и уже почти шепотом - Ты понимаешь, что мы провалили миссию?
– Все я понимаю.
Я подвела всю команду, возможно даже деревню, отца.
Вдруг раздается грохот, крики людей, какая-то беготня по коридору. Мы выбегаем следом за всеми на улицу. Это ужасно! Какой-то странный и страшный монстр крушит все на своем пути, всюду песок и человеческий крик, переходящий в рев, раздается по всей деревне. Его пытаются как-то усмирить, но, похоже, его это злит еще больше.
Всмотревшись, вижу, что это тот самый паренек, который встречал нас. Правда, теперь его сложно узнать. Часть лица и тела изменились: странная рука непонятной длины, звериный оскал, полные ненависти глаза, один из которых явно не его, и часть чем-то напоминающая хвост.
– Что он такое?
– потрясенно шепчет Катсуро.
– Джинчурики песчаного демона, - отвечаю я, вспоминая описания и рассказы отца.
– И я его могу остановить. Или хотя бы попытаться.
– Разве ты освоила ту технику?
– Почти, - сама слышу в голосе свою неуверенность.
– Нет, ты не пойдешь туда. Не хватало еще раскрыть свои способности полностью или, что еще хуже, погибнуть, - он настроен решительно.
– Катсуро, он сейчас разрушит тут все! Они же его не контролируют! Пострадают люди!
Вздрагиваю от укола и поворачиваюсь в сторону Мики.
– Прости, Хикари, но у нас тоже миссия.
– Что?
– успеваю произнести я, прежде чем начинаю чувствовать изменения в организме.
Тело немеет, кружится голова, куда-то все плывет. Нет, яд бы она не стала применять, а вот снотворное запросто. Похоже, Совет решил подстраховаться.