Глаз
Шрифт:
— Я не знала, что всё будет вот так… — призналась я, не в силах подобрать подходящие слова, чтобы выразить эмоции, передать впечатления.
— А ты как себе представляла? — с усмешкой поинтересовался муж.
Признаться честно, ранее мир иной мне представлялся слишком туманно и даже то место, где я побывала в момент своей смерти. Думалось, что однажды это станет нашим маленьким счастьем — одним на двоих. Но оказалось, что у наших ног лежит совершенно новый мир. Настоящий и живой, напоенный силой. И проявление этой силы можно было увидеть повсюду, а особенно
— Не скажу. Моё воображение слишком ущербно, — засмеявшись, призналась я, счастливо повиснув у любимого на шее. Я ещё никогда не чувствовала себя так легко и свободно, а теперь будто и дышится иначе.
Серебристые глаза искрились теплом и любовью. Странно, что раньше я не замечала этого выражения. Мне были доступны только ощущения.
— Хватит плакать, — он ласково коснулся моей щеки подушечками пальцев и лишь слегка задел кожу прохладными когтями.
— Разве я достойна этого чуда? — прошептала я.
— А ты только попробуй усомниться в этом, радость моя, — многообещающе произнёс муж, подхватывая меня на руки.
Ласковое прикосновение его губ к моим губам, прокатилось по всему телу волной приятных мурашек.
— Люблю.
Кажется, мы вместе это сказали.
Послышался звук расправившихся исполинских крыльев, и нас на мгновение накрыло их тенью.
— Готова?
Я охотно кивнула, чувствуя, как обмирает всё внутри от восторга и предвкушения.
Но не успели мы взмыть в небо, как совсем рядом послышался чей-то окрик. Мы оба удивлённо оглянулись назад и увидели знакомую фигуру в белом платье, длинный подол которого трепетал под порывами тёплого ветра.
— Магдаль…
Ведьма выглядела довольно непривычно, но всё же это была именно она.
— Я пришла убедиться в своих предположениях, — проговорила она, загадочно улыбнувшись. — И пожелать Тисе удачи в её новой жизни. Береги её, демон.
С этими словами она растворилась в воздухе словно призрак, оставив нас снова одних. Всегда поражалась и немного завидовала её способностям.
— Она ведь не человек? — впервые озвучила я свою догадку.
— Лишь отчасти, — мой демон лукаво сощурил серебристые глаза. — Разве ты не поняла, что тот Храм, это в каком-то смысле её наследие? Она дочь одного из сильнейших магов смерти и лунной богини.
— Бывают же чудеса на свете, — поражённо пробормотала я.
— Кто бы говорил, — Клён рассмеялся и, прижав меня покрепче, устремился в небеса, где какой-то безумный художник смешал прозрачный лёд и яркую лазурь, разбавив это всё алыми перьями облаков, отражающими далёкий свет сияния на горизонте.
========== 27. После нас ==========
Вместо эпилога
Пять лет спустя
Стеклянные подвески искрились на ярком солнце и позвякивали, перестукиваясь на ветру, и заполняли этим лёгким перезвоном всю округу. Таким образом, весь Хольтерн в этот весенний день был наполнен мелодичным звоном и светом.
На весенний фестиваль стекольщиков съезжались гости из всей Севарры и других стран, а потому местные мастера
По широкой улице мимо разноцветных лавок, среди прочих прохожих, неспешно прогуливалась молодая пара — невысокая изящная девушка с большими светло-серыми глазами и чертами лица, выдающими в ней северянку и красивый статный севарриец, придерживающий свою спутницу под руку. Мало кто узнал бы сейчас в этой утончённой особе чудом спасшуюся когда-то сироту и впоследствии воспитанницу последней Видящей Ордена, Иву.
Молодые люди заметно выделялись на общем фоне. Они не походили ни на кого из этой разноцветной восторженной и шумной толпы. Если ещё мужчина внимательно присматривал за девушкой, то та мыслями и духом словно была далеко от фестиваля. И любой из случайных прохожих, кому доводилось встретиться с ней глазами, старательно отводил взгляд. В светло-серых глазах плескались озёра неподдельной печали и давней боли.
— Пять лет прошло, а чудится, будто всё случилось вчера, — проговорила Ива, не глядя на Канера.
— Ты ещё скажи, что ничего не изменилось, — немного ворчливо заметил он, ещё слишком хорошо помнящий о том, как она плакала навзрыд в гостинице, когда они приехали в Хольтерн первый раз.
— Нет, это не так, — на щеках девушки расцвёл бледный румянец, когда пальцы мужчины переплелись с её.
За последние года изменилось многое…
С Ирнором удалось заключить определённые договорённости, гарантирующие отношения, которые если нельзя было назвать тёплыми, то уж во всяком случае, мирными. Правда, многие жрецы продолжали распускать слухи о том, что Ирнор — гнездо, где обитают демоновы отродья, чем укрепляли стереотипы в умах обывателей.
Рядом с Храмом богини Луны строилась первая официальная школа для детей с уникальными талантами (так дипломатично стали именоваться магически одарённые). Маги и ведьмы обычно неохотно покидали свои убежища, но после того, как стало известно об ожидающих их в столице перспективах, самые смелые уже начали стекаться со всей страны в столицу. Попытавшиеся устроить бунт жрецы безбожно опоздали, и теперь им только и оставалось, что помалкивать и довольствоваться тем, что есть (пока не отобрали и это). Вполне предсказуема была новость о том, что директором школы будет не кто иная, как Магдаль.
Капитан Эан Актир принял севаррийское гражданство и благодаря особым заслугам перед государством стал адмиралом. Поговаривали, что ему удалось завербовать многих ирнорцев, пошедших после переворота в стране, путём пиратства.
На исходе минувшей осени Канер сделал Иве предложение, а свадьбу сыграли уже вначале весны. В тот день девушка страшно переволновалась, и ей постоянно казалось, что вот-вот, откроются двери храма, где проходила церемония, и войдёт Шальтиса под руку с Клёном. Этого, конечно же, не произошло, но она всё равно ощущала себя так, как будто кто-то наблюдает за ней и Канером.