Главный день
Шрифт:
— И? При чем тут новая штатовская валюта?
— Просто один из вариантов предусматривал немедленное начало вооруженного выступления в случае принятия в США амеро. Немедленное!
Я задумчиво почесал затылок. Странно… Что-то не сходится. Нет, из-за чего так должно произойти как раз понятно. Во всех странах сейчас не просто паника, а настоящий хаос. Ну еще бы! Люди теряют настолько сумасшедшие бабки, что ни отдельным личностям, ни правительствам нынче точно не до России. Амеры из игры выпадают, по вполне понятным причинам. Им свое кидалово еще долго расхлебывать
То есть сам факт привязки начала революции к сильному общемировому потрясению вполне логичен и вопросов не вызывает. Но как?! Как «колхозники» умудрились столь шустро на него среагировать? Это просто физически невозможно! Время «Ч» можно перенести на час, на два, на день, но ведь не на два с половиной месяца! Даже если бы они плюнули на предварительную подготовку и начали действовать сразу после получения новости относительно амеро (а это, напомню, вчерашний вечер), то ничего кроме пшика не получилось бы. Вон Лаптев упоминал дивизион «Прима». Да пусть там был не дивизион, пусть даже батарея. Но сколько ей времени понадобится снарядиться, выдвинуться на позиции, развернуться и нанести удар? Нет, никак не успевают. Если только…
От внезапно пришедшей мысли я замер. Хм, если только подпольщики о новой американской валюте не были оповещены хотя бы за несколько дней. Ну к примеру, за неделю. Тогда можно пренебречь неполной готовностью к восстанию и выступить уже накопленными силами, чтобы только не упустить момент.
Блин, но ведь информация о смене валюты относится к такому уровню государственной тайны, что я даже не представляю себе количество нолей к грифу! И что в политическом, что в денежном эквиваленте стоит она даже не миллиарды, а триллионы и триллионы! А если подпольщики о ней узнали, значит, утечка информации от пиндосов шла с самого верха…
— Чего завис?
— Что?
Повернувшись к Цыгану, я несколько секунд непонимающе хлопал глазами, и он повторил:
— Чего, говорю, завис? Да еще с такой физиономией, как будто ты какой-нибудь новый физический закон сейчас откроешь!
Но я, не обращая внимания на подначку, наклонился к уху командира, тихо сказав:
— Оказывается, наша агентура за рубежом просто отлично работает!
Прядилин, напрягшись, остро глянув мне в глаза, а потом усмехнулся и кивнул:
— Да, очень даже неплохо…
В этот момент Лешка-связист оторвался от своей бандуры, радостно объявляя:
— Есть связь!
Лаптев метнулся к нему, что-то проверил, после чего, мгновенно построжев лицом, приказал:
— Так, товарищи, хаханьки кончились. Всех попрошу покинуть помещение узла.
Народ безропотно направился к выходу, лишь хитрокрученый контрразведчик, сказав, чтобы мы ждали его на улице, остался.
А еще через час наша группа пошла обзаводиться оружием. В каком-то сборно-щитовом ангаре, где был развернут временный склад РАВ, мы получили пять доисторических «ПМ». Крутя в руках «Макарова», я возмутился:
—
Выдававший оружие мужик лет пятидесяти, с замашками прожженного прапорщика, флегматично ответил:
— Ну шо ты ерепенисся? Мне шо командир написал, то и выдаю.
— А патроны?! Почему только шестнадцать штук?
Мужик удивился:
— Да куды уж боле? Иль ты, затяжные бои с «макарки» вести собираисси? Не, если ты Рэмба, то могу хучь сотню дать, хучь две. Ага, и сидор, шоб их таскать…
Я опять открыл было рот, но Игорь, положив руку на плечо, успокоил:
— Не сепети. Нам в атаку не ходить. Все равно ведь здесь сидеть будем…
Про сидение в Заречном до тех пор, пока на дорогах не станет более-менее спокойно (а это, по самым оптимистическим прогнозам, дней пять), я уже знал, поэтому угомонился, пробурчав:
— Ты бы про атаки так легко не загадывал. Хрен его знает, как оно повернется. И лучше быть сразу готовым, чем потом, выпучив глаза, бегать.
Стоящий рядом и набивающий магазин патронами Костя припечатал:
— Да вы, батенька, пессимист!
А Цыган задумчиво прокомментировал:
— Нет, просто Серега у нас предусмотрительный, как та Муму, что, предчувствуя недоброе, с вечера наелась пенопласта! Хотя его чуйке я верю.
Прядилин, поначалу, видно, тоже хотевший что-то язвительное ляпнуть в мой адрес, после слов Федьки, задумчиво пожевав губами, вдруг переменил решение:
— Ладно! Вот блокнот, пишите, что вам нужно. Я со здешним командованием еще раз переговорю…
Да, кто бы знал, что слова нашего казачины насчет Муму не далее как к полудню окажутся пророческими…
А ведь поначалу все развивалось исключительно по плану. Местные «колхозники», вооружившись и разбившись по подразделениям, большей своей частью отбыли на выполнение задачи — перекрытие трассы М4 и взятие под контроль окружающей местности. Грузовиков на всех не хватало, поэтому для перевозки личного состава задействовали и микроавтобусы, и легковушки, и даже трактор с большим прицепом. А особенно меня впечатлила проехавшая мимо, груженная под завязку «Лада», в открытом багажнике которой сидел парень с РПГ. Удивленно покрутив головой и глядя, как машина тяжело переваливается по ухабам, я предрек:
— Еще километра два и они точно или глушитель потеряют, или этого ухаря с гранатометом!
Чиж, сосредоточенно крутящий в руках новенькую СВД, [47] невпопад ответил:
— Глушитель в нашем деле не главное, — и просительно добавил: — Мужики, может, оружием займемся? А то хоть и сказали, что оно пристреляно, но я как-то чужим рукам не доверяю. Тем более если это снайперки касается…
Мы с ним дружно согласились и пошли выдавливать из кладовщика станок для пристрелки.
47
СВД — снайперская винтовка Драгунова.