Главное -семья

Ку-ро-чка

Старший мальчик подошёл и предостерегающе притронулся к его плечу.

Гарри опустился перед ними на корточки.

– Почему вы здесь? У вас ведь каникулы.

– Нам некуда ехать на каникулы, сэр. Наши родители в Азкабане, - пожал плечами старший мальчик. – Я Элтон Розье, а это Сайрус Кэрроу.

Эван Розье с женой и Амикус Кэрроу были приговорены к пожизненному сроку в Азкабане.

– Но ведь вам должны были назначить опекунов, - неуверенно сказал Гарри.

– А кто согласится быть опекуном у нас? Мы дети солдат

Повелителя, - с какой-то затаённой гордостью произнёс младший слизеринец. Старший опять предостерегающе сжал его плечо.

«Чёрт! Мы растим новых Упивающихся», - понял Поттер. – «О чём думает МакГонагалл?»

– За что вам назначили отработку?

– За массовую дуэль, сэр, - коротко ответил старший.

– С грифами. У нас весь Слизерин дрался. У нас у всех отработки, - уточнил младший. – Эти вонючие грифы нашу Эдварду изнасиловали, и им ничего не было, - чуть не плача говорил он.

Гарри с болью смотрел на этих так рано повзрослевших ребятишек. Мерлин! Им бы о квиддиче рассказывать, а не об изнасиловании. Он достал палочку и несколько раз произнёс заклинание «Мистеропропериус». Это заклинание часто использовала Астория, убирая за Тяпиком грязь, которую тот тащил со двора. Весь мраморный пол мигом заблестел. Гарри повернулся и отправился в директорский кабинет. До него донеслось тихое «Спасибо, сэр».

Он взбежал по лестнице и очутился на Астрономической башне. Горгулья у кабинета директора проскрипела: «Героям войны – слава!» и пропустила его.

МакГонагалл почти не изменилась. Та же гладкая причёска, пуританское длинное платье, строгое выражение лица.

– Гарри, как я рада тебя видеть! – воскликнула она, протягивая руку. – Ты куда-то пропал, я два месяца не могла тебя найти.

– Э-э-э, я болел, профессор. Воспаление лёгких.

– Почему ты никому ничего не сообщил? Никто не знал, где ты.

– Я … меня не было в Англии, - соврал Гарри и, чтобы сменить тему разговора, спросил.
– А помните, вы приглашали меня на работу?

– Ты согласен? Гарри, как хорошо! – обрадовалась МакГонагалл.
– Я совсем зашилась! Не могу найти преподавателя трансфигурации, приходится вести самой. Представляешь, мне приходится быть директором, преподавателем трансфигурации и деканом Гриффиндора! Не могу же я отдать факультет в первые попавшиеся руки! Вот ты сначала поработаешь просто преподавателем, а потом я назначу тебя деканом.

– Профессор, а могу я каждый вечер возвращаться домой? У меня… э-э-э … семейные обстоятельства…

– Я разрешу тебе, хоть это и против правил. Я в тебе очень заинтересована. У тебя что, кто-то появился? Вы, вроде бы, с Джинни Уизли неровно друг к другу дышали?

– Не-ет…Это не Джинни… - пробормотал Гарри. – Профессор, а кто декан на Слизерине?

– Никто, - сухо ответила директор. – Да им и не понадобится декан. Со следующего года я расформирую этот факультет. Слизерина больше не будет.

–

А студенты? – ошарашено спросил Гарри.

– Распределю на другие факультеты. Сейчас на Слизерине остались только дети преступников, остальных родители перевели в другие школы. Этим потенциальным Упиванцам не помешает пообщаться с простыми людьми.

«Ага, пообщаться. Тех, кто попадёт на Гриффиндор, попросту поубивают, вот и всё общение», - вздохнул про себя Гарри, поразившись жестокости, звучавшей в её словах.

– Я недавно посещал Мунго, - опять соврал он. – Там ходят какие-то слухи, что в школе кого-то изнасиловали.

– Это просто слухи, - отрезала МакГонагалл. – Так ты будешь работать у нас?

Гарри вспомнил отчаянную и горькую гордость в глазах двух слизеринских мальчишек и согласился. Ему пришлось подписать учительский контракт на полгода. Преподавать ему предстояло на младших курсах. Он взял у директорши учебники по трансфигурации за первый и второй курс, попросил разрешения побродить по школе, распрощался и вышел.

Он бегом спустился на третий этаж, вошёл в туалет Плаксы Миртл, шуганув её со стойки умывальника.

– Откройся, - прошипел он парселтанге.

Раковина рухнула вниз. Гарри протиснулся в узкий лаз и медленно пошёл по извивающемуся коридору. Вот и знакомый слабо освещённый зал, где он разговаривал с шестнадцатилетним Томом Реддлом, а потом сражался с василиском. Гарри засветил Люмос и огляделся. О, вот у самого входа пустая кожа василиска. Наверное, он линял, как и обычные змеи. Поттер заклинанием Секо откромсал огромный кусок и спрятал его в безразмерную сумку, которую перед уходом всучил ему Драко. Ему было не по себе. Он всматривался в полумрак. Интересно, куда делось тело убитого василиска? Где-то в глубине зала вдруг послышалось какое-то шуршание.

– Кто здесь? – тихо прошипел голос. – Я не узнаю твой запах.

Гарри с замиранием сердца подошёл поближе. Огромное белое тело слегка шевельнулось, величественная змеиная голова приподнялась, понюхала воздух и бессильно опустилась.

– А, Гарри Поттер. Наконец-то. Давай, добей меня. Я не хочу больше жить слепым, - прошипел огромный змей.

Василиск ещё жив! Гарри, как загипнотизированный, поднял палочку.

– Не надо! – на его руке повис маленький Сайрус Кэрроу.

– Это же василиск! Он опасен.

– Он слепой! – Сайрус бесстрашно подошёл к василиску и обнял его голову.

Длинный раздвоенный язык нежно лизнул руку малыша.

До Гарри вдруг дошло, что он и Сайрус изъясняются на парселтанге.

– Ты змееуст? – удивлённо спросил Поттер.

– Да! Можете убить меня! Я же чистокровный! Давайте, убивайте и меня, и Шихар-Шена! – и малыш разрыдался, уткнувшись носом в огромную голову василиска.

– Я не буду никого убивать. Просто когда я был здесь в последний раз, этот твой Шихар-Шен кинулся на меня и пытался убить.