Главная роль
Шрифт:
– Я тебя никому не отдам, так и скажи своему Майку Адамсу, – шептал Джонатан.
Он опрокинул Кейт в траву и покрывал жадными поцелуями ее лицо и шею. Она смеялась и отталкивала его от себя, чувствуя, как внутри от его ласк разгорается пламя. И вот она уже притянула его к себе, прижалась к нему всем своим молодым телом, вдохнула запах его кожи и волос, стараясь раствориться в нем, слиться с ним в одном бушующем потоке, утонуть в любви и воскреснуть другой женщиной. Женщиной, которую любят…
Как бы нежелательно не было обращение в
К великому сожалению лейтенанта Макконнахи, беседа с пострадавшей пока откладывалась – Блайт особенно настаивал на том, чтобы вначале ее полностью осмотрели в больнице и убедились в том, что ее жизни и здоровью ничто не угрожает, а уже потом пускали к ней полицейских. Никакие возражения не принимались, и лейтенанту пришлось уступить – спорить с Джонатаном Блайтом было невозможно. Он был не просто королем здесь, он был богом, и полицейский смирился.
– Надеюсь, вы понимаете, что показания мисс Феллоу могут иметь решающее значение. Она может помочь нам, – сказал он напоследок, намекая, что умывает руки.
– Решающее значение имеет сейчас самочувствие мисс Феллоу, – отрезал Блайт. – Не думаю, что она сможет рассказать вам больше, чем любой из свидетелей.
И Макконнахи сдался. В словах Блайта было разумное зерно – в свидетелях, и вполне хороших, недостатка не было. Вскоре, у него было уже полное представление о случившемся. Кейт Феллоу, исполнительница главной роли в фильме, должна была подняться по пожарной лестнице на пятый этаж кирпичного дома и влезть в окно комнаты, где ее уже поджидал актер Шон Гордон. Половину лестницы мисс Феллоу преодолела быстро и без всяких приключений, но когда она добралась до третьего этажа, лестница вдруг зашаталась и после нескольких движений актрисы буквально развалилась на составляющие части. Мисс Феллоу упала вниз и была в бессознательном состоянии отправлена в больницу. Беглый осмотр креплений лестницы показал, что в трех местах они были подпилены. Это и послужило формальным поводом для звонка в полицию.
– Ее пытаются убить! – Шон Гордон громыхнул по столу кулаком.
Лейтенант Макконнахи оценивающе разглядывал его. Красивый малый ничего не скажешь, причем такой, что способен любую свести с ума. Недаром в комнате дочки висит огромный плакат, с которого сияет его улыбка. Теперь будет что рассказать ей вечером…
– Почему вы сразу не обратились в полицию после истории с пистолетом? – спросил Макконнахи. Об этом эпизоде упомянул Джонатан Блайт, который, однако, был более сдержан в выводах.
– Думали, не стоит.
По лицу Гордона было видно, что он очень раскаивается в этом. Макконнахи ухмыльнулся. Теперь будут знать.
– Есть ли у мисс Феллоу какие-нибудь недоброжелатели?
–
– Никто не говорит о покушении, – вкрадчиво заметил Макконнахи. – Просто несчастный случай.
– Два за одну неделю? – усмехнулся Гордон. – И с одним и тем же человеком? Никто, кроме Кейт, не должен был подниматься по этой чертовой лестнице!
Лейтенант хрустнул пальцами. Да, на несчастный случай не спишешь. Но расследование вряд ли затянется – круг лиц, околачивающихся на съемочной площадке, ограничен, нужно всего лишь методично проверить каждого…
– Вы, Кейт, в рубашке родились, – улыбнулся доктор Бингли, хирург больницы, куда в спешном порядке доставили Кейт. – Ни одного перелома или вывиха. Всего лишь парочка синяков…
– Я же сказала, что хорошо себя чувствую, – проговорила довольная Кейт.
Доктор Бингли поверх очков взглянул на свою звездную пациентку. Ему не раз приходилось заниматься знаменитостями – больница находилась недалеко от съемочных площадей кинокомпании Маунт Пикчерс и время от времени получала от нее пациентов. Но эта Кейт Феллоу не похожа на других – она не стонет, не жалуется, не требует лишнего внимания. Наоборот, уверяет всех, что с ней все в порядке, задорно улыбается, и хочет побыстрее вернуться к работе.
– Но на всякий случай вам все равно придется понаблюдаться, – строго сказал он. – Мало ли что…
Кейт огорченно вздохнула. Глупо лежать в больнице, когда прекрасно себя чувствуешь. Даже если сегодня ты свалилась с пожарной лестницы.
– Я такая неуклюжая, – пожала плечами Кейт. – Но я буду очень осторожной.
– Вот и отлично. – Доктор Бингли уже знал, что полиция хочет побеседовать с Кейт, но предпочел не ставить ее об этом в известность. – Кстати, к вам посетитель. Уже час пытается к вам пробиться…
Кейт принялась лихорадочно поправлять волосы. Джонатан не должен увидеть ее в таком ужасном виде!
– У вас нет зеркальца? – спросила она жалобно.
– Вы и так чудесно выглядите, – рассмеялся доктор. – Не беспокойтесь…
Кейт откинулась на подушки. Сейчас войдет Джонатан и…
– Привет.
Кейт едва сумела подавить стон разочарования. Это был всего лишь Шон.
– Привет, – пробормотала она.
Теперь понятно, почему доктор так многозначительно на нее поглядывал, – Шона Гордона в лицо не знали только грудные дети.
– Ты в порядке? – спросил Шон озабоченно. Он присел на край кровати и протянул Кейт букет цветов. – Это тебе.
– Спасибо. – Она взяла цветы и вдохнула терпкий запах. – Но не стоит беспокоиться, завтра я уже выйду отсюда.
– Ты уверена? Может быть…
– Шон, у меня только синяки, – перебила она его. – Не надо делать из меня инвалида. Если я была один раз настолько неуклюжа, что свалилась с лестницы, то это не значит, что я…
Шон страдальчески скривился.
– Ты не была неуклюжа, – медленно произнес он. – Лестницу подпилили.