Гладиатор для неё
Шрифт:
Он ударил ее, от чего девушка отлетела.
— Пошла отсюда! И до тебя очередь дойдет!
Атилия воспользовалась моментом и, вскочив, побежала из спальни в коридор. Он хотел ее схватить, но рабыня кинулась и обняла его ногу, стала ее целовать.
Сумев юркнуть мимо Луция, Атилия выскочила в коридор, и уже бежала к себе. За спиной она слышала звуки ударов, ругань мужа и стоны от боли избиваемой Сиры.
Вбежав к себе в спальню, она захлопнула обе створки основных дверей, и закрыла их задвижкой. В это время мысленно благодарила Сиру за такую самоотверженность. «Только бы не убил ее» — повторяла она эту мысль снова и снова. Немного
В этот момент сильный стук от ударов в двери с той стороны отвлек ее. Атилия стала молиться Юноне, прося защиты. Послышалась мольба Сиры, видимо она снова вцепилась ему в ноги, так как удары в дверь прекратились.
— Ах ты, тварь, — Луций теперь кричал на Сиру, — Так ты хочешь, чтобы я тебя воспитал? А ну пошли!
Наверное, он волочил ее по полу, звуки удалялись по коридору в сторону его спальни.
— Только бы она выжила! Только бы выжила! Мать Юнона, защити ее, умоляю, — Атилия стояла на коленях перед маленьким алтарем в стене и молилась на изображение головы богини, — Обещаю в ближайшие иды принести в жертву тебе трех белых голубей. Только не дай ей умереть.
В это время она слышала шум избиения рабыни из спальни мужа. Похоже, что он бил ее ремнем. После долгих молитв все стихло. Видимо, Луций устал. Она потихоньку выглянула и увидела ее без сознания. Рабыня лежала у закрытой двери его спальни. Проскользнув в маленький коридорчик, она зашла к Фелице. Небольшая спальня ее личной рабыни находилась рядом.
— Фелица, бери покрывало и пошли, — она говорила шёпотом, — Только тихо, чтобы он не услышал.
Босиком, стараясь не издавать шума, они подошли к спальне Луция. Дверь оказалась заперта, ни каких звуков не слышно. Возможно, он напился и спал. Они тихонько положили Сиру на покрывало, и понесли к Атилии. Девушка была не тяжелой. Попав в спальню, Атилия сразу закрыла двери на засов. Сира все еще лежала без сознания и вся в крови, лицо и тело. Фелица принесла из уборной медный таз с водой и флакон с уксусом. Они стали оттирать ее от крови и пытались привести в чувства.
Но рабыня не дышала…
Глава 4
Когда Сира застонала, у Атилии вырвалось: «Слава Юноне!». Рабыня пришла в сознание, но даже говорить не смогла. Они с Фелицей провели всю ночь рядом с ней. Лишь перед самым рассветом смогли уснуть.
Утром пришел старый грек, его звали, когда болел кто-то из рабов. Сиру перенесли на первый этаж в крыло с комнатами для домашней прислуги. Атилия наблюдала, как врач ее осматривает. Он делал это молча. Закончив, старик сказал:
— Император запретил жестокие наказания для рабов и убийство их без суда, — его голос был груб и, по-стариковски скрипуч, — Хозяин должен знать, если она умрет, я обязан буду доложить префекту.
Атилия ответила по-гречески и так же грубо, ему в такт:
— Хозяин знает об этом.
Врач потребовал всех удалить и не беспокоить его пока не закончит. Стал обрабатывать раны мазью из козьего жира и каких-то порошков. Атилия попросила кухарку
Она сидела в атриуме с терракотовой кружкой, и ждала когда вернется Фелица. Та отправилась за семейным лекарем. Боль в ребрах не давала расслабиться, и на месте удара уже проявился новый синяк. Обняв теплую кружку двумя ладонями, Атилия маленькими глотками пила отвар. Напиток приятно пах травой и лимоном. Она сидела возле фонтанчика и наблюдала за рыбками. Одна из них плавала брюхом вверх. Этой ночь бог смерти Оркус все же побывал в их доме. Богиня-мать Юнона, видимо, услышала ее молитвы и заступилась. И демону пришлось довольствоваться малым. Он никогда не уходит без добычи.
Звук осторожных шагов привлек ее внимание. Вниз спустился Азий, личный раб мужа и распорядитель домашней прислуги. Он быстро шел и явно хотел остаться незамеченным.
— Азий, что хозяин уже проснулся? — громко спросила Атилия.
Раб остановился и ответил:
— Да, госпожа. Он плохо себя чувствует, потребовал воды и льда.
В детстве ей рассказывала старая рабыня о том, как бог виноградарства и веселья Бахус так иногда напивался, что просыпался в подземном царстве Аида или Плутона по-римски. Бог бессмертен и всегда возвращался на землю. Но если простой смертный столько выпьет, то останется под землей навечно. Почему Луций так не напьется…
Наконец пришла Фелица. Она привела лекаря, и они вместе поднялись в спальню Атилии. Тот посмотрел и сказал, что это сильный ушиб. Посоветовал не лежать на животе и не погружаться в горячую воду. Оставил мазь из мяты, потребовал за визит четыре денария и ушел.
Атилия вновь спустилась вниз и распорядилась приготовить куриного бульона. Повар Феликс, зная предпочтения своего хозяина, уже этим занимался. Она приказала отнести бульон и для Сиры.
Луций спустился хмурый и неразговорчивый. Пока муж ел, Атилия тоже молчала, и старалась не смотреть в его сторону. Обычно он плохо воспринимал, что либо, с похмелья. Велел Азию приготовить носилки, а ей сказал готовиться к поездке в термы. Появился врач-грек и объявил, о тяжелом состоянии молодой рабыни.
— Она может умереть на днях.
— Да, а что с ней? — Луций спросил так, будто действительно был удивлен.
Вполне возможно, он и не помнил вчерашний вечер.
Врач говорил по-гречески и так же с упреком как недавно:
— Ее сильно выпороли ремнем. Такое видно и понятно любому, для этого не надо быть лекарем.
— По-моему она упала и скатилась по лестнице, — Луций говорил с нажимом, — мой распорядитель видел. Азий, принеси подтверждение моих слов.
Раб ушел и вскоре вернулся с небольшим мешочком из ткани, и протянул его старому греку. В мешочке звякнули монеты, старик, помедлив, взял.
— Я буду приходить каждый день, пока она окончательно не выздоровеет.
Позже они с мужем двигалась в центральные термы. Их построили по приказу предыдущего императора Траяна из Антонинов. Они располагались на месте заброшенного и проклятого Золотого дворца Нерона. Луций другие не признавал. Рядом к ним примыкали термы, возведенные при императоре Тите из Флавиев. Теперь это было женское крыло самых роскошных терм всей империи.
В паланкине они сидели друг против друга. Впереди шли двое охранников и разгоняли толпу. За носилками спешили Фелица и Азий.