Гипоксия
Шрифт:
И да. Теперь я отлично вспомнил тот всплеск сил и пьянящую лёгкость. Последняя связка ударов оказалось успешной. Я пустил Сафиру кровь и отправил в нокдаун. Браслет старания оценил. Причём даже больше чем прежде. Наградил синхронизацией за каждый точный удар.
Медленно ступая по полу и не отводя от меня взгляда, Кас приблизился и посмотрел на браслет.
— Ну теперь тебе точно конец.
— Это почему?
Кас дёрнулся, набрал полную грудь вздоха и хотел что-то крикнуть. Признаться, я порядком устал от его излишней эмоциональности и приготовился заткнуть ему
Подросток выпустил воздух вхолостую:
— Открыв новый уровень потребления, ты увеличил стандартный расход кислорода.
Опущенные плечи, пустой взгляд и неотвратимость случившегося в голосе.
Но к чему столько трагизма?
Наверное, они слишком привыкли жить по правилам. И наверное, их можно было понять. В конце концов, когда твоя жизнь зависит от одного-единственного ресурса, которого нет в необходимом достатке, ты смотришь на вещи по-другому.
Но я жил по другим правилам. И уж тем более меня не пугала немного изменившаяся цифра кислорода:
Остаток кислорода при умеренном потреблении — 280 часов.
— Не переживай, с этим проблем не будет. Я нашёл исправного поставщика кристаллов.
— Ага… Если Преподобный узнает, что ты открыл уровень доступа без его разрешения, он тебя выгонит!
— В смысле?
— Ты живёшь в Перевальном, Нолан! В городе сран*го целомудрия и воздержания! Тут никому нельзя открывать уровни доступа просто так!
— Да бля…
Глава 5
Лучшее время в жизни сменилось худшим.
В тот вечер на кухне нашей квартиры я чувствовал себя в десять раз хуже, чем в люльке под завалом, которая сквозь щели наполнялась ядовитыми металлами.
Сорок минут на спасение. Шесть человек заперты под заколом после горного удара. Я помнил их лица. Я помнил своё лицо. Мы были готовы. Тогда — да. Сейчас — нет.
Сейчас я был совершенно не готов.
Сначала Маша молчала, пытаясь совладать со страхом. Потом кричала, желая меня переубедить. А в конце, всё больше смеялась, отказываясь верить в происходящее.
— Ты больше ему ничего не должен! Он уже не тот маленький мальчик. Неужели ты не понимаешь? Твой брат сам выбрал такую жизнь. Очнись! Почему ты это делаешь? Не молчи!
И мой сухой безжизненный голос:
— Я не могу его бросить, Маша. Он мой брат.
Последняя ночь. Наполненные слезами глаза Макса, провожающего меня в одних трусах. И Маша. Осунувшаяся, бледная. Почти как раньше больная.
… … …
Время в учебке летело быстро. Инструктора скармливали мне информацию дозировано. А узнать предстояло много. Они окунали меня в дерьмо последовательно и медленно. Боясь, что я сломаюсь или захлебнусь.
— …планета
— И как я туда попаду? Сто лет в криокапсуле на сверхсветовой скорости? Если так, то я аннулирую все бумаги, что подписал ранее. По поводу билета в один конец разговора не было.
— Если коротко, то с помощью нашей чудо-пушки. В деталях тебе расскажет об этом другой инструктор. Перемещение произойдёт мгновенно.
— В смысле с помощью пушки? Эта штуковина перемещает людей?
— Именно поэтому ты подписал соглашение о неразглашении.
Инструктор, одетый в форму, устаревшую ещё тридцать лет назад, без особого энтузиазма продолжил рассказывать и переключать слайды.
— Это что-то вроде переноса направленным лазером с бесконечной скоростью распространения.
Инструктор нажал кнопку. Карту космического пространства от Земли до Б3412 пересёк красный луч.
— Самое сложное в этом задании — подобрать время отправки. На таком расстоянии погрешность хотя бы в одну триллионную долю секунды выплюнет тебя растёкшейся лужей атомов в бесконечность пространства и времени.
Я встретился с инструктором взглядом.
— Но ты не переживай, — он опомнился и переключил слайд. — Наши ребята отработали отправку уже как минимум сорок раз. Ни одного промаха. А теперь давай перейдём к делу. Про пушку и остальные детали миссии тебе расскажут другие инструктора. Моя задача — сориентировать тебя на местности в периметре приёмки.
Инструктор включил следующий слайд.
— Предположительно ты попадёшь вот в этот квадрат. На карту внимания не обращай. Она изображена очень условно. На самом деле с такого расстояния мы не можем досконально разведать местность, а связь пока что односторонняя. Почти односторонняя. Мы получаем обратно жалкие биты после отблесков доставочной пушки.
— Чётко у вас всё продумано. А если там океан?
— Не-а. Ориентиром тебе будет восьмикилометровая гора. Мы называем её трёхсисячник, — инструктор улыбнулся.
— Трёхтысячник? — поправил я.
— Не-а. Трёхсисячник, — повторил он и обвёл пальцем три симметричных круглых пика на вершине. — Найдёшь гору, а от неё доберёшься до базы.
— А что, если космические артиллеристы промахнутся на триллионную долю секунды и меня забросит на пару сотен километров западнее. Что, если я не найду твой трёхсисячник?