Гиперанатоксин
Шрифт:
Двойняшки и черная псина затормозили рядом с первой собакой, а паренек, испытывая сложную гамму чувств, направился ко мне, постепенно замедляя шаг. Остановился он в десяти шагах - уже не в силах сделать ни шагу. Я поймал его взгляд, ласково улыбнулся и поманил к себе рукой, предлагая подойти ближе. С большим трудом парень сделал еще четыре шага и на большее его уже не хватило. Но все равно - это был храбрый мальчишка!
Выпрямившись на камне, я приказал.
– Рассказывай!
– Мальчик было всхлипнул, затем взял себя в руки и начал рассказ.
– Они напали рано утром, а мы случайно заночевали в лодке. На той стороне, - и махнул рукой в сторону
– Мы собирали ягоды. Землянику.
– Я кивнул и продолжил допрос.
– Кто еще остался в живых?
– Тетка Пищуха, но ее сильно поранили… в спину и не стали добивать. Она долго мучилась… Почти полную луну. Мы похоронили ее на берегу. Просто засыпали камнями, - и снова махнул рукой в том же направлении.
– Жить втроем целый год было не тяжело?
– Мальчишка взглянул на меня с гордостью, затем растопырил пальцы правой руки, показывая мне все пять пальцев, и сказал.
– Нас было пятеро. С нами жили Лиса и Крот, - и ткнул рукой в сторону собак, а те, как будто почувствовав, что разговор зашел о них, синхронно гавкнули. Дескать, - святая правда. Я покачал головой и строго спросил.
– А не голодали?
– Мальчишка и девочки-близняшки дружно отрицательно замотали головами, а паренек с гордостью сообщил.
– Лиса и Крот ловят зайцев, а я бью рыбу острогой.
– Я кивнул и довел до сведения маленьких робинзонов.
– Ждать осталось недолго. Может через пол-луны или чуть позже к храму приплывут братья. Они помогут, - и спросил.
– Дотянете до их прибытия?
– Ребята снова дружно закивали головами, а я поднялся с камня и завершил.
– Ну и хорошо. Ждите.
Повернулся и широким шагом направился к храму. У ворот остановился и несколько секунд решал, а не сходить ли на верхушку холма. Почти наверняка с него открывается величественная и очень интересная панорама, но только по прямой до вершины километра три. Да, вдобавок, подниматься в гору. Получается слишком долго. Ладно, в следующий раз взойду и полюбопытствую. После чего, уже без колебаний, прошел в ворота и через портал вернулся к себе на Базу.
Подхватив в прихожей на Базе план реки Крино, пузырек с тушью и перышко выстроил портал в храм Водопада. Вышел из здания и с деловым видом направился под навес. Заметив меня, трое участников предстоящего совещания вскочили на ноги. Я уселся на свое место, кивком приказал сесть остальным и развернул длинный рулон с картой, придавив два дальних конца кружками, а два ближних метательными ножами.
Орлиным взором окинул свою команду, которая чувствовала себя немного не в своей тарелке, и ткнул пальцем в пергамент.
– Это река Крино и ближайшие окрестности.
– Оба жреца начали рассматривать карту не без интереса, а Карайя смотрела на изображение в растерянности.
У нее был потерянный вид и взгляд, ничего не понимающего человека. Скорее всего у жрицы напрочь отсутствовало абстрактное мышление и она никак не могла связать листок пергамента, какие-то линии и картинку на нем с реальной рекой, притоками и лесами. Ну, что ж бывает. Как говорится, - не дано. Денрик смотрел, подслеповато прищуриваясь, и, наконец, указал пальцем на карту, затем махнул рукой себе за спину в сторону притока на противоположном берегу и несмело произнес.
– Это приток Крино Колса. В Колсу на полдень впадает множество ручьев, а на полночь заливные луга и болота.
– Он с надеждой заглянул мне в глаза и я понял, что главный штурман храма Водопада опознал приток реки, впадающий у храма. Одобрительно кивнул ему, взял перышко, макнул в пузырек
– Ну, а теперь поплыли вниз по течению. Вспоминай.
– И медленно двинулся кончиком перышка по изображению реки, остановившись напротив следующего притока. Мой штурман, уяснив что от него требуется, с облегчением сообщил.
– Уху.
– Я написал название 'р. Уху' и двинулся дальше.
В результате мы в пять минут добрались до следующего храма, заполнив пробелы в названиях рек левобережья Крино на всем пути следования. Закончив с гидрографией левого берега, сказал.
– Так, хорошо, - и почесав кончик носа, обратился к Карайе.
– Кто живет в междуречье рек Колса и Уху?
– Это земли Алеманов. Племена Подгорного союза.
– Я кивнул, подписал на свободном месте и продолжил.
– А между Уху и рекой Слай?
– Тоже Алиманы. Красные перья.
– А между Слай и Тхео?
– Алиманы. Северный союз.
– Отлично. А дальше за Тхео тоже Алиманы?
– Карайя помрачнела и, нехотя выдавила.
– Крепсы.
– Я с удивлением вскинул брови и вопросительно посмотрел на жрицу. Она вздохнула и пояснила.
– Северный союз проиграл последнюю войну и они бежали с равнины. Красные перья временно дали племенам приют, но скоро им придется идти на закат и сражаться с Барахами. В этой войне погибнут многие. Может быть все. Сейчас вожди Союза и Барахи ведут переговоры. Может Барахи пропустят племена дальше на закат за реку Ижеть без войны. Так уже бывало. Там тоже не спокойно, но есть возможность переждать и собраться с силами.
– Я кивнул и подумал, что через год-два на границу Логвуда выйдет очередное степное войско, которое с налета пройдется кровавым гребнем по восточным областям и пограничью.
А затем, по накатанной дорожке, несколько лет, как шарик в игре пинг-понг, войско Северного союза будет метаться по земле Пограничья, наскакивая на границы Логвуда и Адерабада и откатываясь назад. Пока его окончательно не добьют - лихие вояки летучих отрядов короля или бешеные нукеры конницы шаха. Нечто похожее можно наблюдать у котелка с водой над костром. Бурное кипение выплескивает воду и она заливает костер. Саморегуляция. Вода королевских и шаховых клинков потушит жаркое степное пламя. Поголовье в племени изгоев снизится и пограничье снова станет тем, чем оно есть сейчас - безлюдной и опасной землей, по которой, как волчьи стаи неизвестного рода-племени, рыскают маленькие отряды не пойми кого и где все воюют со всеми.
Тяжело вздохнул и продолжил опрос.
– Кто еще на левом берегу?
– Талахи.
– Я сделал подпись и легонько мазнул противоположным кончиком перышка по правобережью.
– А здесь?
– Гиблые земли. Из тех, кто уходил сюда на восход и дальше, никто не вернулся.
– Денрик провел пальцем с низовий по правому берегу до центральной части реки, остановился и после небольшой заминки прибавил.
– И Пограничье.
– Палец прочертил дальше линию до предгорий.
– Здесь бывают только летучие стаи кочевников и охотничьи отряды пограничной стражи государства Лирей. И те и другие - удальцы, которым нечего терять и которым лучше не попадаться в руки. Между рекой и пустыней живут табуны диких лошадей. Два раза в год - с восхода на закат по предгорному тракту проходит большой караван с солью. Постоянно же никто не живет… Кто хочет остаться, просто не успевает закрепиться… Обычно всех вырезают в первый же год. И в большинстве случаев неизвестно кто, за что и почему.
– Денрик тяжело вздохнул и продолжил.