Гид для Гада
Шрифт:
Я поднималась на свой этаж, чувствуя, что демона ждет сюрприз. Нет, а что? Брать экскурсию для влюбленных? Ни в коем случае! Ладно, осталось найти свое платье и белье.
Зайдя в свой бывший номер, я натянула платье, осматривая все на предмет трусов. Так! Кто похитил мое белье? Кто сейчас утирает слезки кружевом моих трусов?
– Хорошо! – произнесла я, выдыхая и злясь.
Яростно одергивая короткое платье, я спускалась по лестнице, сжимая в руке бумажку с анонсом экскурсии. Впереди меня с видом «Ах, вы недостойны меня, смертные», вышагивал властелин моей нервной системы и гроза моих нервных клеток. Одет он был
– Быстрее, а то опоздаете! – пробормотал портье, на всякий случай прячась за стойку.
– Я хочу высказать вам свое недовольство вашим сервисом, - высокомерно произнес демон, пока портье хлопал глазами так, что я сейчас простужусь. Огромный портал, напоминающий то самое место, откуда однажды меня достала акушерка, светился прямо в центре холла. Я опасливо подошла к нему, удивляясь и рассматривая его мерцание.
– Ноги моей здесь не будет, - резюмировал Оливьер, проводя белой перчаткой по разбитой стойке и показывая палец портье. Никогда не думала, что фраза: «Ноги моей здесь не будет!» вызовет столько детской неподдельной радости в глазах человека, поседевшего за одну ночь.
– Пошли, - бросили мне презрительный взгляд, пока я со вздохом и некоторой опаской заходила в портал. С шпиком, напоминающим костер, затушенный водой, портал растворился за моей спиной, а я осматривала мрачноватый лес.
– И где еще два малыша? – послышался сюсюкающийся голос. – Злой волшебник вас заждался!
Я достала бумажку, бережно развернула ее и посмотрела на скрюченного волшебника, которого окружили бессовестные ребятишки. «Экскурсия для самых маленьких «В печенках у сказки». Для малышей восьми - десяти лет». Мой взгляд скользнул по анонсу экскурсии. «Загадки, ребусы, стихи! Призы за правильные ответы!».
Мы стояли напротив пещеры, рядом с которой находился «ростометр» и предупреждение: «В аттракционе используется супер надежная магия, которую невозможно разрушить никакими заклинаниями. Так что безопасность гарантирована!».
Внезапно из пещеры появились черные веревки, а нас буквально втащило внутрь по гнусавое: «Какие стеснительные у нас малыши!». Я опомнилась только в тот момент, когда меня намертво примотало к сидению миниатюрного паровозика. Поскольку сидения были рассчитаны на детей, то я очутилась на руках у демона, занявшего сразу два сидения. Черные лозы приматывали нас к паровозику и друг к другу с таким усердием, что мне что-то подсказывало, что встану я с чужих колен уже беременной!
Впереди нас сидело еще десять замотанных в толстую черную паутину детей, а наш задний вагончик заметно прогнулся под тяжестью двух взрослых тушек.
То, что я буду гореть в аду, было понятно еще в самом начале нашего знакомства. Зато теперь по глазам я точно вижу, кто лично будет переворачивать мою тушку на гриле, поливая ее кипящим маслицем. Салатик попытался освободиться, испепеляя меня взглядом, но афиша не соврала! Даже демоническая магия была бессильна.
– Ну, что, малыши! Начинаем стра-а-ашное путеше-е-ествие! – послышался голос с претензией на детскую версию Дарта Вейдера. Вагончики дернулись под нами, а я упала лицом в Салатик, столкнувшись с ним нос к носу!
– Никогда не прощу, - послышался голос демона, а вагончик под нами подпрыгнул на кочке, углубляясь в недра мрачной пещеры.
Глава восьмая.
Глава восьмая. Детский ад
Колеса нашего последнего вагончика скрежетали о рельсы, я сидела лицом к основному составу, оседлав чужие колени в очень двусмысленной позе. Увидев наши «посиделки» дети быстро повзрослели! Нас подбрасывало на каждой кочке так задорно и ритмично, что моя совесть поняла, что это пятно на репутации легче закрасить, чем отстирать!
Паровозик набирал обороты, наш вагончик скрежетал так, что не было слышно о том, что до нас долетали лишь обрывки слов.
– … мля… ять… ука… - слышалась икота в редкие мгновения, когда скрежет прекращался. Я боялась посмотреть в глаза Салатику. В них читались такие пытки, от которых инквизиция краснела, как школьницы.
– Вам нравится? – спросила я, понимая, что спрашивать о том, сколько мне жить осталось нужно не у кукушки, а у кукушонка, который смотрит на меня в упор. Я прекрасно понимала, что и так обречена на вечные муки, но эта маленькая месть за предыдущую ночь слегка грела мне душу, если бы не одно но…
Истошная песенка пытала нервы своим противным иканием, а с потолка внезапно слетела целая стая летучих мышей. Они пронеслись над головой визжащей детворы, устремляясь прямо в нас. Я пригнулась, а Салатик не успел. Краем глаза я видела, как в его роскошных волосах запутались две пищащие заколки.
– Вам идет, - только вздохнула я, как паровозик резко под визги и писки устремился вниз. То, что центробежной силе плевать на мои женские предпочтения, я поняла, как только впечаталась лицом в чужое лицо. Мой нос уже никогда не станет прежним. Психика тоже, поскольку вошла я аккурат губами в губы. Нас несло по наклонной, пока тщетно пыталась отлипнуть от самого мерзкого и отвратительного демона в мире! Я бы сравнила наш поцелуй с целомудренным поцелуем фарфоровых голубков на полке бабушкиного серванта. Если бы не одно «но». Не думаю, что фарфоровый голубок цедит своей голубке в этот трогательный миг что-то вроде: «Как только у меня будут свободными руки, они до хруста сожмут твою шею!».
Нас резко качнуло, я непроизвольно лбом отомстила за все хорошее, что было ночью. Мне искренне хотелось верить в то, что в мою филейку упирается колено, а не что-то другое. Паровозик стал притормаживать, а страшный клоун с улыбкой « я знаю, что вы делали прошлым летом» обалдел, глядя на нас. Его челюсть отпала, а он растерялся.
– Я вас у-у-убью! – бежал он за поездом, внезапно вспомнив слова. Споткнувшись о рельсы, он упал и больше, я его не видела, поскольку поезд с жутким скрипом стал набирать скорость и ползти вверх.
– Опять от меня сбежала последняя электричка, - мрачно выдала я, слыша на ухо анонс того, что может приснится в самом жутком кошмаре серийным убийцам.
Нас десяток раз тряхнуло так, что мы двусмысленно запрыгали. Еще один такой прыжок, и придется задуматься об алиментах! Мне показалось, или детки сейчас сильно пополнят свой словарный запас!
– Придушу, - послышался голос, а мне в лицо прилетели чужие волосы. Где-то впереди слышался детский визг. На мгновенье мы застыли на месте, чтобы тут же скатиться вниз с такой скоростью, что у меня едва ли не начались первые признаки токсикоза. Дуя щечки, как хомячок, я припала к своей смерти. «Стра-а-ашно, аж жуть!», - прогремел голос под мрачными сводами пещеры.