Гейдар Алиев
Шрифт:
Читатель уже знает, как отставляли Алиева. Прочитает, как расправлялись с ним, и сам сделает выводы, чья совесть чиста, а чья-не очень. Первое, о чем Михаил Сергеевич спросил Мустафаева, сколько фильмов он снимает про Алиева.
— Двенадцать.
— Двенадцать! — удивился экс-генсек и экс-президент. — Мы с Геншером (бывший министр иностранных дел ФРГ. — Авт.) про меня одну серию сняли.
— Это ваши проблемы, — устало отозвался режиссер.
Он три года добивался от Горбачева согласия на съемки.
Наконец звонок из Москвы: «Михаил Сергеевич дал согласие. Ждет
Мустафаев и оператор тут же вылетели в Москву. Едва сошли с самолета, звонок мобильного телефона: «Михаил Сергеевич не может встретиться с вами».
Можете представить чувства кинорежиссера… Подъезжает к посольству Азербайджана, у памятника Низами его догоняет еще один звонок: «Михаил Сергеевич согласился!»
…Вошли в здание «Горбачев-фонда» на Ленинградском проспекте, недалеко от городского аэровокзала. В глаза бросился аквариум.
— Вот здесь будем снимать, — сказал Вагиф. Первые кадры — сдержанный, а то и бесстрастный разговор на общие темы. Но вот Мустафаев напрямую спрашивает, почему генсек удалил Алиева. «Горбачев начинает нервничать, — вспоминает Вагиф, — волнение передается оператору, камера у него в руках трясется… А нам еще надо задать много вопросов».
Один из них был связан с Ильхамом, сыном Гейдара Алиевича, преподавателем Московского государственного института международных отношений. Его заставили уйти из института. Горбачев сказал, что впервые об этом слышит.
«Историю одной зависти» показывали на кинофестивале в Екатеринбурге, фильм получил Гран-при. Когда Горбачев говорил, что впервые слышит об эпизоде в МГИМО, на весь зал раздался женский голос: «Да врет он все, этот Горбачев!» А рыбки за его спиной все виляли и виляли. Генсека, по оценке начальника его личной охраны генерала Медведева, отличали бесхарактерность и непостоянство. Он бесконечно тасовал свое политическое окружение, бросая и левых, и правых. В эти жернова попал и Гейдар Алиевич Алиев.
Владимир Медведев — генерал КГБ СССР, многолетний руководитель личной охраны Л. И. Брежнева (14 лет) и М. С. Горбачева (6 лет). После Брежнева и до Горбачева, два с половиной года, он служил в резервном отделении Девятого управления КГБ, которое обеспечивало безопасность глав высокопоставленных делегаций. В этом качестве он дважды готовил визиты Гейдара Алиева — первый в Вологду и Череповец, второй — во Вьетнам.
Конечно же, Алиев хорошо помнил Владимира Тимофеевича по прежним встречам, в том числе и в Баку, куда генерал прилетал с Брежневым. Выслушав протокольный рапорт о том, что визит подготовлен, тут же по-дружески спросил, как дела, как работается в новой должности.
«Я знал, что Алиев был на высоком счету у Брежнева, — вспоминает генерал Медведев. — Знал, что в Политбюро ЦК он включен по рекомендации Юрия Владимировича Андропова».
Во Вьетнаме Алиеву предстояло посетить металлургический завод. Первым по будущему маршруту главы советской Делегации прошел Владимир Медведев. Заметил в груде металлолома у мартеновских печей снаряды. Хозяева убрать железяки отказываются: они, мол, не опасны.
«Когда прибыл Гейдар Алиевич, — рассказывает Медведев, — я ему, разумеется, доложил о снарядах и попросил, нельзя ли от поездки на завод отказаться. Но это не в характере Алиева отказываться. «Нельзя, — ответил он, — нас ждут там люди,
Жаль, что даже Аллах не мог защитить человека от партийных козней.
Мы еще расскажем о том, как глубоко и емко оценил Нурсултан Назарбаев деятельность и личность Гейдара Алиева, вспомним, как вызревал и взорвался Карабах… Пока же вернемся к XXVII съезду КПСС, на котором Гейдара Алиева, уже персонального пенсионера союзного значения, избрали членом Центрального Комитета. Биографическая справка перечисляет его партийные и государственные должности, вплоть до самой последней (на то время): «С октября 1987 г. по ноябрь 1988 г. государственный советник при Совете Министров СССР».
Должность почетная. Вернулись силы. Он, как всегда, к 8.30 приходил на работу в свой небольшой кабинет и все острее чувствовал: в его советах никто здесь не нуждался.
Недолгое время Алиев оставался государственным советником при Совмине СССР и членом ЦК КПСС. Потом его освободили и от этих «нагрузок». Мнение авторитетного и мудрого политика Александра Сергеевича Дзасохова, Президента Республики Северная Осетия-Алания: «С Алиевым поступили несправедливо».
Как-то после отставки Гейдар Алиевич попросил заведующего «своим» секретариатом подобрать для него некоторые материалы. Услышал в ответ оскорбительную реплику: «Вы у нас уже не работаете».
Тогда по своей доброй воле бумаги стал подбирать Александр Гаврилов. Бдительный зав тут как тут:
— Вы для кого это готовите?
— Для Алиева.
— Запомните: он у нас уже не работает!
И все же Александр Тимофеевич ослушался шефа. «Иначе поступить было бы не по-людски», — рассудил он.
Маленький штрих человеческой порядочности на фоне холуйского подличанья.
Пришлось переезжать на другую дачу — «дали какую-то деревяшку», — в сердцах замечает Лиханов. — Ладно, своей фазендой Гейдар Алиевич не обзаводился, устроился и в «деревяшке». Сняли охрану — Бог с ней. Но зачем же отозвали домработницу, которая прибирала, готовила — он ведь после инфаркта, после смерти жены. Унизили мерзко, мелочно.
Помнится примечательная картинка в Кремлевском дворце съездов. Вестибюль в перерыве заполнили партсекретари, министры, большие военные чины… Кучкуются, шумно здороваются, обнимаются с теми, кого давненько не видали. И старательно обтекают одного человека, отводя от него глаза. Это Гейдар Алиевич Алиев, уже не член Политбюро, не первый зампред в Совмине. Еще вчера эта публика вилась бы вокруг, чтобы засвидетельствовать уважение, мелькнуть будто невзначай перед глазами, напомнить о себе: есть, мол, такой Добчинский-Бобчинский.