Герой ее мечты
Шрифт:
Они уже собрались вернуться внутрь, когда дверь распахнулась и вышел Маккэнихи; его глаза угрожающе горели, а губы прижимались одна к другой плотнее, чем кора к дереву.
— Куда?
— Что ж, это не займет много времени, — с мрачным юмором прокомментировал Тим.
Длинное мускулистое тело Маккэнихи напряглось, он обернулся к Тиму и намеренно тихим голосом произнес:
— Знаешь, Тим, если начнется настоящий дождь, их тропу может смыть в считанные минуты, а учитывая, что их ведет Очень Высокое Дерево, совершенно невозможно предсказать, какой дорогой они пойдут.
Встретив горящий взгляд Маккэнихи, Гилпин указал туда, где Венис и Рид скрылись в соснах.
— Спасибо, — бросил Маккэнихи. — Я возьму твою лошадь.
— Позаботься о мисс Лейланд, Ноубл, — угрюмо сказал Тим.
— Да.
— Ты меня понимаешь.
— Конечно. — Ноубл плотно застегнул куртку.
— Если с ней что-то случится, я буду считать тебя ответственным за…
— Если с ней что-то случится, я буду там, где твои нотации, Тим, не имеют ни малейшего смысла, — сквозь сжатые зубы огрызнулся Ноубл.
Он пронзил приземистого редактора холодным взглядом, но Тим не отвернулся, и между ними повисли невысказанные слова. Наконец Тим отвел взгляд и коротко кивнул. А Ноубл, не тратя лишних слов, спустился с тротуара и направился в конюшню.
От крепкого сна Гарри Гранди пробудил сварливый спор между новой владелицей гостиницы и одной из проституток. Кошачьи драки, хотя и были вполне обычным явлением, редко происходили так рано утром, да еще утром после такого праздника, как накануне вечером, проходившего сразу вслед за религиозным собранием у преподобного Нисса. Гарри встал на колени и, мутными глазами глянув в окно, заметил уходящего Ноубла Маккэнихи.
— Вот так, малыш, на этом игры, пожалуй, закончены, — пробормотал Гарри и, плюхнувшись обратно на голый матрац, мрачно уставился в потолок. Армейское одеяло, разделявшее комнату на владения братьев Гранди, закачалось. — Ты меня слышишь, Энтон?
— Да. — Ответ был прерван отрыжкой. — Я говорил тебе, она заметит, что они скреплены болтами и проволокой.
— Заткнись. Откуда мне было знать, что она вся такая умная?
— По-твоему, она достаточно умна, чтобы понять, что в этих горах нет ничего, кроме выработанных шахт и скал? — спросил Энтон.
— Угу.
— Думаешь, она закроет скоростную дорогу?
— Угу.
— Это значит, больше не будет никакой бесплатной перевозки грузов?
— Ну и ну, это просто гениально, Энтон.
С другой стороны одеяла не последовало больше ни слова. Наверное, решил Гарри, мозги Энтона зашевелились, пытаясь осмыслить такой поворот дел.
— Если у нас не будет скоростной дороги, у нас не будет способа доставлять товары сюда, а это означает, что у нас не будет ничего, что кто-то мог бы купить.
— Угу.
— Что же нам делать?
У Гарри ответа не было. Он перевернулся на живот, поскреб макушку и снова выглянул в окно — Ноубл исчез.
— Все кончится тем, что мы снова вернемся в Дубьюк! — трагически прорычал Энтон.
Дубьюк. У Гарри потускнели глаза. Никакой выпивки по воскресеньям; женщины зажимают носы, если не мыться каждый
Старый мертвый Зеб. Древний… мертвый… человек.
Завопив от радости, Гарри Гранди вскочил с кровати и отбросил висевшее одеяло. Он не собирался отказываться ни от Сэлвиджа, ни от магазина, ни от проституток в бархате, ни от всех остальных Богом данных щедрот — во всяком случае, без борьбы.
— Неужели нигде здесь нельзя побыть только вдвоем? — проворчала Фифи ла Пальма из-за массивного тела Энтона, но Гарри не стал обрашать на нее внимания.
— Энтон, я придумал. Я знаю, что делать!
Глава 14
— Неужели никто не догадался захватить с собой запасную колоду карт? — возмутился Кассиус.
— Нет. — Венис вздохнула; Они путешествовали уже три дня, и каждый день казался длиннее предыдущего. И все из-за ее сопровождающего, Кассиуса Рида.
— Такого не может быть, не может! — кипел от негодования он.
— Если бы вчера вечером вы не оставили карты снаружи, ветер не унес бы их, — рассудительно заметила Венис. — Если хотите, я могу сделать…
— Сначала нет приличного постельного белья, теперь еще это! — перебил ее Кассиус, копаясь в сумке. — Как, хочу я спросить, должны мы развлекать себя в этом унылом месте?
— В унылом? — изумленна повторила Венис. — Оно волшебное! Неужели оно не кажется вам прекрасным?
— Прекрасным? Мокрый лес и куча гор? — Он презрительно фыркнул. — Если бы я хотел восхищаться панорамой прекрасного горного пейзажа, то скорее делал бы это в клубе, сидя в удобном кресле перед картиной, а не на спине мула в ливень.
— Но тогда вы не были бы частью этого великолепия. Вы были бы просто… зрителем.
— Слава Богу! — раздраженно отозвался Кассиус, переходя к поклаже следующего мула. — Я бы сошел с ума от скуки, если бы меня заставили какое-то время быть частью этого «великолепия». Кстати, в скуке. Чем, по-вашему, мы будем занимать себя остаток дня?
— Если вы ищете чем заняться, то можете помочь поставить палатку, — предложила Венис.
— Поставить палатку? — скептически эхом отозвался Кассиус. — Это то, за что платят этим дикарям. — Он махнул в сторону Очень Высокого Дерева и Кривой Руки.
— Они заняты тем, что стараются разжечь костер.
— И нисколько не торопятся. Я заявляю, что совершенно замерз. Костра нет, вокруг проклятые мокрые леса, никакой приличной еды. И здесь тоже ничего стоящего. Ничего, кроме нескольких книг. — Он захлопнул клапан на сумке, даже не потрудившись ликвидировать беспорядок, который устроил в ней. — А это оборудование для раскопок. — Он произнес последнее слово, как будто говорил о заразе. — Не могу поверить, что такой богатый человек, как ваш дядя, не включил в свой список поставок несколько вещей, необходимых культурным людям.