Герцог-сердцеед
Шрифт:
Виктория свирепо уставилась на него.
– Или ты могла бы поехать со мной и по крайней мере развлечься, – спокойно заметил Чарлз.
– Сомневаюсь.
– В чем?
– О каком развлечении вы можете говорить, если не хотите туда ехать?
– Мои родители – хорошие люди, но, когда мы собираемся втроем, очень скоро нам становится не о чем говорить. Чем больше людей, тем больше тем для разговора можно найти.
– Но я не имею ни малейшего представления, о чем мне с ними говорить! Мы совершенно из разных кругов.
– Ты о чем?
– Я всего
– Но ты ведь человек? И они тоже люди.
Виктория не могла понять, чего добивается Чарлз, уговаривая ее принять приглашение. Или дело в том, что она ему не доверяет? А может, не доверяет себе?..
– По-моему, ты создаешь себе лишние проблемы, – заметил Чарлз и встал.
Виктория сразу же напряглась, решив, что он хочет подойти к ней, но Чарлз присел на край стола. Его внешний вид уже был не так безупречен, как утром, – он снял пиджак, ослабил галстук и закатал рукава рубашки до локтя, но его по-прежнему окружала аура властности.
– Ответь мне на один вопрос. Как такая женщина, как ты, может быть настолько неуверенной в себе?
– О чем вы говорите? Я более чем уверена в себе. Просто так устроен мир…
– Когда ты встретилась с моими кузенами, ты почувствовала, что они относятся к тебе как к человеку второсортному?
– Нет, конечно, – сразу возразила Виктория.
Чарлз пожал плечами.
– Ну и мои родители такие же. Хорошая еда, веселая компания – тебе понравится. Хотя, если тебе вдруг станет не по себе, я в любой момент могу отвезти тебя домой.
Ну уж нет! Если она поедет, то только на своей машине, решила Виктория, неожиданно осознав, что уже согласилась принять приглашение. Впрочем, почему бы и нет? И не стоит себя обманывать. Ей ведь интересно, какие у Чарлза родители и каким он предстанет перед ней в кругу семьи?
– Хорошо, – вздохнула она и добавила: – Как будто у меня есть выбор.
– Вот и ладно, – удовлетворенно сказал Чарлз, чем вызвал у Виктории беспокойство: что он задумал? – Значит, выезжаем через две недели, в пятницу после обеда. В город возвращаемся в воскресенье днем.
– Я поеду своим ходом, – заявила Виктория, внутренне приготовившись отстаивать свое решение.
Но Чарлз просто кивнул.
– Бери любую одежду, но для субботы необходимо вечернее платье.
– А сколько ожидается гостей?
– Сотня или около того.
Виктория чуть не поперхнулась. Сотня или около того богатых и влиятельных людей?
– У тебя есть вечернее платье? – спросил Чарлз.
Одно. Которое она надевала четыре года назад на благотворительный вечер. У нее просто нет денег на платья, в которых ей и показаться-то негде.
– Думаю, найдется, – бодро заявила Виктория.
– Уверена? Если для тебя это проблема…
– Я же сказала, – оборвала его Виктория. – И вообще, я пока еще не нищая.
– Я этого и не говорил.
Так-так, Виктория. А может, Чарлз был не так уж не прав, говоря о ее пониженной самооценке? Иначе почему она так остро реагирует на его замечания, касающиеся ее нынешнего материального положения?
– Прошу
– Если ты не хочешь идти…
– Я поеду и останусь на все выходные, – твердо сказала она.
В конце концов, в последнее время у нее не много поводов для радости, так почему бы не повеселиться, если представляется такая возможность?
Она была дома уже в семь тридцать вечера. Обычно Виктория возвращалась гораздо позже, но сегодняшний день показался ей невероятно долгим. Положив сумочку, она прямиком направилась к бару, повесив по дороге свой пиджак на стул. Открыв каберне – свое любимое вино, она щедро плеснула себе в бокал, выпила его до дна и завалилась на диван, стараясь не думать о женщине, с которой Чарлз встречался вечером.
Виктория знала о его свидании, так как офис они покинули вместе и она слышала его разговор по телефону, пока оба спускались в лифте. Она честно не хотела об этом думать – с какой стати? – но продолжала гадать об этой бедняжке. Кто она – одна из тех, чьи имена ей уже знакомы, или он подцепил кого-то еще?
Выпитое вино сильно ударило в голову, и Виктория вспомнила, что пропустила ланч. Наверное, этим и объясняется ее упадок сил. Она провела мысленную ревизию продуктов в своем холодильнике и вздохнула. Ей уже давно нужно было съездить в магазин, но в последнее время на это не было то сил, то времени, а то и того и другого вместе. Да и готовит она неважно – на это у нее тоже никогда не было времени. Если уж быть совсем откровенной, она ни разу не приготовила себе еду. В основном Виктория питалась готовыми ужинами или тем, что стряпала их экономка, временно переквалифицируясь в повариху. Желание научиться готовить у Виктории также напрочь отсутствовало.
Она взяла с тумбочки меню из ближайшего ресторана с доставкой еды на дом и уже готовилась сделать заказ по телефону, когда в дверь позвонили. Кто бы это мог быть? Только бы не отец, которому она уже некоторое время не звонила и не отвечала на его звонки.
Она решила не открывать, но нежданный визитер проявил настойчивость. Виктория со стоном встала, чувствуя легкое головокружение от выпитого вина. Посмотрев в глазок, она даже немного протрезвела.
Чарлз? А ему-то что от нее надо в это время?
Виктория стояла не шелохнувшись, но затем вздохнула. Конечно, он знает, что она дома, – ее машина стоит у подъезда. Она распахнула дверь.
– Что тебе надо?
Чарлз улыбнулся, словно его ничуть не задела резкость ее тона. На нем по-прежнему был деловой костюм, немного помятый, и лишь это свидетельствовало о том, что позади длинный рабочий день. Однако в общем и целом он выглядел восхитительно.
Виктория крепче ухватилась за дверь. Не о том она думает!
– Я вспомнил, что должен тебе ужин, – сказал Чарлз, ив его руке возник пакет с названием ресторана, в который она только что планировала звонить сама. – Надеюсь, ты любишь суши? – спросил он, отодвигая Викторию плечом и внедряясь в ее квартиру.