Герцог для королевы
Шрифт:
Никогда раньше не верила во всю эту чушь про любовь с первого взгляда. Как в женских романах – она его увидела и поняла, что это судьба. Глупости! Даже в школе, прежде чем решить, в кого мне влюбиться, я долго рассматривала всех кандидатов, взвешивала, а потом уже, выбрав подходящего, старательно твердила себе, что именно он – то, что мне нужно. Но вот так, с ходу влюбиться до бабочек в животе, до сердца, которое хочет из груди выскочить, – никогда.
А тут подняла взгляд – и как в омут упала. Знаете, у каждой внутри живет какой-то размытый
Вот сейчас я смотрела в глаза своей мечте. И понимала, что именно его я видела в самых своих лучших снах, в самых несбыточных.
Высокого роста, очень широкий в плечах, мощный как медведь, но по-звериному грациозный. Отросшая недельная щетина. Волосы темные и длинные, по здешней моде заплетены в короткую косу, а часть свободно спускается до плеч, оставляя открытой шею. Резкие складки у тонких губ – видимо, любит смеяться. Брови нахмурены недобро, сразу выдавая – над собой шуток не потерпит. А глаза черные, как ягоды тутовника, прищуренные, со злой смешливой искрой.
Восхитительная скотина. Которая наверняка не пропускает мимо ни одной юбки. только если ее владелица не лежит в гробу. От него на три метра шибало этой животной похотью. Но шибало от него, а кругом шла голова у меня.
В груди стало горячо, да так, что к щекам прилила краска. Наверно, те самые бабочки не выдержали и сгорели. Стало страшно до дрожи и легко одновременно.
Странная штука судьба – понадобилось умереть и попасть не пойми куда, чтобы увидеть того, с кем готова быть рядом до конца. Даже если безответно. Потому что один раз увидев, я поняла – жить спокойно дальше и знать, что где-то по земле ходит он, я уже не смогу.
Только вот, похоже, мой избранник этого не разделял. Глядел недобро, свысока. Так часто смотрели чиновники, когда я приходила за лицензией. Вроде на тебя смотрит, а тебя не замечает, как пустое место к нему пришло. Типа он тут хозяин мира и все в жизни разобрал – кто достоин внимания, а кто нет. Вот ведь характер!
Я на автомате вскинула подбородок, чтобы стать хоть немного выше, и отвесила ему четкий кивок, принимая издевательские соболезнования.
– Благодарю. Вы… весьма учтивы.
И посмотрела, не отводя взгляда, прямо в злые глаза, хотя внутри меня всю перетряхивало.
Видимо, я ошиблась и чем-то себя выдала: наверно девушка, в чье тело меня внесло, подобной смелостью не отличалась. Потому что тот, кто со мной заговорил, сначала смешался, замер – на секунду, но потом лицо у него закаменело. Он издевательски приподнял бровь и кивок отзеркалил.
Может, я нарушила какое-то негласное правило местного этикета? Ну и шут с ним! Следовало сначала понять, как выбраться из этой ситуации, а потом уже вникать в детали. Но больше я не позволю над собой издеваться. Один раз меня
Мужчина отступил назад, чуть склонившись в издевательски неглубоком поклоне и придерживая за гарду тяжелую рапиру. На секунду мне показалось, что он очень удивлен и озадачен, но потом он снова ухмыльнулся издевательски и так явно и пошло уставился мне в вырез платья, что пришлось спрятаться за кем-то из присутствующих.
Это оказался одышливый толстяк, который смотрел на меня с благосклонностью дедушки и все время причмокивал губами. Судя по однотонной одежде и золотому шитью – местный священник.
Он подхватил меня под локоть и, бормоча что-то успокаивающее про лучшие миры, повел куда-то по темным коридорам.
Знал бы он, откуда я свалилась им на головы!
6. Закон Старых королей
– Ваше Величество, погребение назначено на завтрашний вечер. Король уйдет вместе с закатом – как и положено настоящему правителю, – толстяк, прихватив за локоть, вел меня по длинным коридорам.
Очень кстати, что он был толстым и неповоротливым, шел медленно, и я успела хорошо рассмотреть замок.
Судя по узким окнам, факелам на стенах и небогатому убранству этажей, до парижских дворцов тут еще не доросли. Никакой лепнины или статуй. Только серый камень и темные от времени дубовые панели. Иногда попадались флаги – узкие синие полосы с белым венком из дубовых листьев.
Королевский замок был устроен разумно: пригоден и для мирной жизни, и для войны. С одной стороны, неприступная крепость, с другой – средневековый просторный дворец. Но случись что, в таких толстых стенах можно и осаду пересидеть, и от бунта спрятаться, да и гостям показать не стыдно.
Прощание с его неизвестным мне величеством как раз проходило в старой части, где двери такие тяжелые, что их открывали вдвоем, а большинство боковых винтовых лестниц имели настолько узкий проход, что приходилось держаться за стену. Зато при вражеской атаке обороняться тут было просто.
Потом стены расступились, коридоры стали шире, а кладка более гладкой.
Появились арки, просторные залы, окна, забранные мутными стеклами, и мы вышли на открытую всем ветрам галерею. Холодный воздух сразу же ударил в лицо, забрался под накидку и заставил поежиться.
Отсюда, с галереи, виднелся большой город. Холмы, четыре больших и два малых, застроены домами с черепичными крышами. Из труб кое-где поднимается дым. Среди больших строений – в три этажа – яркие пятна цветущих садов. Между ними тянутся извилистые улицы, с темными лужами, потом сеть каналов с перекинутыми через них деревянными мостками. Ближе к стенам замка – дома побогаче, каналы почище и мосты из камня. Часть города от меня скрывал огромный скальный выступ. Похоже, что сам замок стоял на горе, возвышаясь над городом, как и положено обиталищу короля.