Гений АЗЛК
Шрифт:
Что интересно, потом меня качали не меньше, чем Стасиса. Благодарили за реинкарнацию «москвича». А вообще, в какой ещё стране такое было — на первой и третьей ступеньке пьедестала места завоевали директора автомобильных заводов?
Потерял не менее килограмма веса, едва ли не стакан вылился из шлема, комбинезон и бельё под ним — хоть выкручивай. Не жалко!
Глава 19
Накося выкуси!
Возвращение в автоспорт, причём сразу с призовым местом, вызвало новый шквал помоев в мой адрес.
Получил ключи от квартиры, ехать втрое дольше до АЗЛК, но своя. Внутри поклеены обои, их лучше сразу сорвать и поменять, на полу доски, крашеные коричневой масляной краской, потолок оштукатурен, правда, коровьим хвостом, в туалете и ванной положена на пол рыжая шершавая плитка, такая же используется в общественных туалетах. Унитаз, ванная, раковина. Вторая раковина на кухне — жестяная, около неё ждёт дальнейшей участи газовая плита. Межкомнатные двери в наличии, как и встроенный шкаф в прихожей. Дом сдан с квартирами, в которых, по советским меркам, сделан ремонт.
Я не говорил Вале, что уже писал объяснительную по поводу этой квартиры, почему получил её, не проработав в белокаменной и года, когда коренные москвичи ждут не дождутся своего счастья дольше. По поводу денег, внесённых за кооператив, носил в народный контроль справки о зарплате, о роялти за изобретения, выписку из Указа Президиума Верховного Совета БССР о награждении госпремией. Суровую тётку, проверявшую очередной донос, эти бумажки не убедили. Она бросила на прощанье:
— Формально у вас всё так. Но я же чувствую, что-то не то!
Верно, ограбление УБХСС на 25 тысяч я не в состоянии отразить в декларации. Как и то, что они, уже слегка ощипанные, весьма пригодятся в ремонте и приобретении мебели.
Валю я берёг от некоторых лишних волнений, на ипподром взял только после ультиматума, что дома во время гонки она будет нервничать ещё больше, и не просвещал по поводу интриг против её мужа. Стрессы для матери плохо сказываются на психике будущего ребёнка.
Мы стояли среди пустой и гулкой квартиры, держась за руки как первоклассники на школьной линейке.
— Переедем? — спросила она.
— В это? Смеёшься? С пола придётся сдирать краску цвета коровьего навоза, циклевать, покрывать лаком. Двери менять. Встроенный шкаф — на помойку. В ванную, туалет и кухню — плитку. Обои… тебе нравятся?
— Если их убрать, квартира ничего не потеряет.
— Здесь предстоит жить моей любимой жене, моим детям. Какое-то время Машка останется с нами, 5-й курс — точно. Ну и я иногда голову на подушку преклоню. В этом?! Прости — нет. Но я постараюсь быстро.
Как ни парадоксально, ремонт собственной квартиры каких-то 62 квадрата площади доставлял несравнимо больше хлопот, чем строительство моторного завода под Подольском. Сфера услуг в СССР оставалась чертовски неразвита.
Мне вызвались помогать заводчане, но я сразу отмёл их благородный жест, понимая, что неминуема новая волна кляуз: использую подчинённый рабочий класс в личных целях, злоупотребляя служебным положением. Нашёл ремонтников их ЖЭКа, договорился, начали делать, выгнал их к чертям… Кто делал ремонт, тот в курсе проблем.
Тем временем на Москву опустился первый и неустойчивый ноябрьский снег. Мы с армянами провели «защиту диссертации», показав уже предсерийный вариант грузовичка ЕрАЗ-762ТД. С задним мостом, унифицированным с УАЗовским, он был понижен в номинальной грузоподъёмности до 1200 кг, зато одобрен к выпуску пробной партией в 100 экземпляров. Можно сколь угодно долго потешаться над его пещерным внешним видом, но эта была первая машина Конструкторского центра, принятая к производству — пусть сигнальной партией, да и укомплектована двигателями эта партия будет лишь в олимпийском году, но процесс пошёл и дал результат.
Кто молодец? Я — молодец.
Команда армянских инженеров прошла стажировку на МАЗе и АЗЛК, обучаясь контролю качества. При запуске ЕрАЗ-762ТД на конвейере я договорился, что там неотрывно будет присутствовать московский представитель и представитель Министерства сельского хозяйства, иначе никак. И банкет в честь «великого конструктора», жалко, что не армянина по происхождению.
Поднимая рюмку с коньяком, какой там у них самый козырный, Альберт Айрапетович произнёс:
— Шноракалуцюн! Спасибо, Сергей-джан. Теперь армяне всегда будут гордиться — великим полководцем маршалом Баграмяном и качеством автомашин ЕрАЗ!
Кто-то из присутствующих в ресторанном зале едва сдержал смешки, а я не смеялся, зная, насколько для армянина это трогательно. Практически как клятва, присяга, святой обет — поддерживать уровень их авто настолько, чтоб не стыдно было упоминать рядом с национальным героем.
Ещё бы дизайн кабины им осовременить. Катя, ау!
Она увлечённо рисовала другой проект, полную противоположность сухопутному дредноуту, микролитражку на смену ЗАЗ-968А. И снова нарушила мои вводные.
— Сергей, давай опустимся на землю. Надо быть Бруновым и командовать АЗЛК, чтоб выбить десятки миллионов на модернизацию производства и ещё столько же на моторный завод. Ради «запора» никто на такое не пойдёт.
Мы с ней секретничали наедине в моём кабинете, на этот раз она не призвала конструкторов прикрывать спину и разделять ответственность, знала, что преемник украинских «шадевров» у меня не в приоритете.
— Удивляй.
И удивила-таки. Использовала кузов от 968А максимально, по крайней мере — днище, брызговики, лонжероны, пороги. Из трёхобъёмника сделала двухобъёмник, оставив двигатель сзади, и лишь перепланировала моторный отсек, чтоб туда вместился ВАЗовский 1300 с отрезанным цилиндром, сместила заднюю ось к корме, увеличив базу. Общая длина не выросла, а внешне машина получила некоторое сходство с «Победой», скорее даже с «Жуком», эдакое благородное ретро.