Gekkou

Mamiya Natsuki

– Смешно, правда? Это просто очередная невыполнимая теория, написанная на бумаге. Идеальных людей не бывает. Ну, конечно, те, кто расследуют преступление, тоже люди, так что ошибки случаются и у них. Но я все же считаю, что идеальное преступление неосуществимо до тех пор, пока не произойдет строгая последовательность случайностей.

Такчтоянемоглаубитьсвоегоотцавернонономиякун?

Возможно, мой извращенный характер просто сыграл со мной злую шутку, но я не мог не подумать о том, что именно это

она и хотела сказать.

Я энергично покачал головой.

– Не знаю, не знаю.

Я повернулся к ней и взглянул в миндальные глаза. «Почему?» - спросила она, вновь с улыбкой. Я увидел свое отражение в ее зрачках.

– Ты солгала. Ты говорила, что в этом мире нет идеальных людей… но я знаю, по крайней мере, одну такую личность.

Она не спросила: «Кто?», а просто кивнула головой: «Понятно».

Она подловила меня… Так стало намного веселее!

Вина за то, что я был более разговорчив, чем обычно, и чувствовал, как от возбуждения бьется мое сердце, целиком лежала на Ёко Цукимори.

Почему все наши разговоры были такими волнующими?

Возможно, я просто получал удовольствие от разговора об аморальных вещах, но что было бы, если бы я говорил не с ней? Доставляло бы это подобное удовольствие?

Притворяясь раздраженным ее обычным поведением, я очень хотел продолжать этот разговор.

Так ли важна тема беседы? Разве я просто не желал чего-то волнующего, не существовавшего в моей прежней повседневной жизни, расспрашивая ее про рецепт убийства? Не было ли этопричиной, по которой я, сам не осознавая, продолжал гулять по лезвию ножа?

Не боялся ли я возвращения в скучную реальность после открытого разговора об идеальном убийстве?

Мои действия не основывались на чувстве справедливости. Только на заинтересованности, любопытстве и желании узнать о ней побольше.

Так что я желал чего-то, что связало бы меня с обворожительной девушкой, которую звали Ёко Цукимори.

Но в то же время я хотел узнать, использовала ли она на самом деле этот или нет. Я противоречил самому себе.

Да. Я почти сделал еще один шаг к ней.

Я хотел увидеть ее такой, какой не видел никто.

Зеленый свет на светофоре вновь замигал. Сменился еще одним красным.

Дождь и не думал униматься, ударяя по асфальту с постоянным ритмом. Поток людей, направлявшихся к остановке, стал реже, город постепенно остывал.

Я тихо перевел дыхание, чтобы она не заметила моего растущего возбуждения. Затем медленно провел пальцами между пуговиц, засунув их во внутренний карман.

Я принял решение. Я спрошу напрямую.

Но Цукимори внезапно обняла меня. Пойманный врасплох, я не мог вытащить пальцы из кармана.

– Мне холодно… - прошептала Цукимори, выпустив изо рта белый пар еще до

того, как я успел удивиться.

Ее глаза были полны слез, волосы намокли. Она очень чувственно прижималась ко мне, а прекрасные губы, казалось, просили поцелуя.

Мягкое прикосновение, которое я мог чувствовать через одежду, осталось прежним, но она и правда замерзла.

Не стоило так долго болтать с ней на холоде, но я не был ни сумасшедшим, ни столь осведомленным в любовных делах, чтобы обнять девушку на виду у всего города.

Я положил руки ей на плечи, желая высвободиться из ее объятий, но она тут же покачала головой, упрямо сказав: «Нет!», и обняла меня еще сильнее. Контрастируя с детским поведением, ее тело было развито более чем достаточно, чтобы зародить во мне запутанные чувства.

Вдруг я почувствовал какую-то вибрацию у ее груди.

– Господи, нашли время…

С сожалением на лице она достала мобильный телефон. Мне было довольно щекотно, учитывая, как сильно она прижималась ко мне.

Я вытащил руку из пиджака и спрятал ее в карман брюк. Из-за неожиданного звонка мое возбуждение полностью испарилось.

– Слушаю.

Она нахмурилась сразу после того, как начала разговор.

– Моя мама? Нет, ничего не слышала. Она была дома, когда я уходила в школу.

Во время разговора девушка становилась все мрачнее и мрачнее. Я не мог расслышать, что говорил звонивший, но это, очевидно, были не очень хорошие вести.

– Да… Поняла. Уже иду. Да. Если я что-нибудь узнаю, то сразу перезвоню.

Она нажала на кнопку и устало вздохнула.

– В чем дело? – спросил я.

Она посмотрела на меня со слезами на глазах.

– Мама не пришла на работу, в кулинарную школу, - ответила она наконец. – Она никогда так раньше не делала. Поэтому кто-то из ее коллег заволновался и позвонил мне.

– Может, она заболела?

Дешевые слова утешения.

– Хотела бы я знать… он сказал, что звонил на наш домашний телефон несколько раз. Конечно, он пытался дозвониться и на ее мобильный. Но у него не получилось, потом он позвонил мне, думал, что я что-то знаю…

Она осеклась и, нахмурившись, погрузилась в раздумья.

Я вздохнул. Почему-то я чувствовал, что это не сулило мне ничего, кроме проблем.

– Пойдем домой.

Я крепко схватил ее холодную руку и повел девушку за собой на остановку.

– Э?..

Я услышал ее растерянный голос.

– Похоже, у тебя кое-какие проблемы, так что я не стану задерживать тебя и пойду домой, - быстро сказал я.
– Полагаю, такая фраза подошла бы мне лучше… Но как я могу оставить тебя одну в такой момент? К тому же, мне не хочется думать о реакции Мирай-сан, узнай она, что я попрощался с тобой именно сейчас.