Гекатомба
Шрифт:
– Метла...
– небрежно бросил Звонарев.
– Она занимается левитацией.
– Врешь!
– уверенно провозгласил Жарков.
– Спорим?
– Извини, Миша, на Аглаю не могу спорить.
– Жалеешь?
– Господь с тобой, сатрапик, как говорит Осенев. Боюсь! Есть в ней что-то потустороннее. Черт ее знает, но спорить - уволь. Ладно, Миша, осеневская семейка может подождать. Что у тебя со списками?
Часа три они молча изучали списки. Наконец, Жарков не выдержал:
– Не могу больше,
– Ставь чайник, - ответил Звонарев, не отрываясь от бумаг.
Миша, потягиваясь, мечтательно произнес:
– Хоть бы Осенев забежал. Классные пирожки он вчера принес.
– Помечтай, - откликнулся Звонарев.
– Не все коту масленица.
В дверь постучали, приоткрывая. Показалась голова Осенева.
– О, - не удержался Миша, - вспомни, как говорится, "Голос Приморска", вот и... оно.
– Спасибо на добром слове, сатрапики, - улыбнулся Димка.
– Тебе чего, мальчик?
– спросил Юра, откидываясь на спинку стула и потирая виски.
– Самокат нашел?
– Ага, - радостно сообщил Дмитрий.
– На нем, оказывается, опергруппа на задержание выезжала.
– Что не заходишь? Сейчас сквозняком башку отшлепнет, а у нас и без тебя в городе "всадников без головы" хватает.
– Я не один, с дамой.
– Надеюсь, это не Альбина?
– Нет. Сейчас приведу, я только хотел убедиться, что вы уже встали. Вдруг, думаю, еще в исподнем, не одеты, не умыты...
– Постой, - Звонарев резко поднялся, - ты не с Аглаей ли пожаловал?
Дверь распахнулась и Дмитрий пропустил вперед жену.
– Глазам своим не верю!
– воскликнул Юра.
– Девочка моя, что он с тобой сделал, если ты решила почтить вниманием нас, убогих?
– Грязный шантаж, - с деланным негодованием ответила Аглая.
– И что же этот негодяй откопал?
Она приняла невинный и смущенный вид:
– Как говорил великий Ришелье: "На земле нет ни одного человека, которого нельзя было бы за что-нибудь повесить".
– Мы ему отомстим, - с готовностью заверил ее Юра.
– Мне или Ришелье?
– поинтересовался Осенев.
– Тебе, родной, тебе.
В это время в коридоре послышался громкий лай.
Звонарев изумленно поднял брови:
– Да вы, никак, с детьми пожаловали?
Жарков распахнул дверь, но тут же отпрянул, увидев огромного черного пса.
– Мавр, - заметила Аглая, - перестань пугать сотрудников уголовного розыска.
В коридоре на скамейке стояла объемная кожаная сумка, к которой пытались подступиться сотрудники милиции. Правда, безуспешно. Двое были с автоматами.
– Чья сумка и собака?
– послышался грозный окрик одного из них.
– Извините, - быстро сориентировался Осенев, - это наши люди.
– Что в сумке?
– спросил высокий человек в гражданской одежде,
– Все нормально, Коля, - выступил вперед Звонарев.
– Это - к нам.
Дмитрий подхватил сумку и попытался вернуться в кабинет. Его остановили. Но судя по виду, ситуация крайне его забавляла и доставляла удовольствие. "Коля", между тем, не унимался, поставив цель докопаться до дна сумки.
– Что там?
– вновь спросил он, полностью проигнорировав замечание Звонарева.
– Кошка, - ответил Осенев.
– Коля, там действительно кошка, - натянуто улыбнулся Юра.
Пока автоматчики незаметно, но профессионально, отсекали Осенева от дверей кабинета, несгибаемый Коля решительно протянул руку за сумкой, не спуская с Дмитрия бдительных чекистских глаз.
– Что здесь происходит?
– послышался голос с противоположного конца коридора.
Все развернулись, кроме автоматчиков, по-прежнему, державших под прицелом Дмитрия. Быстрым шагом к живописной группе приближался Кривцов. Увидев Осенева и собаку, поздоровался.
– Мы пришли, - просто сказал Димка, - всей семьей.
– В сумке, надо полагать, Кассандра?
Осенев раскрыл полностью чуть приоткрытую молнию и из сумки показалась кошачья мордочка. Кошка потянулась, зевнула, продемонтстрировав пасть, которой позавидовала бы и барракуда и обвела столпившихся людей откровенно скучающим взгдядом.
– Красивая тварь!
– с восхищением произнес Коля.
Мавр угрожающе зарычал, а Кассандра, моментально сбросив маску безразличия, выгнула спину и, зло сверкнув глазищами, зашипела.
– Ты смотри!
– не удержался от комментария один из автоматчиков.
– Будьте, пожалуйста, повежливее и... осторожнее, - послышался предостерегающий голос Аглаи.
– Они не любят это слово.
Не сговариваясь, все обернулись в ее сторону. Сотрудники милиции, исключая Звонарева и Кривцова, в изумлении уставились на нее. Они не сразу поняли, что в облике женщины присутствует нечто странное. Спустя минуту общего молчания, кто-то шепотом, не удержавшись, выдохнул:
– Она же... слепая! Но как она...
Осенев окаменел при этом замечании. Звонарев выглядел растерянным. На лице Кривцова промелькнула гримаса неудовольствия.
– Аглая Сергеевна, - извиняющимся тоном проговорил он, - пройдемте ко мне в кабинет.
– Он учтиво взял ее под локоть и повел прочь от молчаливой и ошарашенной группы коллег.
Мавр, взяв в зубы сумку с Кассандрой, не спеша двинулся следом за начальником угрозыска и своей хозяйкой.
– Представление окончено, спасибо за внимание, - Звонарев втолкнул в кабинет Осенева и Жаркова. Закрыв дверь, зло накинулся на друга: Довыеживался?! Тебе надо было не на журфак идти, а в придворные шуты. Был бы лучшим полудурком всех времен и народов!