Где бы ты ни был...
Шрифт:
— Дебора, вы знаете, о чем я хочу спросить вас.
Однако звук повторился. Это действительно были удары копыт лошадей, которые скакали в их направлении.
Не сдержавшись, Джастин выругался.
Первый из трех всадников остановился и воскликнул:
— Добрый вечер. Дышите свежим воздухом? Или ты объясняешь мисс Ричи преимущества беседки для увеселений?
Гарри Чивнинг был пьян и бессмысленно смеялся.
— Что за странная манера убивать время? — заметил Джастин.
— Да ничего странного. Пару часов
— Уже поздно, — возмутился Джастин.
— Нет, не поздно, и у нас ни в одном глазу. Ведь нам приходилось бодрствовать и подольше, не правда ли? Тебе, мне, нам всем.
Оба его спутника рассмеялись.
Джастин взял Дебору за руку.
— Думаю, нам пора возвращаться домой.
— Мы проводим вас, — прокричал Чивнинг, — и проследим, чтобы с вами ничего не случилось. А потом мы еще выпьем, чтобы протрезветь.
— Мне, кажется, что вы уже и так достаточно нагрузились. Я бы предложил вам сейчас просто бешеную скачку.
Деборе показалось, что Джастину не очень хочется расставаться с друзьями. Чивнинг проигнорировал его совет. Когда Джастин и Дебора повернули к дому, всадники поскакали рядом.
— Я не могу отделаться от них, не пригласив хотя бы ненадолго к себе, — обратился Джастин к Деборе.
Она не поняла, почему он не может этого сделать, разве что из страха, что они полезут в драку. Однако расположение духа всех троих в тот момент делало это маловероятным, да, кроме того, Дебора не верила, что Джастин трус.
Леди Стеннард была вне себя, когда вся компания ввалилась в дом. И даже низкий поклон Чивнинга не смягчил ее. А когда Джастин повел их в библиотеку, она отвела его в сторону:
— Я надеялась, что ты хотя бы на короткое время, пока не добьешься…
Конца фразы Дебора не слышала. Почувствовав сильную усталость, она подавила зевоту.
— Надеюсь, вы мне позволите удалиться.
— Мы все поступим правильно, если последуем вашему примеру, — ответила леди Стен нард.
Комната встретила Дебору сильной духотой. Подойдя к окну, она открыла его и постояла около него несколько минут. Затем легла, но долго ворочалась, не в состоянии уснуть. В конце концов задремала, но вскоре проснулась от громких голосов, доносившихся снизу. Мужчины, по всей вероятности, покинули библиотеку и вышли на террасу.
— Я просто шокирован, этого, конечно же, не хватит, никоим образом не хватит, — язык Гарри Чивнинга заплетался. — Эдвин, вот Эдвин, да, тот знал, что такое долг чести…
— Говори тише.
— Итак, я тебе должен еще дать время? Но если так и дальше пойдет… Ведь мы оба знаем, на что спорим. Этот заклад я приму охотно. Если так и дальше пойдет…
— Бутылка пуста, — вмешался один из приятелей Гарри.
Они вернулись в дом, а у Деборы в ушах все еще звучала последняя фраза Чивнинга: «Итак, это останется внутри
9
На следующее утро Джастин вывел ее на террасу.
— Дебора, вчера вечером нас прервали самым непростительным образом.
Почему-то ей не хотелось, чтобы он так разговаривал с ней. Накануне вечером это доставило бы ей удовольствие, но сегодня она испытывала к Джастину необъяснимую антипатию. Поэтому ей захотелось продлить этот разговор, чтобы разобраться в своих чувствах к нему.
— Мне кажется, вы охотно простили, что нас прервали, — ответила Дебора.
— Очень жаль. Друзья меня просто поразили…
— А у меня создалось впечатление, что подобные визиты не редкость.
— Мои друзья, — подчеркнул он, — зачастую скрашивают вечерами мое одиночество, и ничего страшного, если они иногда и выходят из рамок дозволенного.
— Это ваш дом, сэр. И это ваши друзья.
— Если хотите, чтобы они в будущем держались отсюда подальше, я позабочусь об этом.
— С какой стати вы будете руководствоваться моими желаниями?
Джастин взял ее за руку.
— Ваши желания — закон для меня.
Он посмотрел ей в глаза и перевел взгляд на губы, как будто желая получить мгновенный ответ.
— Дебора, хотите выйти за меня замуж?
Собственно говоря, она должна была бы согласиться. Какое право она имела оставаться в этом доме, если не собиралась принять его предложение? Дебора была уверена, что он будет просить ее об этом. Она не подталкивала его к этому, просто ждала, когда он объяснится.
— Вы оказываете мне большую честь.
— Итак, вы согласны?
Его настойчивость тревожила. Может, это было нетерпение влюбленного? Но если бы это было так, она бы почувствовала.
— Я… — пролепетала Дебора, — в последние месяцы мне пришлось принять слишком много решений, и это самое серьезное из всех.
— И все-таки вам не избежать необходимости принять его.
— Мне нужно время, чтобы подумать, сэр.
— Вы и теперь называете меня «сэр»?
— Джастин, — сказала Дебора, — оставьте меня, пожалуйста, одну.
Он отпустил ее руку.
— Конечно, я нахал. Подобные обстоятельства требуют от вас тонкости чувств, подобающей нерешительности, прежде чем ответить согласием, не правда ли?
— Мне бы не хотелось, чтобы вы думали, что я шучу с вами.
— Я так не думаю.
Он облокотился на балюстраду и отвернулся от нее. Ее вдруг пронзило желание дотронуться до него. Но нет, еще слишком рано.
— Ну, хорошо, — решил Джастин. — Я вас оставлю. Сколько вам потребуется времени — час, два, три? Сегодня великолепное утро, погуляйте, а я позабочусь о том, чтобы вам не мешали. Но, Дебора… Прошу вас, не отвечайте отказом. Я хочу, чтобы вы стали моей женой и хочу, чтобы вы этого хотели так же сильно, как и я.