Гавань надежды

Десмонд Элли

– Ох, я и забыл, что имею дело с амазонкой! Ладно, умолкаю. Так где здесь можно сфотографироваться?

Дайан оглянулась.

– Вон там, на углу, помнится, было ателье.

– Ну идем, проверим.

Хозяином небольшой фотомастерской оказался индиец. О принадлежности этого средних лет человека к упомянутой национальности нетрудно было заключить, взглянув на его чалму, длинную пеструю рубашку и мешковатые холщовые шаровары. Он поспешил навстречу Дайан и Гейбу, услышав, как над входной дверью, извещая о появлении посетителей, мелодично

зазвенели металлические подвески.

– Милости прошу, молодые люди, милости прошу! – зачастил владелец заведения, подобно почти всем выходцам из Индии произнося звук «эл» очень мягко, как «эль». – Желаете сфотографироваться?

– Нам нужно несколько снимков, два-три, где бы мы были запечатлены вдвоем, – сказала Дайан, с некоторым сомнением поглядывая на экзотический головной убор собеседника. – Но фотографии должны быть качественными.

Чутко уловив намек, хозяин мастерской расплылся в улыбке.

– О, не беспокойтесь, мисс! У меня самое современное цифровое оборудование. – Затем он перевел взгляд на Гейба. – Очевидно, у вас какое-то событие?

Тот не задумываясь кивнул.

– Помолвка. – После чего спокойно обвил рукой плечи Дайан и добавил: – Я женюсь на этой молодой леди.

Дайан словно окаменела. В то же время участок, к которому прикасалась ладонь Гейба, словно загорелся. Все произошло так быстро, что она не успела опомниться. Поэтому и реакции своей не смогла скрыть. И, разумеется, Гейб почувствовал ее состояние.

– Правда, дорогая? – с улыбкой и многозначительным выражением в глазах повернулся он к ней. Но, так как Дайан все еще пребывала в ступоре, Гейб попросту переместил руку на ее талию и властно придвинул к себе. – Дорогая?

Ресницы Дайан затрепетали как крылышки мотылька.

– Да.

Добившись от нее ответа, Гейб вновь посмотрел на хозяина фотомастерской и произнес, словно объясняя странное поведение своей невесты:

– Так счастлива, что порой теряет дар речи. – При этом он собственнически скользнул рукой с талии на бедро Дайан.

– О, понимаю, понимаю! – закивал индиец. На его чалме блеснули золотистые нити.

Дайан же была полностью захвачена своими ощущениями. Сжимающая верхнюю часть ее бедра ладонь Гейба казалась ей раскаленной, и с этим чувством приходилось как-то справляться.

От волнения дыхание Дайан участилось, но его приходилось сдерживать, и в какой-то момент ей показалось, что еще минута – и она задохнется. Инстинкт самосохранения требовал срочно что-то предпринять и, повинуясь его призыву, Дайан высвободилась из объятий Гейба. Сделала она это бездумно и импульсивно, но тут же спохватилась, сообразив, что тем самым привлекает внимание владельца фотоателье. Но это было только полбеды, потому что одновременно ее действие заинтересовало и Гейба.

Выпустив Дайан из объятий, он испытующе посмотрел на нее. Она не выдержала, отвела взгляд, и тут ей попался на глаза спасительный предмет – зеркало.

– Как кстати! – преувеличенно радостно воскликнула

она. – А я как раз хотела спросить, где можно привести себя в порядок перед съемкой.

Хозяин вновь заулыбался.

– Да-да, пожалуйста, все, что пожелаете. Вот стул, присаживайтесь, прошу.

16

Однако Гейба провести не удалось. Прихорашиваясь с помощью расчески, пудреницы и губной помады, Дайан несколько раз ловила на себе его взгляд, задумчивый, как ей показалось. В какой-то момент они встретились глазами в зеркале и на миг оба замерли. Первым, как ни странно, отвернулся Гейб.

Данное обстоятельство удивило Дайан. К тому же она продолжала ощущать те места, к которым прикасалась рука Гейба. Они будто пылали огнем, и от них распространялось тепло. Это отвлекало. Мешало сосредоточиться на том, чем Дайан занималась.

Спустя несколько минут, кое-как справившись с волнением и необычными ощущениями после прикосновений мужской руки – Дайан не была недотрогой, однако прежде такой преувеличенной чувствительности за собой не замечала, – она сочла свой внешний вид приемлемым для снимка и сказала, отходя от зеркала:

– Все, я готова.

Колдовавший с осветительными приборами фотограф обернулся, его чалма сверкнула, попав в полосу яркого света, а кожа лица, наоборот, показалась очень темной.

– В таком случае начнем. Прошу сюда. – Когда Дайан с сопровождавшим ее Гейбом вошли в пределы избыточно освещенного пространства, он добавил, словно спохватившись: – Но мы не обговорили, какого рода снимки вам требуются – кабинетные или более… э-э…

– Более, – кивнула Дайан. – Более раскованные и менее официальные. – Она блеснула взором, оглянувшись на Гейба. – Правда, дорогой?

Тот усмехнулся.

– Конечно, солнышко.

– В таком случае могу предложить вам сфотографироваться на фоне этой зелени, – сказал фотограф, делая плавный жест направо.

Прищурившись и приложив ладонь козырьком ко лбу, Дайан увидела нечто вроде маленького дендрария, составленного из искусственных растений.

– Ну не знаю… – протянула она, скептически разглядывая ядовито-зеленые вайи папоротника.

Словно поняв, что ее смущает, фотограф поспешно произнес:

– Не волнуйтесь, на снимке вся эта зелень будет выглядеть абсолютно натурально.

– А что, мне нравится, – сказал Гейб, щурясь на ближайшую пальму.

– Хорошо, не возражаю, – пожала плечами Дайан. – В конце концов, какая разница, на каком фоне мы… то есть я хотела сказать, главное, чтобы мы хорошо получились на снимке, а антураж имеет второстепенное значение.

Закончив фразу, она поймала насмешливый взгляд Гейба, прекрасно понявшего причину осечки.

– Значит, так: вы встаньте сюда, а вы – рядом. – Расположив Дайан и Гейба перед зеленым островком, фотограф отошел к установленному на треноге фотоаппарату и посмотрел в видоискатель. – Неплохо… только, мистер, будет гораздо лучше, если вы обнимете невесту.