Гас
Шрифт:
— С днем рождения, Опти. Надеюсь, ты планируешь круто оторваться сегодня. В этот важный день я не ожидаю от тебя ничего меньшего. Не хочу давить, но тебе лучше постараться и зажечь по полной. — На секунду я замолкаю. Не потому, что разговаривать с ней кажется мне странным, а потому что не хочу уходить. — Я скучаю по тебе, подруга. Я так сильно скучаю. — Погладив надгробие, я оборачиваюсь и смотрю на Ма. Она терпеливо ждет меня возле машины. И будет ждать столько, сколько
* * *
Приехав домой, я сразу же звоню Франко. Он поднимает трубку на втором гудке.
— Недоумок? — Его голос звучит обеспокоенно. И вопросительно. Он знает, какой сегодня день.
— Namaste[10], дебилоид. Эй, сделай мне одолжение.
— Все, что хочешь. — Он уже согласен. В этом и есть преимущество настоящих друзей — они всегда рядом: и в горе, и в радости.
— Я хочу попасть к твоему брату сегодня. Можешь организовать это?
— Хочешь сделать тату? — удивленно спрашивает он. Все тело Франко выше талии покрыто татуировками, мое же — чистый лист. Я всегда думал, что так оно и останется, но после сегодняшнего утра знаю, что это невозможно.
— Ага.
— Большую? Джулиан должен рассчитать, сколько времени ему потребуется. Обычно он не работает по субботам.
— Маленькую. Три слова, — отвечаю я. — Это все, что ему нужно знать.
— Понял. Я позвоню ему и свяжусь с тобой через несколько минут. — Он настолько впечатлен, что вешает трубку, даже не попрощавшись.
Через пять минут раздается звонок телефона. Мы обходимся без обычного приветствия и переходим прямиком к делу.
— Ну?
— Заеду за тобой через пятнадцать минут. Джулиан встретит нас в салоне.
— Отлично. Буду ждать.
Я выхожу на улицу, чтобы покурить до приезда Франко. Он не разрешит дымить в своей машине, поэтому это нужно сделать сейчас. Когда Франко припарковывается возле дома, его лицо сияет от радости, возбуждения, любопытства и даже немного от гордости. Я залезаю в салон, и он хлопает меня по плечу.
— Не могу поверить в это. Сладкая попка прогнулась! А я думал, что ты до ужаса боишься иголок?
Сглатываю ком в горле, и меня начинает мутить. Я, черт возьми, ненавижу иголки.
— Не напоминай мне. — А потом до меня доносится музыка, которая играет по радио. — Заткнись и дай послушать. Это новый альбом?
— Да. "Sunset Sons" — это нечто. Согласен?
— Они убийственны, чувак. — Мы слушаем их всю дорогу до тату салона его брата, который находится в двадцати минутах езды от моего дома. Этого достаточно, чтобы хорошенько подумать и начать паниковать.
Когда мы останавливаемся возле салона, мое волнение достигает запредельных высот. Я захожу в него в невменяемом состоянии, но все также нацелен сделать то, что собирался.
Нас приветствует Джулиан —
— Как дела, Гас? Давно не виделись.
Он расслаблен и в хорошем настроении.
Я — нет. Поэтому просто киваю.
— Рад увидеться, чувак. Слушай, не хочу торопить тебя, но не могли бы мы поскорее покончить с этим пока я не оставил свой завтрак у тебя на полу?
Они с Франко смеются, а потом он усаживается в кресло и берет в руку карандаш и бумагу.
— Что ты хочешь, здоровяк? — Джулиан всегда называет меня так, потому что короче на целых восемь футов. И худее. Скажем так, он просто более мелкая версия Франко. У него по-детски пухлое лицо, что делает его моложе даже, несмотря на то, что он старше Франко на два года.
Показав на внутреннюю часть правой руки, я описываю то, как представляю себе тату.
Краем глаза замечаю улыбку на лице Франко, а потом он хлопает меня по руке.
— Я так и знал.
— Я хочу, чтобы она была простая, но в тоже время крутая. Понимаешь? И черная.
Джулиан кивает, сразу же начиная делать набросок.
По мере того, как буквы оживают, моя улыбка становится все шире. Он понял. Несмотря на мягкие линии, надпись выглядит по-мужски дерзкой.
— Спасибо, чувак. То, что я хотел.
Франко, не отставая ни на шаг, следует за мной к рабочему месту Джулиана. Мне хочется развернуться и сказать ему отстать, или, на крайний случай, врезать. Он делает это специально, я знаю. Франко пытается вывести меня из себя, потому что понимает, что я нервничаю. Ладно, признаюсь — я в ужасе.
Крепко зажмуриваю глаза, пока Джулиан обеззараживает и подготавливает мою руку и открываю их лишь после того, как он наносит трафарет. Он просит меня посмотреть рисунок перед тем, как начать наносить пигмент.
Выглядит круто, но все, что я могу — это просто кивнуть. Если открою рот, то меня вырвет.
Когда он включает тату-машинку, я снова закрываю глаза.
— Хочешь, я подержу тебя за руку? — смешным писклявым голосом спрашивает Франко.
— Отвали, чувак. Знаю, ты всегда мечтал об этом, но я не для тебя.
Он смеется и радостно хлопает в ладоши. Чувство юмора — это то, что я больше всего люблю в Франко. Он знает, когда нужно пошутить. И всегда делает это вовремя.
К моему удивлению, нанесение татуировки ощущается скорее как раздражение, чем настоящая физическая боль. Если бы я мог отвлечь мозг от того, что игла непрерывно пронзает мою кожу, это было бы почти сносно. Почти!
— Ты в порядке? — спрашивает Джулиан. — Устроим перерыв? Мы уже закончили половину работы.
Я качаю головой, так и не открывая глаз.