Гас
Шрифт:
— Ты знаешь о Джиме? — удивленно спрашивает она. Думаю потому, что мы это никогда не обсуждали.
Я киваю.
— Я просто хочу, чтобы Пакстону жилось лучше, чем мне, — пытаясь сдержать слезы, произносит она.
— У вас все будет хорошо, — говорю я, обнимая ее.
— Правда?
— Определенно. И вы никуда не съезжаете. Ма превращается в фурию, когда угрожают ее гнезду. Ты не захочешь этого видеть. Поверь мне.
Четверг, 19
Телефон начинает звонить. Номер незнакомый, так же как и код. В любое другое время я бы не стал отвечать, но сегодня мне скучно.
— Алло.
— Алло? — раздается в трубке смущенный женский голос.
— Алло? — отвечаю я ей. У меня такое чувство, что она набрала неправильный номер, но мне не хочется быть грубым.
— Густов?
— Да.
— Густов, это Клер. — Она долго молчит, а потом продолжает, — Как у тебя дела? — Смущение даже и близко не описывает то, как звучит ее голос.
Клер? Мне понадобилось несколько секунд, что понять кто это. Клер из европейского турне.
— О, привет Клер. Все нормально. А у тебя?
Я не слышал ничего о ней с того самого времени. Любопытно, зачем она звонит.
— Хорошо. Лучше, — робко отвечает она и вздыхает. — В моей жизни многое произошло с тех пор, как я видела тебя в последний раз. Я работала над собой. Приводила себя в порядок.
Она снова замолкает, и я чувствую необходимость что-нибудь сказать, потому что у нее явные проблемы с выражением мыслей. Несмотря на то, что мне никогда особенно не нравилась Клер, я не могу отказать ей, когда она определенно пытается что-то донести до меня.
— Это хорошо.
Я слышу, как она облегченно выдыхает.
— Мне так жаль Густов. Прости за то, что вовлекла тебя в свои проблемы прошлой весной.
— В этом не было твоей вины, Клер. Я сам сделал свой выбор. У меня у самого были серьезные проблемы.
— Я звоню, чтобы спросить, не поужинаешь ли ты со мной сегодня? Я навещала тетю в Сан-Диего и завтра утром уезжаю. Мне бы хотелось увидеть тебя и извиниться.
Это не похоже на Клер, которую я знал. Она разговаривает со мной как нормальный человек. Ее голос звучит ранимо и... мило.
Я не могу ему противиться.
— Хорошо. Мне за тобой заехать?
— Нет, я сама заеду за тобой. Это часть моего извинения. — Она смеется, и я замечаю, что ее смех больше не похож на раздражающий нервный смешок, который я помню. Он звучит мягче, как тихое, расслабленное хихиканье.
— Так точно, мэм. — Даю ей свой адрес, и мы договариваемся на семь часов.
* * *
Я натягиваю футболку с изображением "Catfish and the Bottlemen"[8], когда кто-то стучит в дверь моей спальни.
— Гас, ты здесь?
Открываю дверь и вижу Пакса, на лице которого застыло выражение трепета вперемешку со страхом.
— Что случилось, amigo[9]?
Он
— К тебе пришла девушка.
— Она рано, — переведя взгляд на часы, говорю я. Еще только шесть сорок пять.
Трепет на лице Пакса одерживает победу над страхом.
— У тебя свидание?
— Не, не свидание. Просто... — по какой-то причине я спотыкаюсь на следующем слове. Наверное, потому что не знаю кто для меня Клер. — Просто друг. Я ее давно не видел. Мы просто поужинаем и все.
Он медленно качает головой.
— Она такая сексуальная, Гас. На пятнадцать баллов по десятибалльной шкале.
Я смеюсь, потому что еще несколько недель назад, он бы ни за что не сказал ничего подобного.
— Она красотка, правда? Я бы тебя с ней познакомил, если бы ты был постарше, — подмигиваю я ему.
— Мне восемнадцать через пару недель, — пытается убедить он меня.
— Чувак, ты не сможешь совладать с этой самкой. Лучше сконцентрируйся на Мейсон.
Пакс улыбается и краснеет при упоминании имени девушки, в которую он влюблен.
Я надеваю носки, "Вэнсы" и направляюсь в гостиную с Паксом, который неотступно следует за мной. Клер стоит рядом со стеклянной раздвижной дверью и смотрит на океан. Около минуты я просто молчу, давая ей возможность насладиться видом. Забыться в красоте и спокойствии — это дар.
Если бы я не знал, что это Клер, то не поверил бы. Она округлилась, стала мягче, а вызывающую одежду сменили джинсы и простая белая футболка. Ее темные блестящие волосы подстрижены и едва достают до плеч.
Я прокашливаюсь, чтобы привлечь ее внимание.
— Как дела, Клер?
Она поворачивается на мой голос. Ее лицо выглядит гораздо моложе и счастливее, чем несколько месяцев назад. У нее чистая, сияющая кожа. Она посвежела, как будто все плохое и негативное ушло вместе с тяжелым макияжем и соблазнительной одеждой, раскрывая нового человека, который прятался под всем этим.
— Привет, Густов.
— Густов? Люди и правда тебя так зовут? Я думал, что Скаут — единственная кто называет тебя так, — говорит Пакс, все еще следуя за мной, как тень.
— Это мое имя, Пакс. — смеясь, отвечаю я.
— Знаю. Просто я думал, что все зовут тебя Гас, — смущенно произносит он.
— Большинство, да. А еще я отзываюсь на кретина, это имя тоже популярно. Я откликаюсь на все. Спроси Франко.
Клер улыбается.
— Это правда. Как дела у Франко?
— Отлично. Сейчас, пока мы дома, восстанавливает старый мотоцикл. Это занимает все его время.
Франко помешан на байках, и я рад, что он делает то, что любит.
— Это хорошо. — Клер осматривает комнату и улыбается. — У твоей мамы красивый дом. А вид из окна и вовсе нереальный.