Гарпия с пропеллером
Шрифт:
– Вот уж неожиданная встреча! Убедительная просьба, не вмешивайся! Сам разберусь!
Понимая, что он сейчас совершит непоправимую ошибку, я быстро сказала:
– Не делай этого! На дороге постовой главный, а у тебя номерной знак самый простой!
Но Александр Михайлович, как все мужчины, считает, что совет женщины нужно выслушать лишь в одном случае – чтобы поступить наоборот. Поэтому он вытащил свое служебное удостоверение, ткнул в нос «пончику» и заявил:
– Оперативная необходимость вынудила меня нарушить правила.
Я тяжело
Другое, когда на стареньком «Запорожце» нарушаешь правила. И еще, надо четко понимать, с кем имеешь дело. Может, молоденький сотрудник, стой он сейчас на перекрестке, и испугался бы старшего по званию. Но «пончик», который по виду был одногодком Дегтярева, однако, в отличие от Александра Михайловича, имел на плечах погоны сержанта, сейчас покажет полковнику, кто в доме хозяин. Красная книжечка не произвела на «пончика» никакого впечатления.
– Правила писаны для всех, – фыркнул он, – а что касается оперативной необходимости… Чегой-то у вас на заднем сиденье торт стоит? Никак решили преступников чайком побаловать? Ну-ка, документики.
Дегтярев покорно дал права.
– Ага, – удовлетворенно кивнул мент, – выданы неделю назад. Понятненько!
– И что вам понятно? – снова начал багроветь полковник.
«Пончик» скривился и ткнул в мою сторону жезлом:
– Вот она честно говорит, когда ее здесь ловлю: «Извините, в нужном месте повернуть не могу, плохо вожу», а вы служебным положением злоупотребляете. Некрасиво это, а главное, вам не поможет!
Поняв, что меня поставили ему в пример, Александр Михайлович разозлился окончательно и прошипел:
– Ну, долго мораль читать будешь? Пока здесь топчешься, через тот поворот армия машин проехала! Бери штраф, и хватит!
– Вы, полковник, мне не тыкайте! – разъярился сержант. – Машину по компьютеру проверим…
– Зачем? – взвыл Дегтярев.
– Как это? – изобразил удивление мент. – А вдруг она в угоне?
Я старалась не расхохотаться. Ну все, постовой обозлился по полной программе. Сейчас вызовет по рации своих коллег, шепнет им, в чем дело, и продержат моего глупого полковника несколько часов. Надо выручать толстяка, пока не наломал дров.
Но не успела я раскрыть рот, как Александр Михайлович совершил последнюю трагическую ошибку. Поняв, что постовой вышел на тропу войны, Дегтярев достал кошелек, вынул пятьдесят рублей и со вздохом сказал:
– На!
– Это что? – округлил глаза «кабан».
– Забирай и отпускай!
– Вы мне суете взятку?!
– Штраф плачу!
– А еще полковник, в органах работаете! Неужели не знаете, что сотрудникам дорожно-постовой службы запрещено производить на месте
Я решила вмешаться и подергала «пончика» за рукав:
– Миленький, отпустите его!
– С какой стати?
– Понимаете, это мой папа.
Дегтярев всхлипнул и оперся о «Запорожец». Постовой с удивлением посмотрел на него:
– Ваш отец?
– Ага, – кивнула я, – родил меня еще школьником, четырнадцати ему не исполнилось. Очень безответственный поступок! Впрочем, папенька никогда не отличался благоразумием.
– Ты чего… – обалдел приятель.
Я быстро наступила ему на ногу и затарахтела:
– Уж не обижайтесь на него, сами понимаете – полковник, они все такие, больные. Он и дома нас строит, удостоверением играет, ни одна жена рядом с ним не удержалась, семеро сбежало. Только я, дочь, у него осталась. Вздорный старикашка! Кстати, прошу прощения, я тоже нарушила правила, вот!
Постовой бросил взгляд на бумажку в пятьсот рублей и протянул:
– Сдачи нет, я только вышел.
– А и не надо, – обрадовалась я, – завтра опять тут поеду, считайте, что вперед заплатила!
«Пончик» снял шапку, вытер вспотевшую лысину и пробурчал:
– У меня от вас голова закружилась, ехайте со своим отцом побыстрей отсюдова.
Помахивая жезлом, он пошел вперед. Я проводила его глазами и усмехнулась. Ага, вот где дядька теперь прячется – на парковке.
– Ты с ума сошла! – накинулся на меня Дегтярев. – Совсем обалдела, да? Неужели я похож на твоего папеньку? Между прочим, я молодо выгляжу, никто больше сорока не дает!
Я окинула взглядом полную фигуру приятеля, его лысину и со вздохом ответила:
– Дорогой, ты и впрямь изумительно смотришься, просто Ален Делон, но надо же было отбить тебя от постового. Или ты хотел просидеть в отделении до полуночи? Имей в виду, сотрудники дорожно-постовой службы – мстительные люди.
Александр Михайлович, ничего не ответив, пошел к «Запорожцу».
– Ты без Женьки? – запоздало удивилась я. – Не боишься? Ведь всего пару уроков взял?
По-прежнему молча полковник влез за руль. Я пошла к «Пежо», но по дороге обернулась. Черный «Запорожец», пару раз дернувшись, медленно пополз в правом ряду. Я усмехнулась. Ох уж эти мужчины! Сколько бы Дегтярев ни хорохорился и ни пытался изображать из себя Шумахера, сразу понятно, что он в паническом ужасе вцепился в руль.
Глава 14
Следующий день начался неудачно. Когда я рано утром очень осторожно, чтобы ненароком не разбудить домашних, которые любят поспать в субботу подольше, спустилась в холл, то там уже стояла Зайка, одетая, причесанная и намакияженная.
– Ты куда? – с подозрением спросила она.
– А ты? – не растерялась я.
– В Шереметьево, – ответила Зайка.
– Зачем? – попятилась я.
– Интересное дело, – обиделась она, – в командировку лечу! Всю неделю об этом говорила! Хотя ты ведь никогда никого не слушаешь!