Гарольд Дурсль
Шрифт:
В конце обеда Снейп вдруг сорвался с места и, швырнув салфетку на стол, ринулся прочь из зала. МакГонагалл неодобрительно покачала головой, на что Дамблдор, по-отечески улыбаясь, что-то прошептал ей на ухо. Пользуясь потерей бдительности преподавателей, Гарри потянул Невилла из-за стола и слегка кивнул тому слизеринцу.
Изображая во дворе школы вялые попытки собрать первый быстро тающий снег в снеговика, они тихо переговаривались. Слизеринца звали Нектар. Вытаращенные глаза Гарри он трактовал совершенно правильно и немедленно показал кулак:
– Ни слова! Родители занимаются
– Совсем немного… - задумчиво протянул Сайф.
– Кажется, я тебя знаю. Семья Апира?
Слизеринец резко кивнул.
– Старшая ветвь. Пчелы.
Они солидно пожали друг другу руки. Гарри даже позавидовал их серьезным лицам. Ну, прямо как при заключении многомиллионного контракта. И, наверное, именно от зависти громко кашлянул, привлекая к себе внимание.
– Ты хотел поговорить, или я что-то не так понял?
– он старался держаться не менее солидно. Для этого задрал подбородок и выпятил нижнюю губу.
Слизеринец протянул руку и ему. Рукопожатие было крепким и уверенным.
– Поттер?
– дождавшись кивка, продолжил: - Драко просил передать тебе записку. И на словах: сиди тихо, он поговорит с отцом. Ладно, малышня, гуляйте, я в библиотеку.
Записка была кратка до неприличия. Наверное, потому что написана была на крохотном клочке пергамента.
– Гарри, папа сказал, что займется вами лично. Пока не притпри… ничего не делайте. Не злите Д. понапрасну.
– «Д»! Скорее, ДДД, - рявкнул Гарри. Он злился сам на себя. Он с чего-то решил, что прочитав записку, получит ответы сразу на все вопросы и даже немедленно отправится домой. А тут такой простой совет. А что он, вообще, может сделать? Пробежаться по коридору? Так по пустому и неинтересно. Интересно бежать, лавируя между другими, стараясь не врезаться в чью-нибудь сумку и не столкнуться с нервным старшеклассником.
– ДДД? Почему?
– Сайф вытирал красные ладони об мантию. Невилл громко хлюпнул носом.
– Дурной директор Дамблдор! Пойдем внутрь, холодно и уже темнеет.
Сайфа они протащили к себе легко. Он громко попрощался с ними и поднялся к себе. Там старательно соорудил куклу из чужого одеяла и подушки, а потом перебежками оказался у портрета Толстой дамы. Виолетта, еще раз попричитав над судьбой сиротинушек, открыла проем для «бедного мальчика». Они проболтали обо всем сразу и ни о чем одновременно до самого утра. Немного поиграли в карты, немного в плюй-камни. Сайф показал Гарри заклинание для штопки носков. Гарри надулся и пообещал себе, что обязательно разыщет в библиотеке самое неизвестное заклинание и завтра же продемонстрирует его Сайфу. Пусть не выделывается.
Но на другой день нашлись дела поважнее. Гарри помогал профессору Флитвику наряжать ель. Он со второго раза освоил сборное заклинание парения и подвешивания. Ему даже начислили пять баллов! Ель вышла великолепной. Большая, почти до самого потолка, с голубоватым отливом хвои и вся в нарядных золотых шарах и мишуре. Такую же, но намного меньше, Гарри и Невилл обнаружили и в своей гостиной.
За ужином особенно сильно улыбающийся Дамблдор рассказал какую-то путанную
Остальные ученики, судя по их вытянувшимся лицам, вообще не поняли о чем речь. МакГонагалл кашлянула и тихо сообщила Дамблдору, что в Хогвартсе остались лишь чистокровные студенты. Гарри не понял связи и спросил у Невилла. Тот так же тихо пообещал рассказать позже.
Сайф повторил тот же фокус, что и вчера, и опять ночевал в Гриффиндоре. На этот раз они были слишком уставшими, чтобы сидеть до утра и угомонились чуть позже одиннадцати. Глядя на спящих под одним одеялом братьев, Гарри позавидовал. В холодной башне особенно хотелось что-нибудь теплое в кровать.
Невилл и Сайф рассказали, что Рождество не волшебный праздник, вернее, праздник не для волшебников. С чего бы им праздновать рождение какого-то неизвестного им маггла? Просто, магглорожденные студенты, совершенно ничего не понимая в древних обрядах и традициях, приурочили каникулы тринадцати ночей к привычному им Рождеству. Предыдущие директора закрывали на подобные причуды глаза, а Дамблдор - известный во всем мире магглолюб - так старательно подпевает новичкам волшебного мира, что даже упоминать не хочет ни о Йоле, ни о материнской ночи.
Гарри покивал головой и решил посмотреть в библиотеке все книги на тему этого праздника. Только бы название не забыть. Сайф, мечтательно жмурясь, рассказал о вкусном ужине из злаков и дикого мяса и о подарках в каждую ночь, перед тринадцатой. Подарки были со значением. Нет, не совсем так. Подарки были обычные. Одежда, игрушки, лакомства, но вот перед тем, как развернуть сверток, следовало загадать желание, бросить кости и посмотреть в Книге Перемен, что выпало. А потом рассмотреть подношение в плане предсказания. Злые люди могли испортить все, прислав плохой подарок. Но это тоже считалось.
Взрослые тщательно записывали все, что получалось, а потом в течение года вычеркивали сбывшиеся предсказания. Гарри настолько понравилось это гадание, что он захотел его осуществить.
Утром они с неохотой спустились в гостиную. Сначала было Гарри быстро вскочил и принялся нетерпеливо чистить зубы и одеваться, чтобы кинуться к елке за подарками, но потом вспомнил, что подарки прислать некому. Поэтому из ванной он вышел почти в слезах. Невилл громко ревел, а Сайф терпеливо утешал его. Поплакав вместе, они все же спустились. Но под елкой что-то лежало! Несколько свертков. Они быстро разобрались, что здесь были подарки для всех троих, но у Гарри их оказалось больше всех. Разделив свертки, мальчики нетерпеливо открыли Книгу Перемен и поставили рядом стаканчик с костями. Невилл похвастался, что это еще папины и сделаны они из кости вымершего гигантского слона.