Гарольд Дурсль

gekkon

Глава 39.

Зима в этом году выдалась обычная - слякотная, ветреная и тягучая, как жареный сыр. В начале февраля на Хогвартс обрушились тонны снега, собрались в сугробы и грозно насупились на вспомнившее о своих обязанностях солнце. Высунувшись из-под покрывала зимних туч, оно протерло заспанные глаза и недоуменно уставилось на снежную армию. Или взглянуло на термометр и поняло, что стоят совершенно неанглийские холода. Под суровым взглядом сугробы принялись резво таять, но по ночам, пользуясь временным отсутствием

светила, не менее шустро покрывались ледяным панцирем.

Борьба тепла и холода оказалась предсказуемо грязной - сугробы украшались разводами песка и земли. Как вытащенный из пепельницы кусок сахара покрывается кружевом пепла и кусочков табака. А стоило отойти чуть в сторону от обжитой территории, как из-под каждого куста высовывались своеобразные грибы: аккуратные и не очень кучки экскрементов на тонкой ледяной ножке. Чрезвычайно вдохновленный «потрясающим» зрелищем Хагрид устроил урок по опознаванию тех, кто наложил все это добро, и тех, кем оно было до того, как попало в пищеварительный тракт более удачливого собрата.

Гарри с участием смотрел на зеленоватого от тошноты и синеватого от холода Драко и с отвращением прикидывал, как бы ковырнуть палочкой доставшуюся им кучку. Из нее высовывался остов чьей-то скрюченной лапки.

– Ого, саламандра, - рассеянно отозвался в голове подзабытый голос.

– Может, еще скажешь, кто ее сожрал?
– так же рассеянно ответил Гарри.

– А в учебник заглянуть не желаешь?

Гарри почуял, что сейчас может начаться лекция о пользе чтения и раздраженно открыл «Чудовищную книгу о чудовищах». Саламандрами питалось одно-единственное существо - крысиный король.

– Три хвоста и три головы, что подобно рунескопу вечно сражаются за добычу. В желании согреться они выкапывают огненных ящеров из их убежищ, но не в силах справиться с гложущим их вечным голодом разрывают на части и пожирают. Жуть какая, - подытожил Гарри и протянул Блейзу платок. Забини тщательно высморкался и пошмыгал распухшим носом.

– Чепуха какая, - прогундосил он, - просто крысиный король жрет все, что поймает. По-хорошему, его надо выловить и переселить подальше от места битком набитого детьми.

– Стоп!
– Гарри передал книгу Блейзу и застыл, втупившись в пространство.
– Голос!

– Голос тоже жрет детей?
– Драко с благодарностью принял от Невилла флягу с горячим чаем.

– Нет, это он подсказал про саламандру.

– Ожил?
– Блейз немедленно забыл обо всех прелестях зимнего леса и с восхищением в глазах схватил Гарри за задницу. Отскочив от возмущенного такой бесцеремонностью Гарри, с обидой в голосе пояснил: - А чего? Он же у тебя из попы торчит?

– Точно, - потрясенно выдохнул Гарри.
– После занятий в коридоре у выручай-комнаты.

Хагрид громко захлопал ладонями, призывая собраться в толпу и предъявить ему свои наблюдения. Получив свои баллы, все быстро направились в теплоту замка. Гарри кое-как досидел

до вечера и ринулся на восьмой этаж. За спиной тяжело галопировал Невилл. У уже приоткрытой двери Выручай-комнаты нетерпеливо топтался Блейз. Увидев Гарри, он немедленно замахал руками, призывая поторопиться. Куда уж быстрей? На порог комнаты ступила человеческая нога, а оттолкнулась от него уже громадная лапа. Залетев внутрь, Гарри немедленно изогнулся и рыкнул на вяло болтающийся хвост.

– Ну, - мысленно заорал он, - немедленно просыпайся!

Хвост резко рассек воздух и изогнулся, заглядывая в львиную морду.

– Я и не спал, - лениво отозвалась гадюка, - думал.

– Это о чем?
– оторопел Гарри.

– О будущем, - с философским видом ответил голос.

– Чьем?
– задал волнующий его вопрос Гарри.

Голос пощупал языком воздух, и вяло повис, демонстрируя полное нежелание сотрудничать. Гарри еще немного потормошил его и сдался. Обернувшись назад, он обреченно сел на пол. Необходимо было пояснить остальным, что Гарри в любую секунду может превратиться в кого-то опасного.

– Если вдруг я стану вести себя не так, как обычно, прибейте меня.

– Ага, конечно, - закивал головой Блейз.
– И раз с этим покончено, то переходим к другому не менее важному вопросу. Что делать?

Гарри даже голову поднял. А о чем он тут горюет? Сайф понял быстрее всех.

– Точно. Все регалии собраны. Что дальше?

Драко хищно прищурился, минуту поколебался и резво кинулся рисовать на полу появившимся в руках куском мела.

– Пентаграмму сделаю элементарную. Тебе центральный луч, я воздух, напротив пламя… или вода?

– Огонь, - солидно отозвался Сайф, помахивая мечом.
– Рядом земля, напротив вода. Блейз, кончай плевать в чашу и вперед на позицию.

Забини запротестовал обозначению его ритуальных действий, как плевки в чашу. Он просто призывал стихию, наполняя свою регалию водой. Его загнали на свой луч и заняли позиции. Гарри торопливо извлек из подпространственного кармана диадему и натянул ее на голову. Некоторое время они стояли в торжественном ожидании, но постепенно начали недоуменно переглядываться. Не происходило ничего.

– И где моя суперсила?
– Недовольно спросил Драко и нетерпеливо подергал цепочку медальона. Гарри внимательно всмотрелся в пентаграмму и раздраженно поправил диадему, устанавливая камень точно посередине лба. Шрам противно зачесался.

– Вот… - он содрал венец и спрятал его.
– Ничего не будет, пока нас двое.

– Значит, надо вышвырнуть из тебя эту дрянь, - беспечно ответил Блейз и спрятал чашу.
– Я верю в тебя, о великий.

Вера верой, а Гарри начинал нервничать. Дамблдор прекратил свои посиделки, голос добрался до школьных воспоминаний, Уизли внезапно вспомнил, что это он лучший друг Гарри, а Симус совершенно охамел в своих домогательствах. А потом начался май.