Гарольд Дурсль
Шрифт:
– У нас проблемы, - коротко пояснил он свою горячность.
Мистер Малфой пришел почти немедленно. Слишком больным он не выглядел, но в руке предусмотрительно сжимал пузырек с зельем.
– Что случилось, Томас?
– Я был в Министерстве. Поговорил с парой-тройкой приятелей, и вот что выяснил. Сегодня ночью был убит Грюм.
Гарри понятия не имел, кто такой этот Грюм, но тут же уселся на диван с твердым решением не сдвинуться с места, пока не выяснит. Остальные немедленно последовали его примеру. Взрослые кто такой Грюм знали, потому что Люциус удивленно поднял брови и тут
– Тоже мне, моралист выискался, - буркнул Сириус и потер затылок.
– Кто же его?
– Неизвестно, но судя по остаточному магическому фону, он просто так им не дался. Битва была знатная. Но не в этом дело. У него в доме найден пузырек с обороткой. Мой приятель утверждает, что зелье такой чистоты могло выйти только из одних опытных ручек. Кто-нибудь нуждается в полном имени владельца этих шаловливых лапок?
Нуждался Гарри и очень сильно, но переспрашивать не стал. Еще заметят и выгонят. Рабастан позвал домовика и приказал подать виски.
– Помянем старого параноика. Вместе с ним погибла моя мечта. Всегда хотел грохнуть его самостоятельно.
– Не ты один, - проворчал Люциус.
– Но помянуть надо. Старый враг порой вернее новых друзей. Значит оборотка от носатого карьериста. Забавно. Добби, дай детворе сливочного пива. Пусть помянут тоже.
Гарри принял бутылку напитка и неловко сделал глоток из горлышка. Жутко хотелось узнать, кем был этот Грюм, которого уважали даже те, кто хотел его убить. Но он благоразумно предпочел отложить вопросы на потом. Тем более что Томас уже отставил стакан и приготовился сказать еще что-то.
– Побывав у одного приятеля, я заглянул и к другому. Оказывается, мои рекомендации все еще в силе, и перед вами новый преподаватель Защиты. В связи с приездом кучи иностранных гостей, в школе требуется набор министерских глаз и ушей. Одним из комплектов назначили меня. Наш многоуважаемый лорд Малфой неплохо потрудился на ниве подрыва доверия к Дамблдору. А смерть Грюма сократила список его креатур на эту должность до нуля. Так что я утвержден практически единогласно.
– Вы наш новый учитель?
– Сайф восхищенно вскрикнул и шлепнул Блейза: - Где твой знаменитый танец ликующего павиана?
– Точно, привыкайте называть меня профессором.
В комнату вошел Ремус. Он налил себе виски и махом опрокинул почти полстакана. На памяти Гарри такое было впервые.
– Я убил ее.
– Тонкс?
– Рабастан растерялся. Он вытянул руку и дотронулся до Ремуса.
– Сейчас?
– Нет в тот момент, когда укусил.
– Мистер Люпин, - Драко подергал обессилено сгорбившегося оборотня за рукав, - но ведь она была жива. Я еще вчера носил ей пирожное. Только она не хотела.
Гарри вскочил с места и кинулся в подвал. Там еще у входа его встретили привычные в последнее время дикие вопли. За последнюю пару недель девушка сильно изменилась. Ее волосы отросли и сбились в неряшливый колтун, а лицо покрылось потеками грязи. Ремус проводил с ней почти все время, уговаривая смириться и обещая поддержку. Так вот, судя по воплям, Тонкс была жива и полна
– Она метаморф! Это значит, что ее тело перестраивается по желанию. В этом случае, по нежеланию. Она прошла три трансформации и больше не хочет этой боли. Следующее полнолуние - и мы получим постоянного оборотня. Она больше никогда не вернется в себя.
Гарри вошел в комнату, подошел к дивану, поднял Драко, жестом согнал остальных и повел их наверх. На пороге он обернулся.
– Ремус, ты не виноват. Точно так же можно сказать, что виноват я. Приходила же она за мной?
Не сговариваясь, они залегли в комнате Гарри и Драко. Сайф плюхнулся на живот и принялся лениво листать «Хронику Турниров». Драко зачем-то разыскал ее в библиотеке и притащил в комнату, но так ни разу и не открыл.
– Что за странное пристрастие к цифре три? Три школы, три волшебника, три состязания, три сезона… Хоть в нумерологию заглядывай. И почему только три? Что, в Европе больше школ нету?
– Есть, - Гарри лениво вытянулся на спине и пошевелил пальцами ног. Все же надо было покупать туфли на размер больше. Нога скоро с лапой Пусика сравняется. Везет же Драко, как был пятый номер, так и остался.
– Просто остальные директора школ благоразумнее наших. Или у них недобор учеников. Лишних не нашлось.
Блейз заржал. Он растянулся на ковре и развлекался, выпуская из палочки мыльные пузыри.
– Кончай грязь развозить, - Драко бесцеремонно подвинул Сайфа и упал рядом, пристраивая голову на живот Гарри.
– Вот скажите, - лениво протянул он в потолок, - кто придумывает эти соревнования? То есть, на каком основании маг, сумевший укротить гиппогрифа, считается лучшим?
– Ага, - Сайф быстро пролистал книгу, - ты о Турнире тысяча восемьсот девяносто пятого? Там вторым испытанием было дебильное задание переплыть Ла-Манш. Да его разве что в коньках не переплывали. И это магглы. А мы волшебники.
Они лениво высмеивали испытания предыдущих турниров и методы претендентов.
– А знаете, - Блейз прекратил развозить грязь и приподнялся на локте, - в одном из испытаний будут драконы.
– Сдурел вконец, - кратко выразил общее мнение Драко.
– Ему теперь кругом будут драконы мерещиться. Не надо было с Уизелом столько болтать.
– Ха-ха-ха, - гордо заявил Блейз, - наоборот. Поговорив с Чарли, я узнал, что он укротитель драконов и… - он сделал паузу, ожидая нетерпеливых возгласов, но не выдержал ее до конца, - Чарли сказал, что мы встретимся в школе. Что делать драконологу в школе во время Турнира?
– Присматривать за своими огнедышащими тварями. Умница, можешь взять конфетку.
Ленивое ничегонеделанье вкупе с послеполуденной жарой предсказуемо привело к сну. Проспали они до ужина, вяло поели и расползлись по комнатам опять спать. Вот ночью Гарри и проснулся. Он миллион раз перевернул подушку, полежал во всех позах, но снова не уснул. Еще немного послушал сонное дыхание Драко и поплелся на кухню. Попить воды, пошарить по ящикам, почитать за чашкой какао. Но кухня была занята. Гарри слышал голоса. Он подобрался ближе и прислушался.