Гарем
Шрифт:
Список действующих лиц
(имена, выделенные курсивом, указывают на то, что данный персонаж является реальным лицом)
Пол Пиндар —представитель Левантийской торговой компании; секретарь посольства Великобритании.
Джон Керью, его слуга и главный повар посольства.
Сэр Генри Лелло— английский посол.
Леди Лелло — его супруга.
Томас Даллем— механик, органных дел мастер.
Томас Гловер —представитель
Джонаси Уильям Олдридж— торговцы, английские консулы на островах Хиос и Патрос.
Джон Сандерсон —представитель той же торговой компании.
Джон Хэнгер —его ученик.
Мистер Шарпи мистер Лэмбет —представители той же торговой компании в Алеппо.
Преподобный Мей —пастор посольства Великобритании в Стамбуле.
Кутберт Булл— повар в посольстве Великобритании.
Томас Лампри— капитан торгового судна.
Селия Лампри — его дочь.
Аннетта — ее подруга.
Валиде [1] Сафие,владетельная султанша — мать султана Мехмеда III.
1
Родительница, мать (тур.).Султанша-мать, традиционно игравшая важную роль в жизни султанского двора. (Здесь и далее прим. перев.)
Эсперанца Мальхи —кира, [2] доверенное лицо владетельной Сафие.
Гюльбахар, Айше, Фатима и Тюрхан — доверенные служанки валиде.
Гюляе, хасеки [3] султана — любимая наложница султана.
Хайде— наложница султана, мать принца Ахмета.
Ханзэ — молодая женщина в гареме.
Хассан-ага, известный по прозвищу Маленький Соловей, — глава стражи черных евнухов.
2
Доверенное лицо (греч.).
3
Женщина, занимавшая в султанском гареме более низкое положение, чем султанша, но более высокое, чем другие наложницы (тур.).
Гиацинт — евнух.
Сулейман-ага — старший евнух.
Карие [4] Лейла — прислужница в купальнях гарема.
Карие Тата и карие Туса — прислужницы в гареме.
Султан Мехмед III— правитель Оттоманской империи в 1595–1603 гг.
Валиде Нурбанэ— мать предыдущего султана, старая владетельная султанша.
Янфреда-ханум [5] — бывшая управительница гарема.
4
Молодая рабыня, невольница (тур.).
5
Ханум —
Джамаль аль-андалусиец — ученый, астроном.
Де Бреве— посол Франции при дворе султана.
Байло-венецианец— посол Венеции при дворе султана.
Пролог
Оксфорд, нынешнее время
Пергамент, когда Элизабет впервые взяла его в руки, имел янтарный оттенок настоявшегося чая и был хрупким, как высохший лист дерева.
Малого формата, он был сложен втрое и прекрасно уместился между страницами книги. Вдоль той, что оказалась наружной из этих сложенных сторон, бежало водяное пятно, повредившее текст. Элизабет бросила быстрый взгляд на строку в каталоге — «Opus astronomicus quaorum prima de sphaera planetarium» [6] — и снова обратилась к сложенному листу.
«Я отыскала его».
От волнения горло так сильно перехватило, что стало трудно дышать, и некоторое время она сидела, боясь даже шелохнуться. Библиотекарь не глядел в ее сторону, он занимался книжками, разложенными на тележке, стоя к ней спиной. Девушка перевела взгляд на циферблат часов, висевших на противоположной стене, — без пяти минут семь.
6
«Астрономическое сочинение об исследовании вращения планет».
До закрытия библиотеки оставалось совсем мало времени. Колокольчик уже прозвонил, и большинство читателей начали пробираться к выходу, но она по-прежнему оставалась на месте, не в силах заставить себя развернуть пергамент. Вместо этого взяла в руки книгу, в которой он находился, и, осторожно раскрыв ее таким образом, чтобы корешок покоился на сложенных вместе ладонях, поднесла к лицу.
«Осторожней, сейчас как можно осторожней», — приказала она себе.
Прикрыв глаза, чуть потянула носом, как пугливая кошка. И сразу уловила в запахе старой книжной пыли слабую струю камфары. Потом вдруг повеяло морем — да, определенно, эта книга хранила запах моря. Затем еще чем-то. Что же это было? Она снова принюхалась, на этот раз еще более осторожно.
Розы. Печальный аромат роз.
Когда Элизабет отложила книгу, руки ее дрожали.
Глава 1
Стамбул, в ночь на 1 сентября 1599 года
— Они мертвы?
— Девушка — да, мертва.
Хрупкая фигурка, две тонкие золотые цепочки едва заметны на узких лодыжках, ничком лежала среди подушек, разбросанных по полу.
— Он тоже?
Кира владетельной султанши, еврейка Эсперанца Мальхи, поднесла фонарь к другому телу, неловко распластавшемуся на диване, и осветила его. Из кармана своей туники она достала крохотное, в драгоценной оправе зеркальце и поднесла к ноздрям лежащего. Тонкая, почти неразличимая пленка затуманила его гладкую поверхность.
— Нет, госпожа. Еще нет.
В глубоком сумраке, у самой двери, ведшей в небольшую спальню, стояла Сафие, госпожа валиде, мать Тени Аллаха на Земле. Несмотря на то что ночь выдалась безветренной и тихой, она вздрогнула и поправила на плечах тонкую шаль. При этом движении на ее пальце коротко сверкнул огромный, размером с голубиное яйцо, изумруд, своим острым блеском напомнив кошачий взгляд.
— Ему долго не протянуть. Как ты считаешь?
— Да, госпожа, он умрет совсем скоро. Мне позвать врача?