Гарем
Шрифт:
– Несмотря на веснушки?
– О чем ты говоришь?
– Мне не нравится, что у меня веснушки.
– Они похожи на золотую пыльцу, и красота твоя лишь ярче сияет, когда луч солнца падает на твое лицо. Эстер потерла пальцем нос и улыбнулась.
– Никогда не слышала подобных комплиментов моим веснушкам. Теперь я буду осторожнее с ними, чтобы их не стереть.
– Откуда ты родом? – спросила Тинна.
– Из Англии. – Название своей страны Эстер произнесла так, будто это был земной рай. – Англия – это мой дом, я хотела сказать – была моим
– Султан договорился выдать меня замуж следующим летом. Моим мужем будет принц из Польши. Это далекая страна, где зимы очень холодные. Скажи мне, что чувствует женщина, выйдя замуж?
– Выброси из головы все глупости, которые тебе наговорили, – посоветовала Эстер с ощущением превосходства над невинной девочкой, несмотря на свой весьма ограниченный опыт. – Женщине приходится воспитывать мужчину, держать его на поводке постоянно – иначе все пойдет кувырком. Конечно, я еще не слишком большой специалист в семейной жизни, но все знания, что я приобрету, я буду передавать тебе, и ты будешь делиться со мной тем, что тебе известно. Договорились? А как называется этот фрукт? – спросила Эстер, поглядев вверх.
– Персик. Ты их пробовала?
– Нет.
– Персики сочные и сладкие.
– Думаю, что мне следует попробовать хотя бы один. А тебе сорвать?
Эстер встала. Тинна тоже поднялась со скамьи.
– В доме есть уже сорванные персики.
– А зачем нам идти в дом? – заявила Эстер с озорной усмешкой.
К удивлению юной принцессы, Эстер вспрыгнула на скамью и дотянулась до ближайшего персика.
– О, он совсем твердый. – Она была разочарована.
– Самые спелые растут повыше, – сказала Тинна. Эстер, хватаясь за ветви, начала карабкаться на дерево. Она сорвала два спелых плода и кинула их Тинне. Глянув вниз, она вдруг оробела. Земля показалась ей очень далекой, хотя раньше высота никогда не пугала ее. Чей-то сердитый голос привлек их внимание. Эстер гадала, – неужто лазанье по деревьям тоже является нарушением здешних строгих законов? Сколько же еще правил ей предстоит вызубрить?
– Если тебе дорога твоя никчемная жизнь, говори, где она!
Разгневанный голос принадлежал Халиду.
– Она хотела уединения, – оправдывался Омар.
– И ты отпустил ее?
– Она дала слово, что…
– Ты поплатишься головой, если ее нет в саду! – не дал договорить ему принц.
Тут Халид и Омар заметили Тинну и устремились к ней. Необычное поведение брата, разгневанного и отчасти сбитого с толку – и все из-за женщины, – рассмешило девушку.
– Ты не видела?.. – Фраза так и осталась неоконченной, потому что Эстер подала голос сверху:
– Я здесь.
Халид повертел головой, но безрезультатно.
– Я над тобой.
Халид запрокинул голову.
– Что ты там делаешь?
– Собираю персики.
– Спускайся немедленно!
– Нет!
– Сначала яичные белки, теперь персики! – зарычал Халид.
– Гнев делу не помощник, мой господин.
– Я сказал, слезай!
– Я
– Считаю до десяти!
– Бесполезно.
Халид в уме досчитал до десяти, и это помогло ему немного успокоиться. Потом спросил:
– Почему ты не можешь слезть?
– Меня держит.
– Ты зацепилась? Что тебя держит?
– Страх, – призналась Эстер.
– О иншаллах! – пробормотал Халид. Он отстегнул с пояса ножны с кинжалом, передал их Омару, потом стал взбираться на дерево. Ветки гнулись под его тяжестью, и он был вынужден прекратить подъем, так и не добравшись до Эстер. Жена одарила его ослепительной улыбкой, глядя на него сверху вниз.
– Привет, мой господин! Не хочешь ли персик?
– Нет! – отрезал он.
– Я просто спросила из вежливости.
– К дьяволу вежливость! Вытяни левую ногу и поставь ее на тот сук, что внизу.
– Я боюсь.
– Делай, как тебе говорят!
Медленно, руководствуясь указаниями Халида, Эстер начала неуверенный спуск. Он, раскрыв объятия, ждал внизу на случай, если она сорвется. В какой-то момент ее вновь охватила робость.
– Прыгай!
Эстер отчаянно затрясла головой.
– Ты же не можешь провести всю оставшуюся жизнь на дереве, – урезонивал ее Халид. – Я тебя поймаю. Доверься мне.
Эстер закрыла глаза и свалилась на руки мужа. Потеряв равновесие, Халид рухнул наземь вместе с Эстер.
– Ты не поранилась? – спросил он. Эстер мотнула головой.
– Спасибо, что спас мне жизнь.
Пренебрегая присутствием посторонних, Халид перекатил ее на спину и, почти касаясь губами ее щеки, произнес, жарко дыша ей в лицо:
– Мой Дикий Цветок все ищет приключений на свою голову?
– Постыдились бы, госпожа, – вмешался Омар. – Турецкие дамы не лазают по деревьям, подобно обезьянам.
– Заткнись, Омар, – беззлобно приказал принц и заметил лукавую улыбку на губах жены. Ее личико было так близко, так разгорячено, что его надо было остудить чем-то вроде поцелуя.
Поэтому его рот завладел ее ртом и ощутил там сладостную прохладу.
– Вот это зрелище, – прозвучал издевательский женский голос. – Зверь и его самка спариваются в грязи.
– Мама! – в панике воскликнула Тинна. Тела Халида и Эстер так сплелись, что не сразу смогли разъединиться. Они оба взглянули снизу вверх на подошедшую Михриму.
– Если твой сын зверь, то кто тогда ты сама? – осведомилась Эстер.
– Не забывай о приличиях! – одернул ее Халид. – Турецкие дамы уважают старших по возрасту, даже если они совсем выжили из ума.
Эстер хихикнула.
– Хорошо сказано, мой господин. Ты делаешь успехи.
– Не вижу повода для шуток в том, что оттоманский принц забавляется со своей принцессой на голой земле. Я торопилась домой, чтобы устроить семейный ужин для нас четверых, и что же – была вознаграждена за мое благое намерение постыдным зрелищем.