Гарем на шагоходе. Том 8
Шрифт:
— Ну что, цыпочки, прилетели? Сейчас мы вам крылышки-то пообломаем!
Лекса даже не стала отвечать. Она просто вскинула руку. Короткий, почти беззвучный хлопок, и мусорный бак в метре от главаря смялся, будто бумажный. Парни замерли. Второй хлопок — и бита вылетела из рук другого «Скорпиона», улетев куда-то в темноту.
Паника начала проступать на мордах парней.
Лекса сделала шаг вперёд, и её перчатки угрожающе загудели.
Она не стала устраивать бойню. Она просто шагнула к лидеру и выпустила короткий, точечный заряд ему в грудь. Не сильный,
— Мы их разделали в пыль! — торжествующе воскликнула Галка. — Помните, какие у них были рожи?!
— И всё благодаря Синице! — подытожила Сова, поднимая на Лексу глаза.
На волне этого триумфального воспоминания Ворона вдруг остановилась. Она медленно сложила нож и сунула его в карман.
— Это всё мелочи, — её голос прозвучал неожиданно трезво и холодно. — Детские шалости. Конфеты, вонючки, драки… Мы топчемся на месте.
Остальные замолчали, удивленно глядя на неё.
— А ты что предлагаешь? — спросила Лекса, скрестив руки на груди.
Ворона обвела всех тяжелым взглядом.
— Я предлагаю настоящее дело. Серьёзное.
Она кивнула в сторону видневшегося впереди здания.
Ночной клуб «Гранит» — одно из немногих заведений, которое процветало даже в это смутное время.
— Я живу в том доме напротив, — сказала Ворона. — Мои окна выходят прямо на их служебный вход. Каждую пятницу, ровно в три часа ночи, туда прилетает инкассаторская машина. Всегда одна и та же. Два охранника. Расслабленные пареньки, которые заходят внутрь, чтобы забрать выручку. Они никого не боятся. Они уверены, что в этом районе никто не посмеет на них рыпнуться.
В воздухе повисла напряжённая тишина. Даже рыжая Галка перестала улыбаться.
— Инкассаторы? — пролепетала она. — Ворона, ты сдурела? У них же пушки! Настоящие!
— И что? — пожала плечами Ворона. — У Синицы тоже «пушка», которая посильнее будет.
У Сороки загорелись глаза при мысли о мешках с деньгами. Чайка уже прикидывала, сколько всего можно купить на такую сумму. Даже Сова выглядела заинтригованной. Она увидела в этом настоящий вызов — взломать систему безопасности элитного клуба.
Лекса колебалась. Она посмотрела на свои перчатки. Одно дело — гонять шпану, воровать шоколадки и мстить завучам. Совсем другое — вооруженное нападение.
— Это уже не школьные приколы, — медленно произнесла она. — Это серьёзная статья. Если нас поймают…
— Если! — перебила её Ворона. — Но нас не поймают. Сова отключит камеры, Чайка и Сорока создадут отвлекающий манёвр, а ты, Синица, сделаешь всю грязную работу за десять секунд. Они даже не поймут, что произошло.
— Да ладно, Синица, не дрейфь! — поддержала её Галка, уже оправившись от первого
Лекса молчала.
Перед её глазами встал образ матери, возвращающейся домой после очередной двенадцатичасовой смены. Усталая, с потухшими глазами, но всё равно пытающаяся ей улыбнуться.
Она вспомнила, как мать штопала свою единственную приличную блузку.
Если у них будут деньги… настоящие деньги… её мама сможет наконец-то отдохнуть. Ей не придётся больше так надрываться. Эта мысль, тёплая и правильная, перевесила все сомнения.
Ради матери она была готова на всё.
Синица подняла голову и встретилась взглядом с Вороной.
В глазах той плясали хищные огоньки предвкушения.
— Хорошо, — голос Лексы прозвучал твёрдо и решительно. — Мы это сделаем.
Подготовка к ограблению ночного клуба «Гранит» превратилась для «Птичек удачи» в священный ритуал.
Сова неделями изучала схемы городской сети наблюдения, выискивая уязвимости.
Ворона составляла поминутный график жизни служебного входа клуба, она знала инкассаторов в лицо, знала, когда пересменка у охранников клуба и даже какую пиццу они заказывают по вторникам.
Чайка тренировалась бегать с утяжелением, имитируя сумки с деньгами, а Сорока ночами напролет практиковалась во взломе электронных замков через запрещённые компьютерные симуляторы. Даже Галка внесла свою лепту — она отвечала за «моральный дух», рассказывая анекдоты и принося всем газировку из автомата. В довесок изготовила всем маски с короткими птичьими клювами.
И вот час икс настал.
Три часа ночи. Улица опустела, лишь неоновая вывеска «Гранита» лениво моргала, отбрасывая на мокрый асфальт лиловые блики.
— Камеры отключены. У нас пятнадцать минут до перезагрузки системы, — прошипел голос Совы в маленьких наушниках, которые были у каждой из «Птичек».
Всё шло как по маслу.
Летающий инкассаторский фургон, похожий на бронированного жука, мягко приземлился у служебного входа. Двое сотрудников в тактических доспехах, зевая и потягиваясь вышли из машины и нырнули внутрь клуба. Очень скоро они покинули здание, таща два тяжёлых кейса.
Это послужило сигналом для Лексы.
Она вышла из тени переулка, её силовые перчатки тихо загудели. Два коротких, почти неслышных хлопка — точно по затылкам. Шлемы не помогли. Инкассаторы, не успев даже вскрикнуть, мешками рухнули на асфальт.
В ту же секунду из другой тени вынырнула Чайка.
Охранник у двери, мужик средних лет, получил точный удар рукояткой тяжелого фонаря по затылку и тихо сполз на пол. Одновременно с этим Ворона, словно пантера, метнулась к открытой двери фургона.
Водитель, молодой парень, увлеченно смотревший какое-то шоу на планшете, поднял голову слишком поздно. Ворона не стала тратить время на разговоры. Она шарахнула водителя шокером. Раздался мощный «вззззз», и парень обмяк. Но он всё же успел нажать маленькую красную кнопку на ладони — вернее, его рука сама сжалась от судороги.