Ганимед-6
Шрифт:
– Это же полмиллиона! – Сесть было некуда, и он просто привалился к стеклянной стенке.
– Да, малыш! – Баранофф скорбно вздохнул. Потом вдруг зло прищурился: – А ты думал, здесь касса взаимопомощи? Крысеныш!
– У меня сейчас только двести тысяч. Остальное я переведу через неделю. Максимум через две.
– Ишь ты! Значит, деньги не проблема? – Баранофф повеселел. Похоже, он даже немного пожалел, что не назвал большую сумму. – Ладно. Пока я придержу своих парней. Но если через две недели не поступят остальные деньги… Я твои двести штук назначу как награду. За твою голову, Майки! Понял?
– Да, мистер Баранофф.
– Жду перевода… Отбой.
Скотч отключился. «Ну… И где мне взять еще двести девяносто штук?» Если считать по справедливости, то два с половиной миллиона Маковецкого надо было делить на четыре. Они вчетвером – беглецы с
Скотч заехал в банк и сделал перевод. Номер счета Бараноффа он помнил наизусть. В десять утра он выехал из Каира и помчался на полной скорости к Хургаде, Эль-Гхардагах, как звучит это на арабском.
Доктор Халиков проснулся в восемь. Он с наслаждением потянулся. Мышцы побаливали после вчерашней тяжелой работы. «Гинз нас, наверное, тонну песка заставил перетаскать, – улыбнулся он. – Вряд ли эти дурацкие баррикады понадобятся. Скотч вернется, закинем запасные баллоны и полетим. Куда, правда, пока неизвестно. Гинз с Фрэнком ходят молча, только улыбаются на вопросы». Раф был счастлив. Он совершенно не жалел, что Дэн вырвал его из серого, промозглого Арзамаса-15. Тут было солнце, море, горячий песок и неплохие дальнейшие перспективы. И на столе его маленькой, но уютной комнаты лежал слиток мобиллиума. Деньги, конечно, не главное. Их Раф никогда особо не замечал. Есть и есть. Нету? Ну, что ж… Придется чуть затянуть пояс до следующей зарплаты. Ему просто было чертовски интересно. Они с Дэном друзья со школы. Только Дэн всегда был редкостным раздолбаем, а Раф еще лет в пятнадцать выбрал стезю ученого. Засел за книжки, зарылся в Сеть с головой. Впрочем, их дружбе это нисколько не мешало. С завидным постоянством неугомонный Дэн втягивал Рафаэля в разные переделки. И морды им били не раз. И в кабинете директора распекали постоянно. Потом Раф поступил в универ, а Дэн куда-то пропал. И вот теперь объявился, во всем своем великолепии. Оказывается, он уже научился водить космические корабли, виртуозно ломать Сеть, побывал на Ганимеде, успел насолить кому-то и на Земле, и там. Словом, Дэн оставался все таким же. Он тоже, как и Раф, не успел жениться. Да и не представлял себе Раф девушку, которая больше чем на одну ночь сможет удержать этот вихрь. А сам Раф об этом даже не думал. Пока он был целиком погружен в науку. Раф встал и направился в душ. Опреснительная установка на острове работала прекрасно. Вода была удивительно мягкой и приятной. Она обтекала кожу, смывала ночную дрему и наполняла организм свежей энергией. Раф обожал душ. У них в Арзамасе это было своего рода роскошью. Постоянные перебои с водой. То нет горячей, то нет холодной. Шансы, открыв кран, услышать лишь странный свист и громыхание водопроводных труб, были велики. А здесь, пожалуйста, в любое время суток. «И это Африка! – подумал Раф. – Зато у нас есть Циолковский! И две базы на Ганимеде!» Он притопнул ногой и запел.
Завтрак проходил в непринужденной, дружеской обстановке. За столом превалировало «чемоданное» настроение. Не сказать, чтоб остров сильно им надоел. Но ведь человек всегда надеется, что дальше будет еще лучше. Эллен льнула к мужу слева, маленький Джонни без конца дергал отца за рукав справа. Внизу о ноги Фрэнка терся Джонс. Фрэнк, купающийся в необычайной популярности, лишь хмурил брови, стараясь сдержать довольную улыбку. Дэн ткнул Рафа в бок:
– Посмотри на Эллен. Похоже, старина Фрэнк опять ночью показал себя молодцом.
– А вилкой в глаз? – спросил, улыбаясь, Раф.
– Да шучу я… Шучу.
– Тебя это точно не касается, Дэн. Это их личное дело.
– Ага. Это их личный медовый месяц.
– Слушай. Все хотел спросить, как там у тебя на этом фронте?
Дэн нахмурился:
– Ты смеешься? Месяц я торчал на корабле. Потом воевал в горах. А здесь, кроме шестидесятилетней Марии да Эллен, больше никого.
– Да нет, я имел в виду вообще. Есть девушка? Дэн хохотнул:
– На Ганимеде были. Аж три!
– Так я и думал.
Гинз встал и постучал ножом о бокал.
– Дамы и господа. К сожалению, это наш последний завтрак на этом острове. Попрошу всех собрать свои вещи.
Скотч в это время гнал электромобиль по трассе.
Доктор Халиков, насвистывая, собирал вещи. Бритву, гель для бритья, ультразвуковую зубную щетку. Он уже почти наполнил свою старую сумку, когда открылась дверь. На пороге стоял очень серьезный Гинз. В руках у него был карабин.
– У нас гости…
– Какие гости? – не понял Раф.
– Это карабин Скотча. Берите слиток и занимайте позицию. Как вчера договорились. У вас три минуты. – Гинз прислонил карабин к стене и ушел. «Гости… – подумал Раф. – Нашли-таки!»
Майкл, обосновавшись на острове, не стал экономить на системе охраны. Он даже приобрел небольшую радарную систему. Эта-то система и обнаружила приближающиеся к острову четыре флаера. Они шли с севера. Два крайних чуть выдвинулись из строя, охватывая остров с флангов. Как и предполагал Гинз, флаеры окружали беглецов. На малой высоте подходили к оазису, перекрывая все возможные пути отступления. Обороняющиеся заняли позиции у баррикад. Баррикады были выстроены по периметру поместья в кустарниках и среди деревьев. Благодаря опреснительной установке, вся территория поместья была густо засажена растительностью. Не джунгли, конечно, но все же. Этот зеленый рай окружал голый песок К востоку от поместья, метрах в двухстах, синело море. Серебрилась постройка опреснительной установки, рядом темнел почерневшими досками старый причал. На севере, на небольшой возвышенности, крутили лопастями несколько ветряков. Эта возвышенность беспокоила Гинза. Но от идеи выкопать там траншею отказались.
– Будем надеяться, артиллерию сюда никто не притащит, – сказал Гинз, и с ним согласились. К западу было почти семьсот метров песка. Это направление прекрасно простреливалось. Как, впрочем, и южное. Примерно в километре с лишним к югу находилось еще одно поместье. Оно тоже сдавалось в аренду. И, по словам Майкла, сейчас там обитала большая компания французов.
Гинз с Майклом заняли северную баррикаду. Самое опасное направление. Дэн держал восток. Эта позиция была ближе всего к спрятанному в кустах флаеру. Заданием Дэна было, по команде Гинза, завести флаер и быть готовым к экстренной эвакуации всех с острова. Эллен с Джонни и кот уже заняли задние сиденья в замаскированном флаере. А Мария и Ахмед спрятались в подвале главного здания. Юг и запад держали Халиков и Фрэнк, соответственно. Накануне вечером, когда закончили баррикады, прикинули секторы стрельбы и разобрались с позициями, Майкл провел краткий инструктаж. Он в команде был единственным профессиональным военным. Дэн вначале возникал и умничал, но Майкл задал ему всего один вопрос:
– Сколько вас готовили, мистер Капрушевич?
– Три недели, – сник Дэн.
– А меня девять месяцев. И потом год боевых действий. Итак, слушайте, господа. При подлете флаера, в нашем случае, нужно дождаться момента зависания перед высадкой. Выстрелите раньше, он наберет скорость и уйдет. А вы себя просто демаскируете, и вас добьют сверху. Опоздаете – позволите высадиться десанту. Тоже плохо. – Майкл пыхнул сигарой и стряхнул пепел. – Как только он погасит скорость и зависнет на секунду, стреляйте по лобовому. Пилота, может, и не убьете, но он запаникует. Есть шанс, что завалит машину на бок. И уж точно не разглядит, откуда в него палят. Второй вариант: дождаться, когда начнет открываться боковая дверь. Десанту до инстинкта вбивают – по команде «Пошел!» вываливаться наружу. Не важно, стреляют там или нет. Это ваша возможность завалить побольше, пока они не залегли. Будем надеяться, что компания не пришлет за нами боевые флаеры с ракетами на консолях. – Гинз хмыкнул. – И еще… Стреляйте одиночными или тройками. Патронов у нас в обрез. Так что надо экономить.
Флаеры синхронно подходили с четырех сторон.
– Не иначе, у этих наемников десантник командует. Видел я уже такое, – пробормотал Майкл. В руках у него была «Хеклер-и-кох-2127». Непонятно, то ли он втихаря провез штурмовую винтовку на территорию суверенного Египта, то ли купил здесь, по случаю. У Гинза был карабин «М-512К». Солдаты в шутку называли его «пасынком». А сам комплекс «ЭМР M-5I2» – «мамой». Сравнение было действительно правильным. Отстегнутый от внушительного, полутораметрового ствола «М-512», карабин производил несерьезное впечатление. И размерами, и весом, и возможностями.