Гамбит некроманта
Шрифт:
— Кстати… фотографии библиотекаря там, случаем, нет? — кивая на альбом, поинтересовался Женька.
— Представь себе, имеется, — равнодушно произнес Дерк, а Женька аж подскочил от нетерпения.
— И ты молчал?!
Дерк тяжело вздохнул и, поставив альбом на колено, продемонстрировал Женьке черно-белое фото крупного карапуза. Полностью нагого. С родинкой у паха, которая, конечно, могла бы послужить приметой, но Женька искренне надеялся, что искать мерзавца по ней не придется. Абсолютно лысого.
— Видна принадлежность к мужскому полу, — прокомментировал
— Девяносто девять, поправил Женька. — Нос у него не изменился: такой же рубильник. И глаза посажены близко.
— Единственная фотография, которая нашлась, — произнес некромант с сожалением в голосе. — А я не физиономист и не умею, раз взглянув на ребенка, представить его внешность, когда он вырастит.
— Фото не поможет.
— А вот это ты зря, — Дерк снова положил альбом перед собой и принялся листать в обратном направлении. — Мы выяснили многое: например, узнали о связи библиотекаря и Аннушки, известной как Англел смерти. Теперь нам не нужно ломать головы над тем, откуда у нашего маньяка взялись столь обширные знания в области некромантии. Еще… не знаю, как у него, а у Аннушки было несколько любимых мест в Москве, которые она, судя по фотографиям, посещала постоянно. Не уверен, передалась ли привычка гулять там по наследству, но Гильдия не разорится на установке следящих артефактов.
— А камерами не проще воспользоваться? — брякнул Женька, не столько подумав, сколько на автомате. — Раз места памятные, то всем известные, а в таких следящей аппаратуры и без вас натыкано…
Дерк удивленно хмыкнул и схватился за телефон.
— А ведь прав! А я — пень древний, плохо с прогрессом уживающийся. К тому же наш библиотекарь теперь маг неслабый, может и почувствовать такую слежку. Ай да Жека!..
— Пойду, осмотрюсь, — от такой похвалы стало несколько неловко, и Женька поспешил ретироваться.
— На кухне есть неплохой чай и кофе. Не отравлено, я проверил.
Женька фыркнул и вышел в коридор. Уж что-что, а пить и есть он не собирался, особенно здесь.
Аннушка жила в малогабаритной двушке с неплохим ремонтом везде, кроме самой маленькой комнаты. Выкрашенные в светло-голубой стены, резные плинтуса, покрытый светлым лаком паркет, потолки, украшенные псевдо-лепниной пытались воссоздать образ помещичьей усадьбы. Аляповатость и дешевизна мелочей — все портила.
— И почему соседка сказала, будто Аннушка жила скромно? — задумчиво проговорил Женька.
— На нее оказали воздействие, — громко ответил Дерк из комнаты. То ли слышимость здесь оказалась отличная, то ли некромант отрядил приглядывать за ним невидимого и неосязаемого духа.
«И хорошо, — подумал Женька. — Так спокойнее».
— Однако на удивление везучая особа, — заметил он, разглядывая электрический камин в коридоре, расположенный напротив двери. — Каждый раз избегать правосудия и устраиваться неплохо за чужой счет.
— Мечта первой жертвы нашего библиотекаря один в один. Он, вероятно, потому и выбрал ту студентку. Между прочим, блондинка, как Аннушка, пусть и красилась.
Женька цокнул зубом. Он уже многое выяснил о той поднятой. Не увидеть сходства с Аннушкой смог бы только очень невнимательный человек. Получается, библиотекарь ненавидел приемную мать? Или, наоборот, решил отдать ей должное, удостоив чести быть его первой марионеткой женщину, на нее похожую? Следовало признать: в психологии маньяков Женька ничегошеньки не понимал.
Зато он не сомневался в том, что маленькая комната принадлежала Дмитрию. Дверь в нее оказалась открыта, но Женька смотрел из коридора, почему-то не решаясь переступить порог.
Дешевые выцветшие обои в серенькую полоску с кое-где чудом проглядывающим на свету золотым напылением соседствовали с грязным мутным окном. Из рассохшихся стеклопакетов, наверняка, нестерпимо дуло. Возле него — старое офисное кресло, выглядящее так, словно подобранное на помойке. Темно-серый с малиновыми цветами ковер над кроватью, в тон ему палас в мелкую клетку. При одном взгляде на него начинало рябить в глазах.
— Ненависти он набирался в этой комнате, что ли?
— Не исключено.
Женька сместился в сторону, разглядывая другую стену. Совершенно иную благодаря фотообоям с изображением пустыни или, вернее, плато. С правой стороны на уровне горизонта наклеен выдранный из блокнота листок. Стеклянная пирамида на нем была вырисована со всем тщанием хорошо поставленной рукой. Прямо посреди этой стены висел портрет невероятно красивой светловолосой женщины в скромном черном платье. В руках она держала ветку начавших отцветать желтых роз, тонкая шаль ниспадала с плеч, а льняного цвета волосы, собранные в строгую прическу, только подчеркивали ее безупречность. Подобной картине место в Третьяковке, но именно в убогой обстановке этой комнаты портрет производил впечатление, которого, должно быть, и добивался художник: неоспоримого зловещего совершенства.
Массивный письменный стол, обклеенный пленкой, имитирующей рисунок дерева, стоял под ним. Компьютер…
— А вот это интересно…
— Не смей! — каким таким образом Дерк возник у него за спиной и ухватил за плечо, Женька не понял. — Я туда не заходил и тебе не дам. Могут быть сюрпризы.
Женька решил не спорить, кивнул, и некромант тотчас отпустил его и отошел на шаг, словно опасался вызвать неудовольствие. Учитывая потустороннюю силу, которой веяло от всех некромантов, наверное, не зря. Вот только Женька давно «принюхался».
— Почему бы и нет, — проговорил он задумчиво. — Ты случаем не в курсе, он ни в какой горячей точке не служил?
— Было, а что?
— Вдруг тут растяжки?
Дерк усмехнулся, пожав плечами.
— Он собрал достаточно силы, чтобы не прибегать к ухищрениям людей. С другой стороны, кто ж его знает…
«Ну да, кто же станет пользоваться камерами, если имеются артефакты», — подумал Женька. Вот только библиотекарь был старше его лишь на чуть по меркам сверхов и вряд ли в один миг отринул в пользу магии все и вся.