Гамбит курьера
Шрифт:
"Уже, Лазарь. Уже," — процедил я.
Это была она. Дверь. Или Зеркало, как называл ее "Ключ".
Они не могут атаковать меня здесь, — появилось сообщение на инфопаде, лежащем рядом с консолью. — Поле Искажения нестабильно. Любой мощный выброс энергии, например, орудийный залп, может вызвать цепную реакцию с непредсказуемыми последствиями. Поэтому они ждут. Они рассчитывают, что я сам не выдержу и поверну назад, в их объятия.
Значит, это не бой. Это испытание нервов. Моих нервов.
Мы медленно, со скоростью пешехода, продолжали двигаться вперед. "Химера" росла
И тут я увидел, как изменилось пространство за ними.
Сперва это было похоже на оптический обман. Пустота пошла рябью, как поверхность пруда, в который бросили камень. Она начала переливаться, искажая свет звезд, которых не было. Это было похоже на марево над раскаленным асфальтом, только это марево пожирало саму реальность. Поле Искажения.
Как только нос нашего корабля коснулся его невидимой границы, по корпусу прошла легкая вибрация. В ушах зазвенело. А "Химера"... она начала мерцать.
На долю секунды я увидел два корабля-призрака, наложенных друг на друга. Затем три. Затем десяток. Корабль "уборщиков" пульсировал, показывая свои альтернативные версии из прошлого и будущего. Вот он целый, а вот — распадающийся на куски. Я видел его таким, каким он был за секунду до этого, и таким, каким он мог бы стать.
"Лазарь, что это за визуальный эффект?" — спросил я, пытаясь удержать штурвал ровно.
"Это не эффект, капитан. Мои датчики подтверждают: мы наблюдаем одновременное наложение нескольких временных состояний объекта. Поле ломает линейное восприятие времени".
В этот момент атака переключилась с моих глаз на мой разум. Я инстинктивно зажмурился, пытаясь отгородиться от визуального хаоса, но это было бесполезно. Образы хлынули прямо в сознание, минуя зрение. Я почувствовал свой корабль, целый и невредимый. А затем — с огромной дырой в боку. Я ощутил себя в кресле — молодым, полным надежд, затем старым, седым, и наконец — холодным, бездыханным. Я увидел ту самую лодку на озере с фотографии... она была пустой и медленно наполнялась водой.
Страх подкатил к горлу. Не животный страх смерти, а глубинный, экзистенциальный ужас от того, что твоя реальность, твоя единственная жизнь — лишь одна из бесконечного числа возможностей. Пальцы ослабли и соскользнули со штурвала. Корабль качнуло, и предупреждающий сигнал тут же взвыл, напоминая об отклонении от курса.
Это иллюзия! Прошлое! Их страх! — слована экране инфопада пульсировали, становясь единственным якорем в этом океане безумия. — Они — стражи прошлого. Они видят только то, что было. Ты должен смотреть туда, чего еще нет. Не смотри на них. Смотри сквозь них. На Дверь. Веди нас домой, Алекс.
Домой.
Я заставил себя открыть глаза. Я проигнорировал калейдоскоп ужаса в своей голове, перестал обращать внимание на мерцающую "Химеру". Я вперил взгляд в точку за ней. В центр искажения. Туда, где пустота была самой черной,
Я снова вцепился в штурвал, выравнивая крен. Предупреждающий сигнал затих.
И тогда "уборщики" поняли, что их психологическая атака провалилась. Мерцание прекратилось. "Химера" снова собралась в единый, материальный объект. И она начала двигаться. Медленно, нехотя, она двинулась нам наперерез. Не стреляя. Просто вставая на пути. Живой щит, последняя преграда.
Их замысел был прост. Если я не остановлюсь, мы столкнемся. И две искры — моя и их — высекут тот самый пожар, которого они так боялись. Безупречный план самоубийцы, забирающего с собой причину своих страданий.
Глава 11. Таран поневоле
"Ну что, Лазарь," — выдохнул я, глядя, как "Химера" медленно, но неумолимо заслоняет собой путь к Полю Искажения. — "Похоже, бить посуду все-таки придется. Просчитай варианты".
"Их два, капитан," — бесстрастно отозвался ИскИн. — "Вариант первый: экстренное торможение и попытка уйти от столкновения. Вероятность успеха — сорок два процента. Вероятность того, что нас подловят в момент маневра и возьмут на абордаж — девяносто девять процентов".
"Не подходит," — отрезал я. — "Вариант второй?"
"Прямое столкновение. С учетом их массы и нашей скорости, аннигиляция обоих кораблей с вероятностью в сто процентов. Энергетический выброс, усиленный Полем Искажения, приведет к непредсказуемым локальным изменениям в пространстве-времени. Проще говоря — большой бум с элементами черной магии".
"Тоже не подходит," — я потер переносицу. — "Значит, будем создавать третий вариант".
Я снова посмотрел на изображение "Химеры". Корабль-кладбище. Памятник страху. Он был собран из кусков. И это было не только его проклятием, но и его слабостью. Он не был монолитен.
"Лазарь, выведи на экран структурный анализ их корпуса, который ты делал раньше. Самые слабые точки. Места сочленений разнородных материалов".
На экране возникла трехмерная модель "Химеры", испещренная красными и желтыми зонами. Большая часть корабля была прочной, как скала. Но были и уязвимости. Одно место привлекло мое внимание — там, где к старому военному фрегату пристыковали нечто, похожее на биомеханический нарост. Соединение было грубым. Неаккуратным.
"Вот оно," — я ткнул пальцем в экран. — "Они ждут, что мы ударим в лоб или попытаемся удрать. Но мы не будем делать ни того, ни другого".
Я переключил управление на маневровые двигатели. Пот стекал по виску.
"Мы пройдем по касательной".
"Капитан, для такого маневра нужна точность, недоступная при текущих искажениях пространства," — возразил Лазарь.
Он прав, — вспыхнуло на инфопаде от "Ключа". — Поле не позволит рассчитать траекторию.
"И не надо рассчитывать!" — огрызнулся я. — "Поле ломает предсказания. Оно ломает сложные системы. Но оно не может отменить простое действие. Прямой вектор! Лазарь, всю энергию на носовые щиты! Абсолютно всю! Плевать на борта и корму, они не будут стрелять. Нам нужно продержаться одну секунду".