Галоши счастья
Шрифт:
Мария. Не надо! Не надо! Я не хочу!
Астролог. Вот! И никто не хочет! Все полны суеверий и страха!.. Вы тоже не хотите, принц?
Ганс. Демагогия. Не верю я в эти штуки.
Астролог. Да? Ну-ну. Неверие – это тоже суеверие, мой друг… Ваш гороскоп будет готов в три минуты. (Удаляется.)
Нэф. Ну что ты его слушаешь, Ганс!
Губерт. Давайте лучше выпьем! Пока голова свежая!
Нэф. Завтра приезжают франки, самые сильные лучники. Надо бы потренироваться, Ганс!
Губерт. Не трогай
Приемщица. Может, я спою?
Все хлопают. Ганс морщится.
Ну, как хотите.
Губерт. Пой, пой! Ганс!..
Ганс. Да пусть поет.
Приемщица (поет).
Счастливые часов не наблюдают.Счастливому не снятся корабли.Счастливые на картах не гадаютО будущем, о славе и любви.Несчастному на месте не сидится.Счастливому не нужно никуда.Счастливый даже счастья не боится,Счастливому и горе – не беда.Но коротко – увы! – земное счастье,Нас не хватает даже на любовь.И чем сильней вскипают наши страсти,Быстрее выкипает наша кровь.Но счастье есть и будет, если было.Я здесь, с тобой, – ты счастлив, ты живешь.О, как заплачешь ты перед могилойИ все, что было, счастьем назовешь!Все хлопают. Ганс зевает.
Мария (в слезах, целуя Приемщицу). Это прекрасно!
Губерт. Спасибо, Капуста. Что значит вовремя промочить горло, а?
Нэф (обняв Приемщицу). У тебя фигурка, между прочим, как у статуэтки!..
Приемщица (вдруг). Чё?.. Руки, руки, парень! (Гансу.) Вам не понравилось, принц?.. Четыре человека из-за меня отравились, двое утонули в вине, шестеро погибли на дуэли. Как хотите. Мое чувство чисто, как майское утро. Как хотите. (Снимает с пальца кольцо и капает из него в кубок яд.) Прощайте. (Пьет.)
Уходит. Нэф за ней.
Мария. Принц, позвольте, на секунду! (Отводит его, дает ему розу.) Как эта роза аромат свой дарит, так я тебе хотела счастье дать.
Ганс (вздыхает). Я понял. Благодарю.
Мария. Но если так, прощайте, принц, прощайте! (Убегает.)
Губерт. Какие страсти! А? Какие страсти!
Ганс осушает кубок, швыряет его.
Мне больно смотреть на вас, принц.
Ганс усмехается.
У вас есть все, чего вы ни пожелаете. А вам скучно. Вы несчастливы.
Ганс. Что такое счастье, дурак?
Губерт.
Ганс. Что «о»? Покажите мне его! Нарисуйте! У древних даже такой богини не было – Счастья!
Губерт. Правильно! Потому что для одного счастье – украсть золотой, а для другого – поймать само солнце! Голодному счастье – кусок хлеба, а пресыщенный облегчает себя голоданием. Моряк счастлив, уходя в океан, и счастлив, ступая на берег. Счастье – брать и счастье – давать, находить – счастье и терять – счастье…
Ганс. Не учи ты меня! Ты сказал: чего вы ни пожелаете.
Губерт. Да.
Ганс. А у меня нет больше желаний.
Губерт. Как?
Ганс. Не знаю. Не хочу.
Губерт. Как же так, принц?
Ганс. Вот так.
Пауза.
Губерт. Ай-яй-яй-яй! О, радость желания и печаль его исполнения!.. Мой дед был угольщиком, принц, он дожил до девяноста шести лет и всю жизнь был угольщиком. Ходил в лес, выбирал дерево и сжигал его в яме. И так всю жизнь.
Ганс. И что?
Губерт. И ему не надоедало. Нам слишком быстро все надоедает. Мы хотим все переменить, мы не любим настоящего и живем ожиданием будущего. А день проходящий ничем не хуже наступающего.
Ганс. Только маленькие дети живут настоящим… (Задумчиво.) Когда-то я видел место, где живет сразу много маленьких детей. Это называлось: детский сад.
Губерт. Дети не самые плохие люди на свете. Они каждый день проживают целиком. Каждый их день – как жизнь, а сон – как смерть… К старости мой дед стал самым лучшим угольщиком.
Ганс. Она сидела среди них на полу, играя с ними, я смеялся: «А что, если бы это все были наши?» – «Ну и что? – говорила она. – Видишь, я справляюсь!..» (Губерту.) Ну что такое, а? Губерт? Я делаю все, что хочу. Я за всю жизнь не съел двух одинаковых блюд! Вся Европа знает!
Губерт. И страшно счастлив, как я погляжу!
Ганс. Пошел прочь!
Губерт. Ап! (Делает кульбит, вспышка, исчезает.)
Ганс. Ну что такое, что такое? Когда-то мне было так хорошо… (Подходит к слуге, берет кубок, с подноса.) Ночь – я не сплю, днем – грежу, сон не сон… (Встречается взглядом со слугой. И узнает в нем Полицейского.) Ты, монах?
Полицейский. Простите, ваша светлость. (Усмехается.) Игра в невидимку.
Ганс выплескивает ему вино в лицо.
(Сокрушен.) О! Вы не поняли! Это я сам! Мне интересно! Меня никто не посылал, поверьте… Я любознательный…
Ганс. Вон, мерзавец!
Полицейский. Не верит… Я не перенесу! (Закалывается.)
Вспышка. Ганс оборачивается. Позади сидит, скрестив ноги, полуголый, в чалме, смуглый Губерт.
Губерт. Тихо! Не мешай! Я созерцаю свой пуп.
Ганс. Не валяй дурака.
Губерт. Мы тут головы ломаем, а люди пять тыщ лет назад все поняли: сиди и совершенствуйся. Тихо!