Галочка
Шрифт:
Тут перед салоном, прямо за прозрачной стеклянной витриной, остановились шесть байков. У меня как раз было шесть клиенток: три в работе, две ожидало и одна собралась уходить. И тут эти брутальные самцы… Даже Валентина Ивановна на таких засмотрелась, а ей скоро на пенсию.
Шестеро драконов… Среди них Саша…
Я отвернулась, продолжая работать. В салоне повисла напряжённая тишина, слышно было взволнованное дыхание женщин и клацанье моих ножниц.
Вошёл Гор.
– Галя, здравствуй.
– Надо же! Ты
В тишине салона было слышно каждое моё слово.
– Прости за вчерашнее. Пожалуйста, - ушам своим не поверила, повернулась к нему с ножницами.
– Ты не знаешь… - начал он, но я перебила.
– Не знаю, где она! Матерью клянусь. Не знаю!!!
– ору и иду на него с ножницами, нервы.
Он развернулся и, не спеша, вышел. Что-то сказал парням, и Драконы, сев на мотоциклы, разъехались в разные стороны.
Женщины в салоне задышали полной грудью.
– Откуда ты знаешь господина Белова? – спросила с придыханием одна из клиенток.
– У нас с ним нет ничего общего, - категорически сказала я.
Тут, вдруг, вернулся Гор и произнёс, скотина:
– Забыл сказать. Я пока поживу у тебя. Закажи домой ужин в ресторане к девяти.
– Я работаю сегодня до десяти, - огрызнулась я.
– Ладно, я сам. Не спеши. Ключи у меня есть, - и ушёл гад.
Клиентки выжидательно молчали. Я тоже. Обойдутся.
Валентине Ивановне шепнула:
– Потом.
Я работала и вспоминала Сашу. Он не вошёл в мой салон... Смотрел на меня из-за стекла. Я прислушивалась к себе. В голове полный сумбур. Не понимаю, что чувствую, но одно уже ясно – далеко не равнодушие.
Мне хотелось выть от досады. Так долго и так старательно строить новую жизнь, а тут как в сказке «мышка бежала, хвостиком задела, яичко упало и разбилось».
Моё спокойствие разбилось, а он лишь хвостиком махнул - посмотрел на меня через витрину. Ненавижу!
Гор ночевал у меня в квартире целую неделю. Носился днями где-то, искал Машу, друзья ему помогали. Перетрясли они и Захара, и Дана, и Ваню. Дракон каждый вечер по пол ночи устраивал мне настоящий допрос о нашей с Машей жизни с настольной лампой в глаза. А что я могла сказать? Я последние месяцы только и делала, что салоном своим занималась. Страшно мне эти дни было конкретно. Машкин парень меня только, что не пытал по-настоящему. На моём телефоне все звонки проверил. Получил с моей же помощью запись всех последних разговоров и прослушал при мне, требуя комментарии. Я ни в чём не спорила, послушно отвечала на вопросы, его пальцы на горле хорошо запомнила. Бешенный! Я на месте Машки давно бы уже сбежала. Она ещё долго терпела. Если он её сейчас найдёт, до полусмерти изобьёт, наверное. Машка, прячься, дорогая, получше!
Наконец, Гор пропал с моего поля зрения. Прошло какое-то время. Я начала успокаиваться и, вдруг, как-то вечером
Я только пришла с салона, усталая, ноги гудят.
В моей новой жизни у меня постоянно вечером болели ноги.
Открыла, не спрашивая, на автомате, от усталости.
– Даже не спрашиваешь, кто там? – за дверью стоял Саша, собственной персоной, с букетом роз.
Молчу. Дар речи потеряла. Столько раз мечтала о чём-то подобном, после того выпускного, а сейчас отчаянно хотелось, чтобы померещился мне этот момент. Хочу, чтобы не было его сейчас тут! Только душа моя успокоилась. Только наладилось всё в жизни!
И я начинаю осторожненько, не глядя на Сашу, закрывать входную дверь.
Он ногу поставил в проём. Потом дверь распахнул, сам вошёл, без приглашения. Прошёл мимо меня в квартиру, сунув мне в руки цветы по дороге. Огляделся по-хозяйски.
Что ж... Деваться некуда. Цветы в прихожей, на полке небрежно оставила. Следом за гостем прошла в комнату. Порадовалась невольно, что у меня чисто. Помощница регулярно убирается.
– Гор помешался на твоей подруге. Ищет её… А у тебя, смотрю ничего не изменилось, - начал он разговор.
Молчу.
– Ты салон открыла? Я видел. Скромненький. Дела плохо идут?
Молчу.
– Может, кофе гостю сделаешь?
Только качнула головой отрицательно.
– Воды хотя бы принеси, хозяйка. В горле пересохло.
Нехотя пошла на кухню. Набрала воды в стакан прямо из крана. Вернулась в комнату. Он шкаф открыл: то ли смотрит, то ли в вещах роется. Молча стакан протягиваю.
– Ты, смотрю, ту белую шубку не выбросила. Носишь?
Молчу.
– Ну что ты в молчанку играешь? Иди ко мне, - с этими словами протянул руку и схватив меня прижал к своему телу. Стакан на шкаф поставил. Без стула не достану.
От неожиданности в первый момент замерла у его груди, потом задёргалась, вырываясь.
– Ч-ш-ш… Успокойся. Я соскучился, Галка! Ну что смотришь удивлённо?
– Отпусти меня немедленно!
– прорезался у меня, наконец, голос.
– А то что?
– улыбается, гад.
– А то буду сопротивляться изо всех сил и заявлю на тебя в полицию. Знаю, что тебя не посадят. Но шума наделаю. Мне терять нечего, а тебе? Огласки не боишься?
– И зачем это тебе?
– Просто уходи, прошу.
– Галя, малышка, я правда соскучился, только сейчас понял, насколько.
– Отпусти меня! – я вырывалась изо всех сил, всё отчаяннее, и он понял, что не играю, разжал руки, отпустил.
– Давай просто поговорим. Сделай мне кофе. Устал сегодня.
– Обойдёшься. Не о чём нам разговаривать. Прямо сейчас, немедленно уходи из моего дома. Ты меня бросил. Аборт я сделала. Ребёнка нашего убила, как ты хотел. Ничего общего у нас больше нет. Я забыла тебя и живу своей жизнью. Всё! Нет тебя и не было никогда!