Галки
Шрифт:
Искра опешила. В том, что это Грета, не было никаких сомнений: лицо основательно загримировано – яркая губная помада, накладные ресницы, толстый слой пудры, скрывающий синеву щетины. Волосы коротко подстрижены, чтобы лучше держался парик. Фальшивая грудь, видимо, крепилась изнутри на платье, но на Грете все еще были нижняя юбка, чулки и красные туфли на высоком каблуке.
Искра обернулась к Марку и с обидой сказала:
– Мог бы предупредить!
Тот весело рассмеялся:
– Познакомься с Герхардом, Искра. Он в восторге, когда его принимают
Искра заметила, что Герхард и вправду доволен, и вконец рассердилась на Марка.
– Не ждала от тебя такой подлости! Я-то решила, ты меня выручишь, а ты только разыгрывал.
– Это не розыгрыш, – возразил Марк. – Ты ищешь женщину – вот тебе Грета.
– Не пойдет, – ответила Искра на это дикое предложение. – Начальство ни за что не позволит.
– А ты ему не докладывай, – посоветовал Марк.
Искра пришла в ужас, но затем подумала – а может, и правда не докладывать?
– Марк, лапушка, о чем речь? – спросил Герхард.
– Не знаю. Сестра утверждает, что дело секретное.
– Потом объясню, – сказала Искра. – Но сперва расскажите о себе.
– Хорошо, милочка, только не знаю, с чего начать. – Герхард закурил сигарету. – Родился я в Гамбурге, в шестнадцать пошел учиться на телефонного техника. Гамбург тогда был не город, а сказка. В барах и ночных клубах полно моряков. В восемнадцать я встретил Манфреда, мою самую большую любовь. – На глазах у Герхарда выступили слезы. – Манфреду нравилось, чтобы я носил все женское, он научил меня правильно одеваться. Но сволочи нацисты его забрали. Скорее всего, он уже погиб. Вот я и перебрался в Лондон – отец-то у меня англичанин. Он умер, когда мне было два года, так что я его толком не помню. К счастью, в большом городе всегда найдется работа для техника-телефониста. Но почему моя персона вызывает у вас, милочка, такой интерес?
– Мне нужна женщина, разбирающаяся в телефонии. Больше ничего сказать не могу. Нет, одно скажу сразу – вас могут убить.
– Прямо жуть берет. Но боец из меня никакой.
– Бойцов у меня хватает. От вас мне нужны профессиональные знания.
– Я смогу поквитаться с нацистской сволочью?
– Безусловно.
– Тогда, милочка, я с вами.
День четвертый
Среда, 31 мая 1944 года
Глубокой ночью на дорогах южной Англии наблюдалось оживленное движение. Длинные колонны грузовиков с ревом проносились сквозь затемненные города в сторону побережья.
– Бог ты мой, – произнесла Грета, – высадка и впрямь состоится.
Они выехали из Лондона в первом часу ночи. Теперь, в черном платье и черном же парике, Грета выглядела не так сногсшибательно. Искра надеялась, что Марк не ошибся, называя Грету знатоком своего дела. По дороге она рассказала ей о задании.
– Немцы разместили в замке автоматическую станцию для обеспечения телефонной и телетайпной связи между Берлином и оккупационными силами.
Сначала Грета отнеслась к плану довольно скептически:
– Но, милочка,
– Количество звонков. Узел перегружен, а большинство французских станций все еще работают на ручных коммутаторах. Ты только представь – главная автоматическая станция выходит из строя и все звонки идут по старинке, через девушек-телефонисток. Это занимает в десять раз больше времени. На сто вызовов придется только десять соединений.
– Хорошо, – задумчиво протянула Грета. – Что ж, можно уничтожить общие аппаратные стойки, но их несложно восстановить. Нужно вывести из строя ручной коммутатор, АТС, усилители междугородной связи, станцию и усилители телексной связи, а они, вероятно, все в разных помещениях.
– Не забудь, нам не пронести с собой много взрывчатки – только ту, что поместится у шести женщин в обычных хозяйственных сумках. Разве нет оборудования, общего для всех систем?
– Есть – ГКЩ, главный коммутационный щит. Внешние кабели крепятся на одной стороне щита, станционные – на другой и соединяются между собой клеммными перемычками.
– Сколько времени займет заново соединить кабели?
– Пару дней, если у ремонтников есть схемы соединений. Схемы обычно держат в шкафу в том же помещении, где находится ГКЩ. Если мы сожжем и их, чтобы методом проб и ошибок восстановить соединения, потребуются недели.
– Звучит обнадеживающе. А теперь послушай. Утром, объясняя команде задание, я расскажу им совсем другую легенду. Тогда, если кого-нибудь из нас схватят и начнут допрашивать, задание не будет сорвано. Ты одна знаешь правду, так что держи рот на замке.
До выпускной школы они добрались в три ночи. Школа находилась на землях Бьюли, обширного поместья у южного побережья. Многочисленные укрытые в окрестных лесах особняки были реквизированы СОО, и теперь в них размещался диверсионный центр.
Искра проехала по неровной дороге и остановила машину перед большим особняком. Приезжая сюда, она всегда ощущала, будто попадает в придуманный мир, где обман и насилие воспринимаются как нечто само собой разумеющееся.
В доме царила тишина. Искра знала, что другие женщины из ее команды уже здесь, но в этот час они должны были спать.
Она обрадовалась, обнаружив на чердаке две свободные комнаты, которые они с Гретой тут же и заняли.
Искра проснулась в шесть утра и подняла остальных.
Перси и Пол первыми появились на большой кухне в задней части особняка. Женщины спустились поодиночке. На Искру произвела впечатление Мод Валентайн. Она была безупречно одета и надушена, словно собиралась на ленч в «Савой». Усевшись рядом с Полом, она кокетливо спросила:
– Хорошо спали, майор?
Искра с облегчением увидела смуглую разбойничью физиономию Руби Ромэн. Она бы не удивилась, узнав, что Руби ночью сбежала. Ее, конечно, могли повторно арестовать за убийство, но она была способна рискнуть.