Габриэль
Шрифт:
Габриэль стоит, не двигаясь, его глаза сверкают, и я чувствую, как его напряжение растёт. Он не сдастся, но я знаю, что вся ситуация зависла на волоске.
— Она моя, — Габриэль произносит эти слова с такой силой, что они звучат как приговор.
Его глаза пылают, когда он смотрит на Галло, который медленно отступает, всё больше загоняя нас в угол.
Я чувствую, как его решимость и ярость сливаются в одном взгляде, готовом сжечь всё вокруг.
Но Галло останавливается и ухмыляется.
— Она твоя? То есть, твоя-твоя? —
Мои руки инстинктивно тянутся к его руке, пытаясь вырваться, но боль усиливается, и я начинаю паниковать.
— Судя по тому, как она любит спорить и драться, ей явно нравится, когда с ней жёстко, так? — его голос звучал насмешливо. — Она прекрасно впишется в нашу компанию.
Он на мгновение замолчал, будто наслаждаясь своей мыслью, а затем добавил:
— Хотя ты, возможно, уже приручил её, я всё равно получу удовольствие, убедившись в этом лично.
После этих слов он наклонился ближе, прижав нос к моим волосам, и глубоко вдохнул их аромат.
У меня кровь стынет в жилах, когда мой взгляд останавливается на Габриэле. Я не могу сказать, что это — отчаяние, страх или первобытный инстинкт борьбы или бегства, но одно ясно: я не сдамся без боя, даже если это будет стоить мне жизни.
Я разворачиваюсь и резко выбрасываю локоть назад, попадая ему прямо в горло. Галло захрипел, громко выдохнул и согнулся пополам. Не теряя ни секунды, я бью его ногой в пах, заставляя рухнуть на колени с болезненным хрипом. Хватаю его за волосы и со всей силы ударяю кулаком.
Вокруг меня снова свистят пули. Я разворачиваюсь, чтобы побежать, но Галло хватает меня за ногу, и я с грохотом падаю на землю. Он начинает тянуть меня к себе, крепко удерживая за лодыжку. Я переворачиваюсь на спину и с силой бью его ногой в лицо. Удар попадает в цель, заставляя его на мгновение отшатнуться, но он успевает отбить второй, перехватив мою ногу.
— Ты еще пожалеешь, что сделала это, шлюха, — рычит он, ударяя меня по лицу. Затем он грубо хватает мои запястья и прижимает руки коленями, не давая вырваться.
— Габриэль! — кричу я, но сразу же получаю еще один удар.
Галло смеётся, а затем со всей силы бьёт меня тыльной стороной ладони.
— Он не придёт за тобой, дорогуша, — насмешливо бросает он.
— Габриэль! — кричу я отчаянно, чувствуя, как голос срывается.
Галло ухмыляется, глядя на меня сверху вниз, но внезапно его глаза широко распахиваются.
Габриэль стоит над нами, крепко держа Галло за волосы.
— Я же предупреждал тебя, Галло, прикоснёшься к ней — умрёшь, — его голос холоден, как сталь.
Глаза Галло широко распахнуты от шока после выстрела. Из уголка его рта тонкой струйкой течёт кровь, медленно стекая вниз.
Габриэль резко отталкивает тело Галло в сторону и хватает меня, поднимая на ноги.
Я лихорадочно оглядываюсь, пытаясь найти Грассо, но его нигде не видно. Прежде чем я успеваю крикнуть, Габриэль грубо тащит меня за собой.
— Подожди! — пытаюсь возразить, но он не слушает.
Он поднимает меня, словно я ничего не вешу, и бросает на заднее сиденье чёрного внедорожника. Дверь с громким хлопком захлопывается, отрезая меня от происходящего снаружи.
— О чём, чёрт возьми, ты думала?! — кричит он, гневно сверкая глазами, прежде чем прикрикнуть на водителя:
— Гони!
Машина с визгом шин вырывается из переулка.
— Почему ты не убежала, как велел Грассо?! — его голос звучит жёстко, срываясь от напряжения.
— Я… Грассо… они… он мёртв? — слова срываются с моих губ прерывисто, голос дрожит от страха.
— Забудь о нём! Ты что, не понимаешь, что могло с тобой случиться?! — кричит он на меня, его голос полный ярости.
Если бы не внезапный звонок телефона, я уверена, он бы не остановился. Но теперь гнев Габриэля направлен на того, кто осмелился его отвлечь.
— Что?! — рявкает он, отвечая на звонок, его голос всё ещё кипит от злости.
Я замечаю, что мы снова в отеле "Барроне", а не в пентхаусе, когда машина сворачивает в подземный гараж. Габриэль продолжает выкрикивать что-то, выволакивая меня из машины. Его руки сжимают меня сильно, что каждый рывок причиняет боль. Мне становится трудно дышать, но он, кажется, не замечает этого. Или, возможно, мне уже всё равно.
Я изо всех сил стараюсь держаться на ногах и опираюсь на машину, пытаясь сосредоточиться и вспомнить, как дышать. Грудь сдавлена, воздух кажется раскалённым, а мир вокруг начинает расплываться.
Габриэль кричит не только на водителя, но и на других мужчин, сидящих в машине или стоящих рядом. Его голос звучит громко, властно, и каждое слово будто раскалывает тишину в гараже.
Затем он резко хватает меня за руку и тащит за собой. Я едва успеваю переставлять ноги, спотыкаясь на каждом шагу, но он не замедляет. Когда я снова теряю равновесие, он рывком поднимает меня, силой заставляя идти дальше.
Мы добираемся до лифта, и его рука словно стальной капкан, удерживающая меня так, что кажется, кожа вот-вот лопнет.
Мой взгляд скользит по зеркалу в лифте, и я замираю от ужаса. Мое лицо, волосы и одежда залиты кровью. Белки глаз выделяются на этом фоне, придавая мне почти призрачный вид.
Я перевожу взгляд на Габриэля. Он стоит рядом, яростно стуча по экрану телефона, словно каждый символ — его способ выплеснуть злость.
Я чувствую, как мои плечи тяжело поднимаются и опускаются с каждым хриплым вдохом. Часть меня хочет закричать, заставить его посмотреть на меня, заметить, что я здесь, что я не могу справиться одна. Но горло сжимается, и крик застревает где-то внутри.