Габриэль
Шрифт:
Его лицо отразило сначала удивление, а затем он вернулся к своему заказу через консьержа.
Пиа кашлянула:
— Ну, мне нужно будет сходить и достать тебе то, что нужно. Но, возможно, стоит подумать о других методах контрацепции, если презервативы — не твой основной выбор?
Я снова покраснела, но напомнила себе, что мы взрослые люди:
— Я имею в виду, я не хочу перекладывать на Габриэля всю ответственность за то, чтобы всегда помнить об этом.
Он смотрит прямо мне в глаза, и в его взгляде отражается вся нежность
— Ты ничего не обязана, mia patatina. — Он слегка улыбается, и волна тепла прокатывается по моему телу. — Мне следовало быть осторожнее, даже если прошлой ночью ты была неутомима. И сегодня утром тоже, — он с улыбкой добавляет, а я невольно краснею от его слов.
Двери лифта открылись, и в комнату вошел Чиччо. Он кивнул мне, а затем обратился к Габриэлю:
— Босс, видео от Ренцо и Федерико.
— Эти неугомонные ублюдки, — прошипел Габриэль, сжав челюсти. — Скажи Микки, чтобы ответил им, я выйду на связь позже. — Чиччо кивнул и исчез в коридоре.
Я повернулась обратно к Пиа, которая начала говорить:
— Вернусь через полчаса с образцами. Есть что-то важное в твоей медицинской истории, что мне стоит знать перед тем, как выбрать лучший способ контрацепции?
— Эм… я не уверена, это важно, но у меня анемия. — Я неловко опускаю глаза.
Брови Габриэля сходятся в строгой линии.
— Ты больна?
— Нет, — я качаю головой. Но Пиа тут же уточняет:
— Знаешь ли ты, какой у тебя тип анемии, cara?
Я вздыхаю и начинаю объяснять:
— У меня с рождения нехватка железа, и я принимаю добавки. Правда, сейчас я их не пила… после того, как всё изменилось. — Я взглянула на Габриэля. — Из-за этого у меня появляются синяки, иногда идёт кровь из носа, и я чувствую сильную усталость.
Он внимательно посмотрел на мои запястья, предплечья и лицо, заметив синяки, словно впервые видит их.
— Ну, это значительно ограничивает выбор, — говорит Пиа. — При анемии пероральный контрацептив — лучший вариант, но придётся прекратить приём железа. А ещё его нужно принимать в одно и то же время каждый день. Но есть и другой вариант — уколы Депо.
— Я никогда ничего не принимала. Есть ли побочные эффекты? — спрашиваю я.
Пиа кивает:
— Могут быть побочные эффекты, но всё зависит от организма. Самые распространённые –
— Она ничего не будет принимать, — резко перебивает Габриэль. — Я сам буду осторожен.
— С уважением, Габриэль, это её выбор, — мягко отвечает Пиа.
— Возможно, но я не хочу, чтобы она принимала что-то, что может ухудшить её здоровье. И ей не стоит отказываться от железа ради препаратов, если это не необходимо, — твёрдо заявляет он.
Я касаюсь его руки, пытаясь успокоить, но в его глазах читается напряжение.
Пиа с пониманием кивает:
— Я принесу образцы, и у вас будет время обсудить и решить. — С этими словами она выходит из номера.
— Почему ты не сказала мне, что у тебя анемия?
— Ты и не спрашивал. — Я соскальзываю
— Да и не совсем понятно, как это вставить в разговор. Типа: «Привет, я Беа, люблю смотреть сериалы запоем, ем мороженое, мне нравится мятный или нежный цвет морской волны, читаю романы с перчинкой, а ещё у меня анемия». — Я наливаю себе ананасовый сок. — Видишь, это звучит не естественно.
— Беатрис.
Я вздыхаю, опустошив стакан.
— Ах, я и не осознавала, насколько хотела пить. Кстати, о жажде, мне стоит ожидать появления какой-нибудь твоей «подружки на вечер»? — Я хмурюсь, вспоминая ту девушку из клуба, и ненавижу чувство ревности, которое внезапно охватывает меня.
Габриэль подходит сзади и обнимает меня.
— Почему ты делаешь такое лицо, будто съела лимон? — Его губы нежно скользят от моего уха к шее.
— Потому что я представила, как всё, что ты сделал со мной, ты делал и с другими, например, с той девушкой из клуба, — признаюсь я.
Он опускает голову на мои волосы и тяжело вздыхает.
— Беатрис, то, что было между нами, больше, чем я когда-либо делал с кем-либо, включая её. Мне самому неловко это говорить, но я даже не помню её имени.
Я оборачиваюсь через плечо.
— Ты не помнишь её имени?
— Что-то мне подсказывает, тебе было бы ещё хуже, если бы я его помнил.
— А как она записана в твоём телефоне? — Я наливаю себе ещё один стакан сока, готовясь к его ответу.
Вместо ответа он наклонился ближе ко мне, положил телефон на столешницу, взял мою руку и разблокировал устройство с её помощью.
Он только что дал мне пароль от своего телефона!
Его другая рука нежно отодвинула волосы с моего плеча, и он оставил лёгкий поцелуй на моей шее.
— Девушка из клуба сохранена как «Серьги-кольца», потому что носит эти нелепо огромные серьги, — объяснил он, одновременно блокируя и удаляя её контакт с помощью моего пальца.
Я подняла телефон к лицу.
— А кто такая «Мужские руки»? — засмеялась я, наклоняясь назад, чтобы почувствовать его поцелуи на своей шее.
— Девушка с очень большими руками. Поверь, мужчины не так чувствительны к большим рукам, как вы, женщины, но и у нас есть свои границы, — вновь используя мой палец, он удалил этот контакт.
— «Ленивый глаз»? — Я начала смеяться, но замолчала, когда он слегка прикусил мою шею, а затем ухо. Каждое новое имя вызывало у меня ещё больше удивления: «Кустарник», «Волосатая губа», «Когти», «Кофейное дыхание», «Подбородочные волосы», «Волчица» и так далее.
— Это хуже, чем я думала. Теперь мне интересно, как они все выглядят, — фыркнула я.
— Думаю, мой творческий подход к запоминанию довольно красочно их описывает. Но это не имеет значения, Беатрис. Я говорил серьёзно: того, что было между нами прошлой ночью, я не делал ни с кем другим.