Фурия Принцепса

Батчер Джим

— Точно.

— Идите к воронам. Вместе со своими друзьями.

Улыбка Инвидии стала шире.

— Так где же ваш муж, графиня?

Амара молча смотрела на нее, лишь пряжка ее ремня стучала о каменный пол из-за того, что она дрожала от холода.

— Я же говорила, — сказала Инвидия, улыбнувшись еще шире.

— Многие представители вашего народа адекватно воспринимают ситуацию, — произнесла королева, шагнув вперед, чтобы взглянуть на Амару. — Но другие отвергают нас.

Даже когда им предоставляют шанс выжить, они пренебрегают собственными интересами ради… нематериальных активов. В этом нет ни смысла, ни выгоды, ни цели.

Амара и прежде испытывала прикосновение королевы Ворда к своему разуму, хотя в тот раз она еще не знала, что это.

Это было нечто, едва ощутимое, трепет мыслей и эмоций, такой же слабый и легкий, как нити паутины, растянувшиеся на лесной тропинке.

— Где Бернард? — Мягко, но настойчиво спросила Инвидия.

Амара стиснула зубы и сосредоточилась на том, что ее окружало, на том, как холодно ей было, абстрагируясь от собственных эмоций, как если бы имела дело с опытным заклинателем воды.

И тогда в ее мыслях отобразилось каждое воспоминание о Бернарде, которое она смогла вызвать, его молчаливое спокойствие на поле, его тонкий юмор, когда он рассказывал о событиях дня за ужином, каменная сила его тела, с которой он прижимался к ней в их спальне, его смех, его глаза, то, как его короткая бородка щекотала ее шею, когда он целовал ее, и еще сотня других воспоминаний, одно за другим создающие его образ.

Королева Ворда медленно вздохнула и сказала:

— Ее разум под контролем. Она прячет его от меня.

Бледное существо со странными глазами отвернулось от нее, и Амара почувствовала, как ее прикосновение его мыслей исчезло.

— Интересно.

— Дайте мне час, — сказала Инвидия. — Когда мы проведем какое-то время вместе, ей будет сложно сконцентрироваться.

— У нас слишком много работы и слишком мало времени для подобных изысканий, — ответила королева.

Она обернулась и взглянула на Амару сверкающими темными глазами.

— Идем.

Инвидия встала, но взгляд ее прищуренных глаз не отрывался от Амары.

— Это будет стоить нам ее разума, вместе с его содержимым.

Королева Ворда даже не замедлила своего движения.

— Вероятность того, что она будет знать что-либо более полезное, чем то, что мы уже получили очень низка. Риск оправдан.

— Понимаю, — сказала Инвидия.

Она еще какое-то время смотрела на Амару, затем покачала головой.

— Прощайте, графиня. Думаю, наша следующая встреча уже пройдет в более дружеской атмосфере.

Амару охватил страх, и ее сердце затрепетало.

— О чем ты?

Вопль королевы Ворда эхом пронесся

через двор, и через несколько секунд воздух наполнился шелестом крыльев воинов Ворда, поднимающихся в воздух на черно-зеленых крыльях.

— Бренсис хорошо поработал над моими ребрами, легкими и желудком, — сказала Инвидия. — Так что не бойтесь, графиня. Вы попали в хорошие руки.

Бренсис стоял над неподвижным трупом Ладьи. Его лицо не выражало ничего, кроме странного, отрешенного тепла. Он медленно перевел рассеянный взгляд с трупа на Амару.

— Бренсис, — произнесла Инвидия перед тем, как взмыть в небо, в то время как алеранцы в ошейниках начали собираться вокруг нее, — надеть на нее ошейник.

Крик протеста и ужаса Амары утонул в шуме дюжины потоков ветра, унесших Инвидию и ее эскорт прочь из захваченного Цереса.

Глава 38

Исана могла по пальцам пересчитать те случаи, когда ей приходилось надевать брюки.

И дело было не в том, что она считала это возмутительным.

Множество женщин могло их надевать и действительно носило в стедгольдах, особенно собирая травы в лесу, ухаживая за скотиной или работая в поле.

Она просто предпочитала носить юбки и платья.

В летном костюме она чувствовала себя очень неловко, особенно в брюках, но они были очень теплыми.

Это было необходимо, Арарис предостерег ее от ношения металлических доспехов в такую холодную погоду.

Металл брони был настолько холодным, что примерз бы к ее коже даже от капельки пота или плевка. Или слезинки.

Или крови.

Она вздрогнула и затянула портупею на своем длинном, укрепленном плаще потуже. Затем вновь проверила оружие, вынув клинок из ножен и вогнав его обратно.

Мороз мог приковать оружие к ножнам, если его владелец не был достаточно осторожен.

Ария, стоявшая рядом с ней, произнесла:

— Вот и они. Наконец-то.

Исана взглянула на темно-серое небо.

— Он надеялся на то, что погода испортится, — произнесла она. — Метель сделала бы проведение публичного поединка проблематичным.

Ария вздохнула.

— Может быть.

Исана не оборачивалась, чтобы не стоять лицом к Защитной стене.

Они снова стояли на площадке для переговоров, где еще совсем недавно разговаривали с ледовиками.

Пространство вокруг нее представляло собой сочетание странной формы сугробов и оголенных мест — результат огромной работы заклинателей воды, нарушивших привычную картину ровной заснеженной местности.

— Ария, — сказала Исана. — Если мне… Если сегодняшний день закончится для меня не так хорошо…