Фуриозо

Эдстрем Карин Бартош

— Как он там оказался? — задался вопросом Якоб.

Эбба задумчиво помешивала кофе.

— Надо будет подумать, — произнесла она и добавила: — Я пока допрошу Яна и Каролину. Вендела мне поможет. А Якоб пока пусть соберет личную информацию и отпечатки пальцев всех людей на острове. Я рассчитываю, что они добровольно согласятся на пробу ДНК. Команда Кая тебе поможет. Если будет время, пройдитесь с Венделой по расписанию звукозаписи и отчету «скорой». Но сперва соберем всех в большом доме, чтобы знать, в каком направлении двигаться дальше.

— Как ты думаешь, насколько нам придется здесь задержаться? — спросила Вендела.

— Пока

сложно сказать. Посмотрим, у нас все равно нет права задерживать свидетелей дольше положенного, не имея конкретных доказательств их причастности к преступления.

— Думаешь, они в курсе?

— Пока не будем их просвещать. Посмотрим, кто первым захочет уехать с острова.

* * *

Все собрались в гостиной. В солнечном свете, проникавшем в окна, кружилась пыль. Эбба стояла спиной к большому шкафу в стиле барокко, ожидая, пока все рассядутся. На диване сидели Анна с Шелем и Яном, Луиза с Хеленой предпочли стулья, а Каролина опустилась в кресло рядом с сестрой. Все сидели, погруженные в свои мысли и не пытаясь общаться. Любопытно, подумала Эбба. Она еще потянула время, чтобы посмотреть, как долго они выдержат тишину. У Анны по-прежнему был отсутствующий взгляд. Голова чуть не падала Яну на спину. Ян отеческим жестом похлопывал ее по плечу. Шель сидел скрестив руки на груди. Ему явно не хватало места на узком диване. Хелена успел привести себя в порядок. Помада была в тон кофточке из тонкого кашемира. Темные джинсы и дорогие кожаные сапоги на каблуке подчеркивали стройные ноги. Темные круги под глазами исчезли. Кожа свежая и гладкая как персик. Вид у нее был абсолютно спокойный. В отличие от Каролины та подтянула колени к груди и закрыла лицо волосами. Ее поза напомнила Эббе спящую Данаю Густава Климта. Глаза у нее были красные от слез, губы потрескались. Короткая куртка задралась, открыв худую спину с выпирающим позвоночником. Низко сидящие джинсы, перехваченные кожаным ремнем с массивной пряжкой, еще больше подчеркивали ее худобу. Впрочем, она ее не портила, только делала еще привлекательнее. Луиза выжидательно поглядывала на Эббу. На лице у нее явно написано было желание, чтобы все это поскорее закончилось. Эбба сфокусировала взгляд на точке между ее бровей, чтобы создать видимость пристального взгляда и заставить Луизу понервничать. В гостиную вошел Якоб. Эбба кивком попросила его закрыть дверь.

— Позвольте мне начать с общей информации. С некоторыми из вас я уже успела поговорить об обстоятельствах смерти Рауля Либескинда.

При последних словах Каролина закрыла глаза рукой и беззвучно всхлипнула. Все тело ее сотрясала дрожь, но никто не сделал попытки утешить девушку.

— Я приняла решение подробнее расследовать этот случай. У нас осталось еще много вопросов без ответа, и постоянно поступает новая, противоречивая информация, — продолжила Эбба. — Я понимаю, что для вас это неприятная новость, но это единственный способ выяснить, как именно погиб Рауль Либескинд. Поэтому я прошу вас набраться терпения и детально и честно отвечать на наши вопросы, чтобы помочь расследованию.

Эбба сделала паузу, ожидая реакции, но все молчали. Тогда она достала пластиковый пакет с найденным мобильным телефоном и показала собравшимся:

— Кто-нибудь в курсе, кому он принадлежит?

Она обошла всех присутствующих, демонстрируя каждому пакет, но отреагировала только Каролина. Причем неожиданно. Она вся встрепенулась. На глаза набежали слезы.

— Боже

мой! Это же мобильный Рауля! Как вы его нашли?

— В смысле?

— Он же выбросил его в море! — рассмеялась Каролина.

— Когда?

Девушка задумалась.

— Вчера, после записи.

— Во сколько?

— Не знаю… — Каролина повернулась к Яну.

— В половине четвертого, — помог тот.

Каролина кивнула.

— Почему он бросил его в воду? — спросила Эбба.

— Устал от постоянных звонков. Ему вечно звонили.

— Он сказал, кто звонил на этот раз?

— Нет, но он был в ярости и швырнул мобильник в море, чтобы он не мешал.

— Чему не мешал?

Взгляд Каролины метнулся к Луизе. На лице у нее появилось мученическое выражение. Закусив губу, Каролина всхлипнула:

— Мы… мы разговаривали…

— Где?

— Внизу у причала.

Кивнув, Эбба повернулась к остальным:

— Вам известно, принимал ли Рауль какие-нибудь лекарства?

Анна дернулась.

— У него была аллергия на арахис, — сообщила она абсолютно безразличным голосом.

— Что он принимал против нее?

— Шприцы… у него в кошельке были шприцы… — пробормотала Анна, ища подтверждения своих слов у Хелены, но та молчала.

— Как вы об этом узнали? — спросила Эбба, обращаясь к Анне.

После недолгой паузы Анна глухо ответила:

— Он сам сказал. — И снова посмотрела на Хелену.

На этот раз та уже не могла проигнорировать этот взгляд и, выпрямившись, произнесла:

— У Рауля здесь, на острове, случился приступ аллергии.

— Как это произошло?

— Несчастный случай, — вступила в разговор Луиза. — В его еду попало арахисовое масло.

— И он сделал укол?

В комнате повисла неловкая тишина. Эбба поняла, что нащупала больное место. Луиза тут же взяла инициативу в свои руки:

— Нет, он не мог сделать его сам. Нам пришлось сделать укол адреналина — средства от змеиных укусов, которое было в аптечке.

— Кто сделал укол?

Она автоматически перевела взгляд на Хелену и получила в ответ кивок. Какая же она спокойная, удивилась Эбба.

— Я, — сказала Хелена. — Я сразу поняла, что это аллергический шок, и послала Каролину в его комнату искать лекарства.

— Вы их нашли, Каролина?

Каролина покачала головой.

— Тогда я сделала укол адреналина.

— Вы не нашли его шприцы?

— Мы не знали, где он их хранит. Он только потом рассказал, что держит их в кошельке.

— Почему вы не упомянули этот факт, когда я спросила, принимает ли Рауль лекарства?

— Выражение «принимать лекарства» обычно подразумевает принимать их постоянно в случае хронического заболевания. Рауль же пользовался шприцами в исключительных случаях, когда у него случался приступ аллергии. Это все равно что иногда принять таблетку от головной боли.

Эбба продолжала пристально смотреть на Хелену, но та даже не моргнула.

— Каким он был после приступа?

— Конечно напуганным. С оплывшим лицом. Так обычно и бывает.

— Как отреагировали остальные?

Хелена повернулась к остальным, давая понять, что закончила говорить.

— Я думала, у него случился инфаркт, — сказала Луиза.

— А я так боялась, что он умрет… — Анна схватилась за голову, — а он потом умер по-настоящему…

Эбба молниеносно повернулась к Анне:

— По-настоящему? Что вы имеете в виду? Почему вы выбрали именно это выражение?