Frozen

Фуксия Лена

5

Примерно в одиннадцать позвонила мама.

– У тебя все в порядке? – спрашивает сразу после соединения, как будто почувствовала что-то.

– Мам, не очень. Я хочу с тобой переговорить до отбытия в Сидней. Ты же знаешь, я меняю дислокацию. Мы выступаем в Сиднее пять дней, поэтому Майк с ребятами уже поехали на машине, а я обещала прилететь самолетом. Так что теперь я живу в Сиднее.

– Но ночевать-то можно приходить домой, – смеётся мама. – Хотя смотри сама!

Договорились встретиться через полчаса

в кафе возле «Ночной Звезды», мама плохо знает город, и мы решили не рисковать с перемещениями.

Когда я пришла, мама уже сидела за столиком и изучала карту напитков. Мы обнялись и поцеловались. Тонкая, гибкая, длинные светлые волосы, заплетены в модную косу. Даже не смотря на то, что она уже семь лет пьет настойки от прохождения линьки – все равно выглядит моложе меня.

– Огонёк, с тобой что-то творится. Сегодня ночью было что-то страшное…, – мама берет меня за руку и ласково гладит по ладошке, в глазах отражается знание обо всем нашем мире, только по глазам можно понять, что ей давно не 27.

Рассказала ей о том, что «холодные» сны сменились снами, в которых я горю.

– Ужасно. Похоже, он тебя сжег.

– Кто?

– Этот зверь, который в холодной пещере. Ты разве сама этого не поняла?

Я отрицательно мотаю головой.

– Тогда получается, что это мне снится моя прошлая жизнь?

– Скорее обстоятельства прошлой смерти, – уточняет мама. – Он тебя сжег, слинял по-быстрому в какую-то холодную пещеру и завалился в анабиоз, чтобы дождаться твоего следующего рождения. Дождался… – мама тяжело вздохнула. – Драконья судьба, деточка… Теперь только остается расслабиться и дожидаться развития событий. По моим прикидкам в течение года вы встретитесь.

– Мам, разве с врагами тоже бывает такая сильная связь?

– В том то и дело, что он тебе не враг. Он твоя истинная пара. Наверно он не успел поставить на тебе свой дасмаль, поэтому не сдох после твоей гибели. И раз ему дали возможность тебя дождаться, значит, вы должны быть вместе для какой-то высокой цели, – мама ободряюще улыбнулась, продолжая поглаживать меня по ладошке. – По моему опыту самая высокая цель это рождение какого-нибудь важного дракона. Видимо настолько важного и мощного, что он готов был ждать столько времени.

– Мам, что-то мне не очень хочется встречаться с чело…, ну этим, который меня убил.

– Я не знаю как этого избежать, – мама грустно улыбнулась. – Если это твоя драконья судьба, то чем больше ты будешь противодействовать, тем сильнее тебя в это событие вовлечет. Поговори с падей-Зилем, может он что-нибудь другое посоветует. А еще лучше посмотри в родовом свитке, наверняка какие-нибудь советы о том, как избежать неизбежного там есть.

Я смотрю на маму всё та же двадцатисемилетняя девчонка, а глаза мудрой драконицы.

– Мам, а что ты видишь про мое будущее? – я сжимаю её ладонь.

– Там все хорошо, – мама высвобождает руку. – У вас будут близнецы, – усмехается. – Потом еще дети. Я не могу сказать их точное количество. Шесть или восемь. Просто сначала вижу вас двоих с двумя маленькими

детьми. Потом через несколько лет и дети уже взрослые. Да точно первые близнецы – мальчики. А потом и девочки и мальчики, и по одному и по паре. Большой дом. Значит вы обеспеченные. Ты хорошо выглядишь. Почти все время как сейчас. Значит, ты живешь хорошо, не замотана жизнью.

– А как я с ним встречусь? Мне искать эту ледяную пещеру?

– Огонёк, пожалей, я не все могу видеть. Что-то ты сама должна уже чувствовать. Хотя я свою судьбу не чувствовала, и не чувствую. Только через вас.

– Через нас? Что это значит?

– Вот сейчас смотрела твое будущее и увидела Зиля с маленькой девочкой на руках. Я с твоими девочками-близняшками вожусь, а Зиль держит на руках нашу дочку. Значит, когда ты родишь своих девочек, у нас с Зилем появится очередная дочь, – мама улыбается. – Но сказать когда именно это будет, через сто или триста лет я не могу.

– Мам, ты беременна?

– Ты это почувствовала? – мама потупила глаза как девчонка-школьница

– Да!! Так интересно! Держу тебя за руку, и как будто в тебе бьется не одно, а три сердца!

– Уже бьются? – мама вопрошающе смотрит на меня. – Кто? Мальчики? Девочки?

Я начинаю гладить её ладонь так же как она мне несколько минут назад.

– Мальчишки! Сначала показались мне дракончиками, а потом подростками. Оба поют и играют на гитарах. Ой, картинка поменялась. Оба в белых халатах в каком-то кабинете. Много стекла… Смеются. Поняли, что удивили меня.

– На кого похожи?

– Ты имеешь ввиду кто отец? Как обычно один блондин, второй брюнет! Мам, ты ждала что-то другое?

– Я нет! Отцы опять будут пытаться выяснить. Кто хотя бы старше?

– Переглядываются и улыбаются.

– Хитрецы! – мама довольно смеётся.

– Ты в Берлин?

– Пока нет. Еще немного побуду с Купом. Завтра хотим сходить волну половить. Пойдем с нами!

– Договорились!

Разговор с мамой многое мне прояснил. Вообще после общения с мамой стало как-то светлее и легче. У меня будут маленькие братья! Прикольно! Но и мысль о «суженном» не давала покоя. Какой-то все-таки есть осадок от всего этого. Как я смогу связать свою жизнь с человеком… С драконом… С существом, которое меня убило! Жуть какая. Поэтому сразу после концерта, успешно прошедшего концертном зале, быстро приняв душ и переодевшись в домашнюю пижаму, я шагнула в берлинский дом.

Падя-Зиль где-то в Сибири, поэтому теоретически дома не должно никого быть. Возможно дома домработница. Поэтому я вышла в свою комнату и долго прислушивалась, есть ли кто дома. Потом тихо прошла по первому этажу и, убедившись, что домработницы нет, пошла в падин кабинет.

Строго говоря, кабинет был больше мамин. Это она у нас много чего писала и переводила, и дополняла родовой свиток. Зиль и Куп проводили время в студии, которую Зиль пристроил к гаражу. Но для солидности, кабинет считался падиным. Туда он приводил своих деловых партнёров.