Фрося. Часть 2
Шрифт:
— Анюточка, она нас приняла за своих с первого мгновения встречи и даже, наверное, раньше, когда я ещё звонила ей по телефону.
Доченька, это необыкновенная женщина, она одинаково умеет любить и ненавидеть, она или отдаёт всю свою душу или вовсе туда не пускает.
Я бы много могла тебе рассказывать о ней, но все мои описания не стоят минут проведённых в её обществе, поэтому просто перескажу вкратце о моём пребывании в Москве.
И мать поведала дочери о своей поездке в Москву, обо всех перепитиях встречи с Кларой Израилевной, о том, как она славно
— Анюточка, я сейчас тебе признаюсь в том, в чём даже самой себе долгие годы боялась признаться и на это повлияла моя встреча с Кларой Израилевной.
Ты ведь никогда не слышала от меня о своих бабушках и дедушках, и в том нет никакой моей вины, потому что я о своих родителях долгие годы уже ничего не знаю.
Даже не могу представить, задумывалась ли или нет, ты об этом, но Андрейка несколько раз задавал вопросы, связанные с моими близкими родственниками, по всей видимости живущими в Польше.
К моему стыду, я не чувствую к ним никаких родственных чувств и желания с ними встретиться.
Трудно мне сказать, что в большей мере повлияло на это, но думаю, главное, их холодность и отчуждение, а скорей всего, равнодушие к моей судьбе.
Я с самого детства не чувствовала к себе любовь и нежность со стороны матери.
Хотя понимаю, что ей по большому счёту, было некогда обращать внимание на путавшуюся около ног девчонку.
Ей всё время надо было думать о том, как прокормить нашу ораву, ведь кроме меня у неё было ещё три дочери, правда, постарше меня.
Отца я вовсе почти не помню, даже как он выглядел, потому что в доме он редко появлялся и на нас детей, совершенно, не обращал внимание.
Он всё мечтал разбогатеть, но скорее всего для этого делал сомнительные шаги.
Не буду особенно вдаваться в подробности о моей семье, мне это не поднимает настроения, но на один факт всё же хочу обратить твоё внимание — после того, как мать с последней вышедшей замуж сестрой укатили в Польшу, а меня отправили сюда в Поставы, к совершенно не знакомым мне родственникам, больше о своей семье я ничего не слышала, они просто вычеркнули меня из своей жизни. А ведь мне бывало, ох, как нелегко, но рядом не было ни одной родной души.
Я не жалуюсь доченька, а просто рассказываю тебе об этом, чтобы ты лучше могла понять Клару Израилевну и ещё в большей мере, Риву…
Вот, мне все говорят, какая ты Фрося сильная и практичная, какая умелая и волевая… а, как могло быть иначе, как бы я выжила в этой мясорубке, в которую попала в свои восемнадцать лет.
Где было мне в тот момент взять силы, когда я вынуждена была выйти замуж за не любимого человека, ведь передо мной был не богатый выбор, у меня были только две дороги — в Сибирь вместе с опальными родственниками или в этот замуж.
Пойми доченька, я сейчас не жалуюсь на судьбу, она у меня такая, какая есть и какая сложилась в силу различных обстоятельств, но я теперь умею отличить добро от зла, любовь от хитрости и не такая я уже доверчивая,
Ты, можешь меня спросить и будешь права — а, что ни разу не ошиблась…
Не без этого, но за свои ошибки я всегда платила сама, хотя иногда это касалось и вас, моих детей.
Вот и сейчас от дум у меня буквально лопается голова, так не хочется попасть в просак, а как правильно поступить, пока не знаю.
Доченька, я совсем не хочу оставаться в Поставах и не только потому, что здесь, в нашем доме, будет жить Стас с Ниной, тут бы мы нашли выход, но не хочу и всё…
Аня встрепенулась:
— Мамуль, а не укатить ли тебе в Москву, вот было бы здорово и для тебя, а особенно для Сёмки.
— Анютка, не могу сказать, что не думала об этом, но, во-первых, это зависит далеко не только от меня, во-вторых, там не большая площадь для проживания, хотя если подумать, то пока Сёмка ещё небольшой, то вполне хватило бы, в-третьих, я всё же связываю своё будущее с Виктором, а это никак не вкладывается в рамки вышесказанного, и если, совсем начистоту, мне кажется, что я сама не знаю, что я хочу.
Порою, кажется, бросила бы всё и укатила бы назад в Таёжный, и хоть короткое время пожить в далеке от всех проблем и забот, среди тишины и природы, рядом с замечательными людьми, с которыми мне было так легко и надёжно.
Хотя опять, неизвестно насколько это хорошо было бы для Сёмки, поэтому эмоции в сторону, я уже раз последовала за ними.
И лицо Фроси осветила улыбка.
Ане нечего было особенного рассказывать о себе, пока мать отсутствовала, у неё был период жизни, в котором мало, что было интересного.
Как раз в эти две недели она сдавала последние зачёты и курсовые экзамены в университете, и времени на другое у неё практически не было, поэтому её рассказ вышел коротким и мало информативным.
На завтра дочь укатила в Вильнюс, откуда через парочку дней она отправлялась в Крым вместе с другими студентами, где её ожидала совершенно другая жизнь и другие впечатления.
Глава 49
После хлопот связанных с приёмом гостей и отъездом дочери в Крым со стройотрядом, Фрося с трудом втянулась вновь в свои заботы по хозяйству.
Хотя, она честно себе признавалась, что ей стало справляться с ними намного легче, будущая невестка успевшая за время её отсутствия разобраться во всех устройствах подворья и огорода, стала вовсю оказывать ей помощь.
Будущая свекровь ей в этом с удовольствием потворствовала, понимая, что вскорости та останется здесь полноправной хозяйкой.
Стасик, по распоряжению матери, с явной неохотой очистил двор от всяких железяк, которые он в своё время натаскал сюда.
Он стал мастерить навес, который укроет гостей от солнца или дождя, сколачивать столы и скамейки — подготовка к свадьбе шла полным ходом.