Фрося. Часть 2

Фрейдзон Овсей Леонидович

Только поздним вечером, обвешанные пакетами и свёртками, они вернулись в квартиру.

На этот раз Сёмка даже не просил включить телевизор, потому что ему не хватило вечера на то, чтобы всё разглядеть и перемерить, как не крутись, а он сегодня очень рано проснулся в поезде и на его долю выпал весьма насыщенный день.

Взрослые вдруг обнаружили, что мальчик буквально засыпает над обновками.

Клара Израилевна разложила раскладушку и уложила внука спать, а сами они с Фросей опять переместились на полюбившуюся кухню,

где за чашечкой чая продолжили разговор:

— Фрросенька, завтрра ещё погуляем по Москве, надо сводить мальчика в детский театрр на прредставление кукол, затем, отпрравимся в парк Коррького на атрракционы, а послезавтрра прредлагаю поехать на дачу к моей сестрре.

Эта дача находится километров за шестьдесят от горрода, там пррекрасное место, недалеко есть прруд и лес.

Моя сестрра там находится вместе со своими внучками четыррёх и семи лет, детям там будет хоррошо вместе.

Фрося вынуждена была перебить, строившую планы женщину:

— Клара Израилевна, вы меня простите, но дело в том, что мне обязательно надо вернуться домой за парочку дней до следующих выходных, у меня же старший сын женится и должны к нам придти будущие сваты в гости.

— Ничего стррашного, мы побудем там с тобой только парочку дней, а потом я тебя посажу на поезд, а если Сёмочке на той даче понрравится, то надеюсь, ты позволишь ему остаться на какое-то время со мной. Черрез две недели я тоже перееду туда.

— Клара Израилевна, вы так быстро принимаете решение, теперь я понимаю в кого был Семён.

Фрося улыбалась, глядя на темпераментную пожилую женщину:

— Давайте не будем тут спешить с решениями, посмотрим на ситуацию, ведь зависит многое от того, как примет Сёмка девочек и они его и как к этому отнесётся ваша сестра.

В принципе, у меня нет особых возражений, потому что дома ему очень скучно, я ведь целый день занята хозяйством — корова, свиньи, птица, огород и ещё надо на базаре кое-что продать…

— О, теперрь я понимаю, что тебе палец в ррот не клади и за словом, и за делом в каррман не полезешь.

— А как же иначе, ведь мне пришлось с восемнадцати лет самой управляться в жизни, тот год, что я пробыла замужем за Степаном не в счёт, хотя и там мне тоже пришлось немало повоевать.

— Доррогая девочка, я очень ррада, что мой сын именно такой женщине отдал последнюю свою любовь.

Как же это так, что ты до сих порр одна, куда эти мужики смотррят — кррасивая, статная, хозяйственная, умная и неверроятно добррая… — мой бы Натан, светлая ему память, тоже бы в тебя влюбился.

— О, Клара Израилевна, похоже, вы в молодости тоже были не промах, вы и сейчас полны энтузиазма и жизнелюбия.

— Ой, доченька, рразве это та Кларрочка, только тень от неё осталась…

— Представляю, какая вы были тогда в молодости…

Женщины попивали чай, дым клубился от папирос Клары Израилевны и тёплая аура обволакивала союз двух нашедших друг

друга людей со сложными судьбами, но не утерявших интерес к жизни.

Кто бы мог подумать, что только сегодня утром они впервые увидели друг друга, а уже так дружно полуночничают, как две давние закадычные подружки:

— Пррости, это не моё дело, но всё же, доррогуша, почему ррядом с тобой нет мужчины?

— А кто вам сказал, что нет, у меня есть мужчина и какой, капитан на военном корабле.

И Фрося доверительно поведала сердечный секрет своей новой подруге.

Заодно уже облегчила душу, рассказав о не сложившихся отношениях с Андреем и о ближайших планах на будущее.

Клара Израилевна внимательно слушала Фросю, не перебивала, а только иногда кивала или качала головой, точь в точь, как когда-то это делал её сын Семён, когда она ему рассказывала в машине историю своей жизни.

Подбодренная участием и вниманием, Фрося поделилась своими наболевшими проблемами и призрачными планами:

— Я вам честно признаюсь, надоело мне уже корячиться на огороде и со скотиной, хочу сменить место жительства, оставлю дом и хозяйство старшему, ведь я вам говорила, что он скоро женится, а его будущая жена наша Поставская девушка.

Мои Андрейка и Анютка в нашу глушь после институтов уже точно не вернутся и Сёмке там тоже делать нечего, он такой любознательный, и его манят большие города, вы же видели с каким интересом он всё в себя вбирает.

Я вам признаюсь, у меня есть средства и не малые, чтобы купить себе подходящий домик в большом городе, только пока не определюсь в каком.

— Ах, доченька, а чем тебе Москва не нрравится, но мы с тобой на эту тему поговоррим попозже.

Ты, пррости старрую дурру, но меня мучает любопытство, если это не является большим секрретом и если ты можешь мне это ррасказат, я очень хочу услышать исторрию о твоей доченьке.

Никогда и никому она ещё так не выкладывала душу, даже несравненной подруге Аглае.

Особенно того момента в её жизни, касающегося её Анюты.

После того, как Фрося рассказала всю эпопею связанную с её дочерью и без того большие глаза Клары Израилевны вовсе превратились в блюдца, во время этого рассказа она даже забыла закуривать новые папиросы, так боялась что-то пропустить:

— Доченька, пойдём спать, а то я сейчас рразрревусь, а у меня всё же давление.

Глава 46

Москва есть Москва, здесь было, на что посмотреть взрослому и было, что показать пятилетнему ребёнку.

Им не хватило следующего дня на то, что бы удовлетворить любознательного и активного мальчика, поэтому пришлось задержаться в городе ещё на один день.

Сёмка не представлял, как это он, находясь в Москве, не сходит в Мавзолей и не увидит Ленина, а это было очень не простое мероприятие.