Фронт без тыла
Шрифт:
Более сильный центр управления был создан для того, чтобы еще теснее увязать партизанские действия с действиями Красной Армии, усилить централизацию руководства борьбой в тылу врага, сделать ее по-настоящему целенаправленной. Надо заметить, что командование Северо-Западного фронта в то время тоже формировало партизанские подразделения и даже имело свой партизанский отдел при Военном совете. Ленинградский штаб партизанского движения должен был координировать и его действия.
Вскоре на фронтах начали действовать оперативные группы ЛШПД, возглавляемые уполномоченными штаба. Созданная на основе накопленного
Итак, шел октябрь 1941 года, я приступил к исполнению новых обязанностей в партизанском отделе штаба Северо-Западного фронта.
В конце октября — начале ноября в Валдае на переформировании или на отдыхе находилось до 19 партизанских отрядов. Часть из них была подчинена партизанскому отделу Северо-Западного фронта: они состояли главным образом из кадровых военных, изъявивших желание участвовать в операциях во вражеском тылу. Другая же часть отрядов была сформирована прифронтовыми райкомами партии и подчинялась оперативной группе ЛШПД. В эти отряды входили люди в основном невоенные. Отряды регулярно получали боевые задания и выходили для их выполнения в ближайший прифронтовой тыл противника, где громили штабы вражеских подразделений, нападали на аэродромы, сжигая самолеты и запасы горючего, совершали другие диверсии. Эти операции разрабатывались, как правило, по заданию начальника штаба фронта генерала Н. Ф. Ватутина.
В числе наиболее удачных в те дни был налет отряда под командованием бывшего танкиста капитана Вишнякова на штаб испанской «голубой дивизии». Были захвачены ценные штабные документы, отряд привел в Валдай около 60 пленных.
Несколько раньше отряд Вишнякова вместе с отрядом лейтенанта Скиба принял участие в уничтожении крупного десанта, выброшенного гитлеровцами в районе Торжка. Случилось так, что ни в Торжке, ни в соседнем Вышнем Волочке в момент десантирования неприятеля достаточно сильных подразделений наших войск не было. Вражеские парашютисты могли натворить много бед.
По тревоге в Валдае подняли два отряда. На грузовиках их перебросили в район деревень Марьино и Миронежье, — путь не близкий и, как ни гнали машины, добрались до места лишь через несколько часов. Отряды с ходу вступили в бой и вели его трое суток, связывая противника до подхода дивизии Калининского фронта. Потом десант погнали на Медное, где окончательно его разбили. Все партизаны — участники этой операции были награждены орденами и медалями. В полку, командиром которого я стал полгода спустя, воевало несколько человек из отрядов Вишнякова и Скиба — лейтенант А. А. Валенцев, награжденный за операцию под Торжком орденом Ленина, лейтенант Г. М. Журавлев, награжденный тогда же орденом Красной Звезды.
Отличился в те дни и отряд Савченко. 4 ноября он совершил ночной налет на крупный, численностью до 600 человек, гарнизон гитлеровцев в деревне Дедно под Демянском. Партизаны уничтожили более 200 вражеских солдат и офицеров, сожгли 2 склада боеприпасов и продовольствия, 18 автомашин с военными грузами, перебили охрану большого лагеря военнопленных и вывели в наш тыл 480 советских воинов. Был разгромлен штаб немецкой части, захвачено ее знамя, данные о расположении соседних частей противника,
Вскоре в одном из рейдов по тылам врага довелось участвовать и мне. Сразу замечу, что, в отличие от описанных выше, этот рейд не был удачным.
РЕЙД
Я получил задание выйти во вражеский тыл в составе четвертого отряда, целиком сформированного из рядовых и командиров инженерных войск, и дать оценку его боеспособности в условиях активных диверсионных действий. В отряде насчитывалось 60 человек, командовал им старший лейтенант Кучин.
В одну из темных ноябрьских ночей мы благополучно перешли линию фронта и углубились в занятую врагом территорию. Преодолев за ночь большое болото Синюха, расположились с рассветом на отдых и завтрак. Все было тихо и мирно.
Внезапно тишину разорвали выстрелы: наш секрет открыл огонь по гитлеровцам, вышедшим на след отряда. Как выяснилось, вел их один из бойцов нашего отряда, отставший в пути и захваченный немцами. Его исчезновения почему-то никто не заметил. Предателя убили первой же очередью. Бой повели с самого начала организованно, затем первая половина отряда во главе с командиром и комиссаром начала отход, вторая же этот отход прикрывала.
Обнаружение в прифронтовой полосе было чревато самыми серьезными последствиями. О том, чтобы пробиваться к месту запланированной операции, не могло быть и речи — сейчас надо было думать, как спасти отряд от полного уничтожения. Решили выходить к своим.
Случилось так, что я оказался во второй половине отряда, прикрывавшей отход основных сил. Нашей группе никак не удавалось оторваться от гитлеровцев: периодически мы завязывали бой, потом выходили из него, а затем были вынуждены вновь и вновь вступать с противником в столкновение. И спустя очень немного времени стало ясно, что первую половину отряда нам уже не догнать. Будучи старшим по званию, я принял командование группой.
Положение наше с каждым часом усложнялось: уйти от преследователей мы по-прежнему не могли, а все более частые огневые стычки рано или поздно должны были закончиться не в нашу пользу. И тут, в безвыходном, казалось бы, положении, выручил накопленный с июля опыт.
Партизанская война имеет свои законы. Школа первых дней войны учила всех нас специфическим приемам, которые позволяют побеждать численно превосходящего противника, если действовать неожиданно, внезапно, если умело использовать местность и т. д. Я решил перейти к действию засадами.
Оторвавшись в очередной раз от преследователей, мы, маневрируя в лесу, вышли к дороге и, услышав голоса приближавшихся гитлеровцев, залегли вдоль нее. Через несколько минут в зону засады втянулось несколько подвод (и немцы использовали этот транспорт — другой здесь пройти не мог), на каждой из которых сидело по 5–7 солдат. Это были наши преследователи.
Удар по врагу оказался неожиданным и сильным, огонь велся почти в упор, и через несколько минут бой закончился. Из гитлеровцев не спасся никто.