Фрейлина
Шрифт:
— Ничего страшного, не переживай. Мы хорошо переговорили. И вскоре произойдет ваше знакомство с Андреем Сергеевичем Весниным. Не все потеряно, все будет хорошо. При встрече веди себя так, будто ничего не случилось.
— Да оно и не случилось! Мама!
— Хорошо, но Тая… внимательнее собирай свое окружение. Адлерберг уже не может быть тебе подругой.
— У нас приятельство, не более, — опять говорила я правду.
— Я верю в тебя, девочка моя, — перекрестила она меня, — а Андрей Сергеевич хорошая партия. Ничего, что вдовец, его ребенок… дочь, не станет тебе обузой — совсем мала еще и присмотрена
А вот это уже следовало хорошенько обмозговать…
Что девиц с дипломом Смольного охотно брали в жены, это понятно — они были сравнительно образованны, неприхотливы в быту и, раз уж выжили в тех условиях, имели крепкое здоровье. Для продления рода самое то.
Я внимательно прислушалась к себе… и ни паники, ни даже простого недовольства не нашла. Будущее замужество не воспринималось чем-то страшным. Может потому, что тему «замужа» я никогда не считала неприятной. Так что… пусть вначале дело дойдет до знакомства, а там видно будет. Успокоило и то, что предполагаемый жених имеет отношение к медицине. Особенно после рассказа маменьки о бездельниках кавалергардах.
Я уже успела оценить степень родственной близости и доверия между нами. А раз уж такое дело, и речь шла о замужестве…
— Э-э… Маменька, а нельзя ли тогда… хотелось бы подробностей, — раздирало меня любопытством, — что именно происходит в постели между мужчиной и женщиной?
— Он ее естествует и от этого случаются дети. И это пока все. Ни к чему тебе сейчас подробности и не стоит переживать и бояться — все не так страшно, — «успокоила» меня Таина родительница.
Естествует он, значит…
Ну что тогда? Мои догадки подтвердились — даже зачатки полового воспитания здесь отсутствовуют. И Анна сто пудов не знает откуда берутся дети.
И я могла бы просветить, конечно… будто бы получив объяснения от мамы, но теперь уже и не знала как. Могло быть так, что она ни разу в жизни не видела целый, не нарезанный огурец или морковку. Светка сравнивала мужчин с макаками, которые вовсю носятся со своим бананом, но и это не вариант.
Смешно… Но больше грустно.
Как должно выглядеть парадное платье фрейлин Великой княжны, я знала: бархатное верхнее голубого цвета с откидными рукавами и шлейфом. Разрез спереди открывал юбку из белой ткани. По «хвосту и борту» платья золотое шитье, «одинаковое с шитьем парадных мундиров придворных чинов». Такое же шитье полагалось «вокруг и на переде юбки». Женский парадный наряд был придуман и подробно расписан лично императором, и обязателен к ношению на балах и приемах, как и мундир для мужчин.
Длина парадного шлейфа для каждого «чина» была строго регламентирована. А еще полагался кокошник в цвет, украшенный согласно возможностям, и вуаль. Фата, если по-простому. Весь этот наряд коротко именовался с какого-то… русским и к каждому важному событию при дворе обязательно следовало указание: «дамам быть в русском платье, кавалерам в парадных мундирах». И, понятно, иметь на себе знаки отличия: статс-дамы носили портрет
Статс-дамы императрицы носили зеленое бархатное платье, расшитое золотом, ее фрейлины — пунцовое, малиновый цвет был у гофмейстерин, синий цвет означал: перед вами — наставница Великих княжон. Подобный мундир полагался и самой императрице.
Как все это будет выглядеть среди бала и насколько распишет его красками, уже можно было представить. А скоро я увижу это своими глазами. Перед такой перспективой вопрос замужества совсем отошел на второй план. Не пугал и не напрягал. И не то, чтобы я захотела вдруг замуж… но этот мужчина мог и понравиться мне. И даже скорее всего — Таина мама не похожа на человека, которому не терпится сбагрить дочку абы кому. Или это мне хотелось верить, что ее тепло в отношении дочери бескорыстно, иначе почему к ней тянет, как магнитом?
Перспектива будущего все еще не просматривалась, я так и жила одним днем, но паниковать по поводу замужества сейчас точно не стоило.
И других поводов хватало…
Я растерянно топталась на месте, иногда пытаясь подтянуть декольте чуть выше. Вспомнились беззащитные плечи Натальи Гончаровой с портрета. Может они и вдохновили императора на такой фасон.
Маменька в который раз придирчиво рассмотрела меня и нервно поправила вуаль и кокошник. Погладила по плечу и озабоченно выдохнула:
— Сердце не на месте… Ирма, надеюсь, у тебя есть надлежащий опыт? Если нет, то и не беда, но я должна быть уверена, что Таисия Алексеевна будет собрана самым лучшим образом. Без помятостей на юбках и заломов на вуали. Тогда просто признайся и на это время я найду умелого человека.
— Никак нет, Елизавета Якобовна, я вполне…
Так я узнала имя-отчество матери. Отчество явно не русское, но пока это ни о чем не говорило. Хотя национальное происхождение могло как-то объяснить внешность Таисии… и ее мамы, конечно.
Пока что мне везло. И даже в том, что еще не успела приступить к службе. Скорее всего, на том малом приеме Таисию уже представили Ольге. Потом случилось то, что случилось и появилась я. И поплыла по течению. Осторожно правда и осмотрительно — молодец. Внимательно слушала, мало говорила, старалась по-еврейски отвечать вопросом на вопрос. Но дальше уже придется что-то делать, вот тогда и начнется настоящий экзамен.
Пожелав мне ангелов ко сну и перекрестив на ночь, ночевала маменька где-то в Большом дворце у знакомой — здесь места не было. Высоте моей кровати она не ужаснулась. Да я и сама уже все рассмотрела: внизу, во всю длину была предусмотрена полка для хранения. Наверное, солдаты в казарме хранили здесь личные вещи. У себя я тоже нашла несколько коробок.
В комоде бумагу, писчие принадлежности, ленты, два веера, булавки, чулки, перчатки, платочки…
Весь следующий день мы тоже провели вместе. Кормились, гуляли и много говорили, но больше она. И, скорее всего, сейчас на меня в сто первый раз сыпались всё те же инструкции: как перед кем присесть, куда смотреть, как отвечать, как и на что реагировать и даже как дышать при разговоре — не глубоко, не полной грудью. Она волновалась за меня и продолжала нервничать, а я впитывала информацию, как песок воду — жадно, и просила добавки, уточняя подробности.