Френд-зона

Аврора Белль

— Субботняя ночь было довольно напряженной, да?

Он замирает рядом со мной, затем вздыхает и говорит:

— Да, я так сожалею, Тина. Я не знаю, что на меня нашло. Я...

Я прерываю его фальшивым смехом:

— Всё нормально, Ник, на самом деле. Давайте просто назовем это «курьезом между друзьями». Теперь, когда мы обсудили это, мы можем двигаться дальше?

Я смотрю на него, и я в замешательстве.

Похоже, Ник расстроен. Его брови опущены, глаза сфокусированы на

моем плече, и его губы сжаты. Он быстро сменяет выражение на улыбку. В его глазах по-прежнему боль.

— Да. Конечно. Мне до сих пор очень жаль. — Он говорит тихо, почти жалобно. — Это больше не повторится.

Это больше не повторится.

Почему мое сердце колит, если все, что я хочу от Ника, это дружба?

Я хочу его поцелуи. Я хочу, чтобы это происходило снова и снова. Я хочу большего с Ником. Я хочу его любовь. Я не думаю, что когда-либо смогу насытиться им. Или, может быть, я просто думаю это, потому, что хочу, чтобы он стал моим единственным. Тем, кто поможет мне преодолеть мои страхи.

Отпустить.

— Таким образом, мы до сих пор приглашены на ночь покера? — я спрашиваю и выгибаю брови, изображая поддельное спокойствие.

Он мягко улыбается:

— Да, без вас будет совсем не то.

Ура! Мы — друзья! 

***

В среду ночью я пригласила девушек на девичник в мою квартиру.

Я испекла карамельные кексы с кремом в середине. Это любимые кексы Мими.

У меня только один диван, поэтому мы расположились под одеялом на моей огромной кровати.

Я и Нат — на одной стороне матраса, Лола и Мимс — на другой, Медведь посередине, принимает поглаживания и объятия со всех сторон.

Мими начинает допрос, как только мы располагаемся в кровати:

— Ладно. Я начну с кое-чего, что я знаю, нам всем интересно. — Она смотрит прямо на меня. — Что у вас с Ником?

Я жую свой язык секунду. Я не знаю, что им сказать. Я решаю, что честность лучший выбор. Я чешу шею, смотрю вниз и говорю им:

— Я думала, что Ник может быть моим единственным.

Я слышу несколько удивленных вздохов. Я смотрю и вижу три пары широко открытых глаз... и ртов, открывающихся, как у рыб, выброшенных на берег.

Я хихикаю.

Лола упрекает:

— Как ты можешь смеяться сейчас?!

Нат говорит тихо:

— Это здорово, детка. Он полностью очарован тобой. Действуй. — Она улыбается. Когда у меня вырывается смешок, она хмурится и говорит: — Что такое?

Я играю с моим одеялом и заверяю их:

— Он не влюблен в меня. Даже чуть-чуть.

Девушки смотрят друг на друга и разражаются истерическим смехом.

Я

чувствую, что краснею. Я люблю, когда люди смеются, но не люблю быть тем, над кем смеются.

— Не смейтесь надо мной.

Нат сразу перестает смеяться и отвечает:

— Извини, дорогая, мы не смеемся над тобой. Ты просто такая милая со всеми, что даже не видишь, Ник по уши в тебя влюблен.

Лола улыбается и подтверждает:

— Так и есть. Когда ты в комнате, он даже не замечает кого-то еще.

Мими толкает мою ногу и клянется:

— Да, куколка, он без ума от всего, касающегося тебя.

Я откидываю голову обратно на подушку.

— О, да, так влюблен в меня, что когда целует меня, то пытается убежать. Избегает в течение трех дней? Затем снова появляется милее, чем когда-либо! Боже, Ник, ты — отстой!

Молчание продолжается долгое время, прежде чем я слышу, как кто-то прочищает горло.

Мими шепчет:

— Он поцеловал тебя в субботу ночью?

Лола визжит:

— Я так и знала! Видишь, он влюблен в тебя, Тини!

Нат восклицает:

— Где, черт возьми, я была?

Я глубоко вздыхаю.

— Да. Он поцеловал меня в своем кабинете. Он прижал меня к стене и поцеловал, черт побери. Еще схватил меня за задницу. И за грудь. И мне очень понравилось, — я заканчиваю хныканьем.

Нат растягивает улыбку, как Чеширский кот и говорит:

— С самого начала, пожалуйста.

Я провожу следующие десять минут, подробно объясняя, что произошло. Когда я заканчиваю, Нат спрашивает:

— Я не понимаю, почему вы, ребята, так смеялись. Что случилось?

Я кусаю губу, чтобы остановить хихиканье.

— Ну, мы услышали что-то действительно смешное. — Я стреляю в нее глазами и продолжаю: — В конференц-зале. — Ее глаза расширяются. — Это было очень громко. — Нат сглатывает и становится свекольного цвета.

Хе-хе... да, я знаю, что ты — развратная девчонка.

Лола выглядит задумчивой и медленно говорит:

— Я думаю, что знаю, что случилось.

Я наклоняюсь ближе к ней и расширяю глаза, как будто она откроет мне все тайны вселенной.

Она напоминает мне:

— Ты была навеселе, Тина, и только что откровенно ответила на все секс-вопросы. Я думаю, может быть, он думал, что, воспользовался тобой.

Мими и Нат кивают в знак согласия.

Возможно ли это?

Нет, я показала свои намерения достаточно ясно.

Я хотела его.

Я настойчиво терлась об него, ради бога! Я стонала ему в рот. Делала всё, что говорит «возьми меня сейчас»! Может быть, он думал, что я была слишком пьяной?