Фрайди
Шрифт:
— Кажется, я всю жизнь прожила в блаженном неведении, — вздохнула я. — Ну хорошо, ты работал на «Шипстоун», вернее — одну его часть, а в качестве двойного агента работал на тот же «Шипстоун», но на другую его половину. Но почему из-за меня разгорелся сыр-бор?
— Этого, мисс Фрайди, я не знаю. Именно это мне и надлежало выяснить. Полагали, что вы — агент Хромого Брюшка Бол…
— Стоп! Если ты собираешься говорить о покойном докторе Болдуине, пожалуйста, не называй его этой кошмарной
— Прости. Полагали, что ты — агент «Систем Энтерпрайз», то есть доктора Болдуина, и ты подтвердила это, возвратясь в место расположения его штаба…
— Постой! А ты был среди тех, кто схватил меня там?
— К радости своей могу признаться, что нет. Двоих ты убила на месте, еще один умер чуть позже и ни один из нападавших не остался без шрамов. Мисс Фрайди, вы деретесь, как дикая кошка.
— Давай дальше.
— Хро… Доктор Болдуин не имел никакого отношения к комплексу «Шипстоун». Когда разгорелся Красный Четверг…
— Какое отношение имел к нам Красный Четверг?
— Как это какое? Самое прямое! Не знаю, что ты там везла с Эль-5, но именно это уж как минимум ускорило события. Я думаю, Совет за выживание — та сторона, на которой работали парни Мосби, — почуяли неладное и начали заваруху, не будучи как следует подготовлены. Может, потому-то ничего путного из этого и не вышло. Так или иначе, они уладили свои разногласия в тиши кабинетов, но я никогда не сталкивался с подробным аналитическим отчетом, так что это — лишь моя версия.
(Я тоже не сталкивалась ни с какими отчетами и теперь вряд ли когда-нибудь узнаю правду. Будь у меня сейчас несколько часов свободного времени и терминал с неограниченными возможностями, наподобие того, что был в «Песках Паджаро»… Какие директора компании «Шипстоун» были уничтожены во время Красного Четверга? Что происходило на биржевом рынке? Сомневаюсь, что ответы, имеющие реальное значение, попадут когда-нибудь в учебники истории. Только Босс, направляя мои изыскания, заставляя искать ответы на самые неожиданные вопросы, мог бы натолкнуть меня на истину, но… Он умер, и процесс моего образования резко оборвался. Может быть, когда-нибудь я еще сумею стать Всезнайкой? Когда-нибудь…)
— Мак, это Мосби нанял тебя на нынешнюю работу? Я имею в виду, пасти меня на звездолете.
— Нет. На Мосби я работал всего один раз, да и то как двойной агент. А сюда я нанялся через контору, обслуживающую советника по культуре из посольства Релма в Женеве. Слушай, этой работы мне нечего стыдиться! Правда… Мы охраняем тебя, оберегаем от случайностей и, по-моему, неплохо справляемся.
— Без изнасилований, наверно, скучновато.
— Удар ниже пояса.
— Какие у тебя инструкции насчет меня? И сколько вас здесь? Ты ведь старший среди них, да?
Он заколебался, а потом неуверенно проговорил:
— Мисс Фрайди, вы вынуждаете меня выдавать секреты моего
— Чушь. Когда ты вошел в эту дверь, ты прекрасно понимал, что твоя жизнь зависит от ответов на мои вопросы. Подумай о той своре ублюдков, что напали на меня на Ферме, и вспомни, чем это для них кончилось. Давай, выкладывай.
— Я все время вспоминаю эту чертову Ферму и то, как ты… Ладно, я действительно отвечаю здесь за всех, кроме… кроме Тилли…
— Кто такая Тилли?
— Извини, я имел в виду Шизуко — это профессиональная кличка. А там, в отеле «Седьмое небо», где мы ждали тебя, ее звали Матильдой Джексон. Мы дожидались почти два месяца, пока…
— «Мы» — это множественное число. Назови их. Имена, под которыми они зарегистрированы в списке пассажиров. И не морочь мне голову кодексом чести, Шизуко вернется через несколько минут.
Он назвал, и ни одно имя не вызвало у меня удивления — я засекла их всех. Грубая работа. Босс не стал бы платить им ни гроша.
— Ладно, продолжай.
— Да, два месяца мы ждали, и «Дирак» улетел без нас, а за двадцать четыре часа до вылета «Форварда» нам неожиданно отдали приказ — лететь на нем. Затем мне выдали твои голографические карточки, чтобы я роздал их ребятам, и… мисс Фрайди, когда я увидел вашу карточку, я чуть в обморок не упал!
— Неужели я так плохо выглядела?
— Что? Да нет, что вы! Выглядели вы замечательно, но… Вы понимаете, где я видел вас в последний раз? Я думал… Я был уверен, что вы погибли при пожаре, и… Должен сказать, я… Ну, словом, мне было очень жаль…
— Спасибо. Ладно, итак: семеро, считая начальника, то есть тебя. Недешевая прогулка, а, Мак? Почему меня опекают семь человек?
— Я думал, вы мне это объясните. Нет-нет, это конечно не мое дело — зачем вы летите на Релм… Просто я знаю лишь свои инструкции. Вы должны быть доставлены на Релм в нормальном состоянии — без единой занозы или царапины. Когда мы прибудем туда, за вами явится офицер дворцовой стражи, и — наше дело сделано. Но мы не получим ни гонорара, ни премиальных, пока вы не пройдете медицинское освидетельствование. Лишь после него нам заплатят и мы сможем отправиться по домам.
Я задумалась. Все вроде бы отвечало волнениям мистера Скимаа по поводу «самого ценного груза в Галактике», но… что-то тут было не так. Мне знаком принцип двойной или даже тройной страховки — это все понятно, но чтобы семеро следили за тем, как бы я не свалилась с лестницы и не сломала себе шею? Явный перебор.
— Слушай, Мак, мне, пожалуй, не о чем тебя больше расспрашивать сейчас… Кроме того, Шизуко — я хочу сказать Тилли — вот-вот вернется. Поговорим позже.
— Хорошо, мисс Фрайди. Скажите, почему вы называете меня Маком?